другую… будем фильтровать. Не знаю смогу ли я вытащить Гремлина, но облегчить его мучения всё-таки нужно.
Достигнув дна, я аккуратно ступил на покрытую обломками и торчащими штырями арматуры поверхность, направившись к ближайшей луже, как вдруг услышал за спиной странный сип. Резко обернувшись и присев, понял что звук доноситься из провала в стене, который образовывался метра за два до конца шахты, и имел бетонный уступ, возможно ещё один вход в некие коридоры. В провале был сумрак, и я сразу же направил туда фонарь.
Сверкнула серой сталью дверь, у двери лежит фигура, явно человеческая. Фигура убрала руки от глаз, слегка приподнялась:
- Предниматоз… ёлки зелёные, ты что ли?
Я скользнул к левому плечу фигуры, и сам не без доли удивления ответил:
- Здарово, Вася…
- Я её и так и эдак, но не в какую… А потом… а потом силы стали кончаться, воды хоть залейся, но еды-то нет… - закончил Вася грустно.
Старый мимолётный знакомец и оказался напарником Гремлина, ушедший на разведку и бесследно пропавший. Маршрут его для меня был теперь понятен и предсказуем. Паука ему повезло проскочить, не успел влипнуть в паутину как следует, сумев добежать до двери с такой скорости от увиденного зрелища распахнувшего объятия арахнида, спускающегося прямо на него, что тому даже не пришлось более ничего предпринимать, как только топать следом. Да, Васе повезло: сумел закрыть дверь на запор: найденной рядом деревяшкой, вот только на этом лимит его везения исчерпался.
Верёвки у него не было, зато нашёлся на подстанции провод, толстый, прочный, его он и привязал за обломанные крепления площадки. Вот только толщина кабеля сыграла с ним злую шутку — развязался он, и Вася рухнул вниз. Сломать, правда, он ничего себе не сломал, ноги только отбил, но всё одно неприятно. Унывать поначалу не стал, ибо быстро обнаружил дверь. Целью его, конечно, был выход наверх, но раз уж так вышло, и дверь сойдёт, вот только она оказалась заперта… наглухо…
Я заполнил обе фляжки водой, закрутил крышки.
- Как дальше жить думаешь? – задал я, кажется уже традиционный вопрос.
- Наверх, с тобой, конечно же, не здесь же валятся продолжать, - даже возмутился Вася.
- Я тебя не подниму. Хоть ты и сидел тут на диете почти трое суток, а весишь всё одно как кабан.
- Ничо, - шмыгнул носом Вася, - силы ещё остались, может и доползу.
Сил у него немного на самом деле: голодовка, после и без того небогатой кормёшке на ПЖО, накоплению излишек энергии не способствовала, но судя по тому как Вася всё же начал продвигаться вверх по верёвке, после того как я его подсадил, сил ему предала вновь забрезжившая надежда на спасение. Стоило ему забраться в проём, как я полез следом.
- Мать честная… Грёма, это кто ж тебя так отделал? Говорил я тебе, завязывай ты с этой плесенью, здоровье же всё погубишь! Опять, небось, до чертей шестилапых допился? А у тебя, кстати, с собой не осталось?
- Вот теперь точно надо бросать… - донёсся потрясённый голос Гремлина, - паука я ещё принял кое-как, но мертвецы ко мне ещё не приходили… плохой знак.
- Грёма, ты себя видел? Из нас двоих на мертвеца похож вовсе не я, так что ещё неизвестно кто кому явился.
Я влез в проём, перекатился, отдаляя себя от края, расслабил руки, снимая напряжение. Побьем дался не так уж и тяжело, но это всё цветочки: удастся ли продолжать его дальше?
Поднявшись на ноги, я открутил крышку с одной из фляжек, налил одну, напоил Гремлина. Тот снова замычал, тихо повторяя «ещё-ещё…» я наполнил крышку ещё раз.
- Чего это с ним? – настороженно спросил Вася.
- От воды кайфует, что тут такого?
- Не похоже на него… он раньше воду чистую с неохотой употреблял.
- Ты сам-то как себя чувствуешь?, силы остались?
Вася поморщился: - силы… подводят они меня… мышцы сводит, но ещё не помер.
- Нам надо наверх выбираться, здесь оставаться нельзя. И Гремлина как-то вытаскивать за собой.
Ты здесь один сумел целый остаться, тебе и карты в руки. Командуй.
То что остаться целым мне фактически повезло, я решил не озвучивать: повезло не повезло… сейчас не это главное; вместо этого я подошёл к Гремлину и снял его не совсем пустою фляжку, протянул её Васе::
- На, хлебни, надеюсь это предаст сил, они тебе понадобятся, но только не увлекайся, - после чего и сам отпил из волшебной ёмкости.
- Ерунда это всё, - прогнусавил Гремлин, - ты воды попробуй, вот где сила!
- На ноги подняться сможешь? – спросил я у Гремлина.
- Пока что-то не получается, но внутри знаешь что?!
- Ну вот как получится, тогда и расскажешь, а пока мы по старинке…
Я взялся за пружинящую верёвку, и полез вверх. Добрался до остатков лестницы, и ухватился за неё руками по крепче. Дальше предстояла операция куда сложнее – забросить крюк так., чтобы он зацепился за торчащую изогнутую арматуру на краю самого обвала. Опасно, крюк может зацепиться, но потом соскочить, ибо этот арматурный крюк не замкнут, но другого не имеется.
Стоит ли говорить, что рука, которой я держался за лестницу, онемела, пока я смог зацепиться за долбанный крюк, а решиться отпустить эту лестницу, стоило ещё больших трудов, ибо с этого момента подо мной находилась лишь пустота и дно, усеянное обломками, не оставляющие шансов выжить при падении.
Если вы думаете, что самое трудное это карабкаться по резиноподобной верёвке, то вынужден вам сообщить, что вы наивный профан, ничего не смыслящий в голожопом самопальном альпинизме – самое тяжелое, это понять что делать дальше, после того как ты дополз до конца каната, как перевалиться на другую плоскость, располагающуюся от тебя под углом 90 градусов. Сказать, что мне было страшно отпустить веревке и повиснуть на одних локтях, соскальзывавших с горизонтальной поверхности, это значит просто наплевать мне в лицо! И тем не менее у меня получилось… получилось на адреналине и на разтакой-то матери.
Поверхность… под ногами и руками бетон,
