Читаем без скачивания Земля Павшего - Виктор Ночкин

– Ну и вот эти молодцы в желтом?..

– Сироты, воспитанные жрецами. Стало быть, канцлер нашел им такое применение – сформировал новую стражу. Я почему-то полагал, что из них выходят священники...

– А что с девочками? – поинтересовалась Инига.

– Никогда не слыхал о них, – равнодушно ответил Джегед. – Я бы и о... гм... и о мальчиках ничего не знал, как видишь. Что мне занятия отцов из обители? Я – сам по себе. В гробнице Павшего у меня дела только к Павшему.

Джегед сделал глубокий вдох, латы с легким скрежетом сдвинулись на груди чародея.

– Инига, ты чувствуешь?

Девушка повела головой и прикрыла глаза – она чувствовала. С каждым шагом ощущение магического присутствия становилось все явственней. Тело наполнялось огненной силой, казалось – возможны любые чудеса! Произнеси нужное заклинание – и взлетишь к небесам, скажи короткое слово – и сотрясется твердь, сдвинутся горы, поднимется ураган! Всадники с каждым шагом приближались к гробнице Павшего, откуда исходят магические эманации. Здесь, в столице, они сильны, они пьянят и кружат голову, но стоит удалиться от мавзолея хоть немного – и чародейская сила рассеивается, растекается все шире и шире... кажется, она убывает, но это, разумеется, не так. Неподвижное тело Павшего исторгает эманации равномерно и неутомимо, но чем дальше – тем тоньше и прозрачней слой магической субстанции. Она возносится к небесам, уходит в землю, рассеивается в воздухе...

– О Павший, – пробормотала Инига, – почему я не бывала в Уртахе прежде? Как прекрасно... Счастливы живущие здесь!

– Они привыкли, – бросил Джегед. – Привыкнешь и ты. Прекрасное быстро становится привычным. Наслаждайся каждым шагом, каждым вздохом, пока тебе внове.

Годвин не чувствовал ровным счетом ничего. Тем хладнокровней он оглядывал столицу. Уртаха, вновь возведенная после того, как была полностью разрушена менее полувека назад, поражала чеканной точностью планировки, выверенными линиями и чистотой. Этот город строился как столица, лучший из городов мира, единственный в своем роде. Город – пристанище Павшего!

Теперь всадники ехали по неправдоподобно прямому проспекту – широкому и аккуратно вымощенному светлым камнем. Из такого же камня фасады домов по правую и левую руку. Восемь проспектов сходятся к центру, туда, где река Уртаха описывает петлю. На образованном излучиной полуострове храм, обитель и мавзолей. Там сердце земли Павшего, а вовсе не в королевском дворце. Дворец выстроен между поворотами реки, он замыкает круг и превращает храмовый комплекс с мавзолеем в настоящий остров. Резиденция его величества – неприступная крепость, заключенная в тройной круг стен, каждая последующая – на два человеческих роста выше предыдущей, а внутри, словно орех в тройной скорлупе, – древнее сооружение, размерами превосходящее и башню Скарлока с Серой Чайкой. Войны и междоусобицы последних лет не смогли повредить этому чудовищному сооружению, хотя здесь, в Уртахе, в самом средоточии магических сил, величайшие из колдунов сражались между собой... Нынешний король постарался устроиться так, чтобы не опасаться внешнего врага. Старинный дворец заключили в панцирь стен, пропитанных самыми мощными заклинаниями.

Ворота наружной стены дворца расположены между радиальными проспектами, так что пришельцам, чтобы попасть к ним, требуется сперва пройти под стенами... на глазах у стражи. Разумеется, давно не находится никого, кто рискнул бы приблизиться к воротам с дурными намерениями.

А на остров ведут восемь мостов, в которые упираются проспекты. Восемь круговых улиц, почти таких же широких, как и радиальные, опоясывают остров. У них нет начала и конца, хотя можно считать началом мост через Уртаху. Или концом – какая разница, если любая улица представляет собой идеальную окружность! Восемь мостов южнее острова с мавзолеем, восемь северней.

И сквозь восемь ворот теперь в город входят паломники. Идут и едут по проспектам, переходят излучину Уртахи по восьми радиальным мостам – спешат поклониться Павшему. Любуются невероятной стройностью зданий и чистотой мостовых. На ночь оставаться в столице простолюдинам запрещено, пусть любуются днем. Даже мелкопоместным дворянам предлагают на ночь покинуть город. В столице нет постоялых дворов.

Ночью городские улицы подметают и моют – чтобы наутро Уртаха, светлая и прибранная, встретила новые толпы паломников, которые несут на своих подошвах грязь всей земли Павшего – несут сюда.

В Уртахе нет мастерских, нет ремесленных цехов, это священный город. Тем не менее грязи здесь всегда в избытке. Ту, что приносят на обуви паломники, за ночь уберут, но останется куда больше. Куда больше. Хотя она не видна.

Годвин, разглядывая чистенькие мостовые и ровные фасады, не думал о грязи, ему Уртаха представлялась самым чистым из городов мира. В глубине души он жалел, что уступил плащ Иниге. Хотя сердце красавца осталось далеко, в башне Скарлока, но сердце сердцем, а глаза-то – при нем! И в окна домов глядят девицы – столичные, чистые, скучающие. Уртаха – великий город, прекраснейший город в мире!

Инига окунулась в волны силы, она плыла в них, купалась в океане магического могущества, девушке не требовался проводник, чтобы направлять коня к полуострову в излучине – к храму, к гробнице Павшего. Инига сама не заметила, как обогнала спутников, оказалась первой в небольшом шествии. Ее вело необъяснимое очарование, невидимая красота, неслышная гармония – эманации Павшего.

И когда Мороган прикоснулся к локтю кузины и тихонько сказал: «Инига, нам сюда», – она почувствовала, будто ее выдергивают из чудесного сна. Так спится на рассвете, когда первые тоненькие – еще не золотые, розовые – солнечные лучи пробиваются в щель между занавесей... и ты, не раскрывая глаз, тянешься навстречу мягкому прикосновению солнца, перед тобой картинка из сна, но тянешься к солнцу, к свету, к теплу, ты ощущаешь его сквозь смеженные веки, и ощущение тепла и света вплетается в ткань сна сверкающей нитью... Эманации Павшего Инига чувствовала, как спящий чувствует легкое прикосновение солнечного луча...

– Что?..

– Я говорю, здесь нужно свернуть, – повторил Мороган, – дом господина Валланта в третьем круге.

– Но... – Девушка не договорила.

Она уже проснулась и поняла, что солнечные лучи не имели отношения ко сну, что зов Павшего не имеет отношения к действительной цели странствия. Здесь нужно сворачивать к дому этого Валланта...

Мимо остановившихся всадников шагали паломники. С утра их было немного, но они шли, ехали и катили в повозках – все в одну сторону, к храму, к мавзолею. Меньшая часть паломников ощущала эманации, эти двигались на зов, остальные повиновались порыву более чувствительных спутников, да и планировка столицы влекла их вдоль прямого, как копье, проспекта... Люди обтекали замершую четверку, Инига жалобно поглядела вслед паломникам.