— Селли Гест хотел бы получить честь первого удара, — сказал сэр Эван.
— Это мой долг, сэр, — ответил Эмфрит.
— Да ладно, дружище, разрешите нам атаковать первыми. Мы оставим вам пару греффинов.
— Вы старше, — сказал Эмфрит. — Если вы ставите вопрос именно так…
Рыцарь улыбнулся и похлопал Эмфрита по спине.
— Очень хорошо. Значит, мы атакуем, — Он заговорил громче: — Пошли, ребята.
Селли Гест прислал не только сэра Эвана, но и пятьдесят тяжеловооруженных всадников, тридцать лучников и тридцать копейщиков. Эспер наблюдал, как рыцарь построил свою кавалерию в колонны по пять — таких рядов получилось десять. Разумное решение, поскольку они будут атаковать противника, который перейдет через мост. Лучники расположились на утесе, их окружили копейщики, готовые защищать стрелков. Люди Эмфрита остались в резерве.
Эспер вздохнул и натянул свой лук. Лешья последовала его примеру. Эспер в последний раз проверил копье с волшебным кинжалом в качестве наконечника. У него все еще оставались сомнения, быть может, было лучше пользоваться им, как кинжалом.
Нет, пожалуй, он принял правильное решение. Эмфрит снабдил его новым метательным топориком и кинжалом, которые сгодятся для схватки с людьми и сефри, но бессильны против волшебных существ. Ну, а если придется сражаться с ними, то лучше держать их как можно дальше.
Фенд также построил своих чудовищ. Интересно, как сефри их приучают, подумал Эспер, как им удалось этому научиться?
Наверное, он никогда не узнает. Если Фенд окажется достаточно близко для беседы, Эспер не станет попусту тратит время на посторонние вопросы.
Впрочем, пока Фенд и не думал приближаться на расстояние выстрела из лука. Более того, Эспер его не видел. Возможно, его старого врага здесь нет.
В любом случае, чудовища составили авангард вражеского отряда.
Одна из мантикор шла впереди, за ней греффины, потом уттины.
«Неужели я окончательно спятил? — думал Эспер. — Или умираю от лихорадки в Заячьих горах? Неужели все это происходит на самом деле? Ведь этого не может быть.»
Лучники начали обстрел чудовищ, марширующих через мост, некоторые стрелы находили цель, но все волшебные существа обладали прочными шкурами, и ни одно из них даже не замедлило ход.
Эспер услышал гудение и громкий щелчок — выстрелила катапульта. Эмфрит и его люди притащи ли ее сюда утром и даже успели пристреляться.
Камень немногим больше головы Эспера прилетел на мост и ударит одного из греффинов по шее. Греффин заверещал и рухнул — у него была сломана спина. Люди торжествующе закричали.
Мантикора перешла в атаку.
И вновь Эспера поразила ее быстрота. Сэр Эван и первые два ряда всадников перешли на рысь, а когда чудовище оказалось в конце моста, всадники уже мчались галопом, выставив перед собой десять копий, за которыми стоял вес десяти лошадей.
Странно, но, когда они сошлись, звук удара получился совсем не громким. Несмотря на прочную шкуру и массу, мантикору от бросило назад. Однако Эспер не знал, насколько серьезны полученные ею повреждения.
Первые две шеренги всадников отвернули в сторону, две следующие шеренги всадников перешли на галоп, а навстречу им двинулись греффины.
Хотя Фенд и мог контролировать чудовищ, ему было не по силам сделать их поведение более разумным — в противном случае они бы попытались избежать прямого удара и атаковать конницу с фланга. В результате греффины перепрыгнули через упавшую мантикору и приняли кавалерийский удар в лоб.
Два греффина были поражены копьями и подняты в воздух, но третий сумел прорвать строй, сбив с ног одну из лошадей, и тут же начал рвать ее на части клювом и когтями. Всадники также сумели отвернуть в сторону, но греффин бросил первую жертву и вцепился во вторую лошадь.
Мантикора не шевелилась. Двое из четырех греффинов выглядели умирающими, третий получил ранение.
Что-то здесь было не так.
— Проклятье, — пробормотал Эспер, — где уттины?
Но он уже видел, что они выбираются из реки, собираясь атаковать кавалерию с флангов.
Уттины, в отличие от греффинов, были очень умны.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Эспер выругался и начал стрелять. Его первая стрела пролетела мимо. Вторая попала в цель, но Эсперу показалось, что она вошла совсем неглубоко.
Тем временем кавалерийская колонна распалась, всадники разворачивали лошадей, чтобы встретить стремительно приближающихся уттинов. Эспер видел, как тот, в которого он стрелял, ловко перепрыгнул через направленное в него копье, пробежал по нему и коротким ударом когтистой лапы снес всаднику голову. Эспер послал третью стрелу, когда уттин уже оказался на земле и разорвал брюхо следующей лошади.
— О, святые, — пробормотал стоящий рядом Эмфрит.
Потом, выкрикнув какой-то приказ, он пустил свою лошадь вперед, его люди последовали за ним.
Вторая мантикора переходила мост. Лучники поливали ее стрелами, поскольку оставшийся греффин и уттины смешались с всадниками, и стрелять в них стало невозможно.
Потом лучники вновь перенесли свой огонь, когда несколько уттинов устремились к утесу. Эспер выбрал того, который был ближе, и выстрелил.
Первая же его стрела попала уттину в глаз. Уттина развернуто, он пошатнулся, взревел, но продолжал бежать к ним. Эспер увидел, как одна из стрел Лешьи, с белым оперением, вонзилась уттину в бедро. Эспер наложил следующую стрелу на тетиву, сделал глубокий вдох и выстрелил. Стрела отскочила от твердой чешуи, защищавшей череп.
Уттин уже был совсем рядом с копейщиками. Схватившись за древко одного из копий, он умудрился перепрыгнуть через первый ряд, но один из воинов второго ряда успел вовремя выставить свое копье. Чудовище всем весом рухнуло на него — острие вошло ему в брюхо, во все стороны хлынула кровь. Уттин страшно закричал и схватился за древко поразившего его копья.
Он находился всего в пяти королевских ярдах от Эспера. Лесничий тщательно прицелился, и его стрела попала в другой глаз чудовища. На сей раз стрела прошла насквозь и показалась с другой стороны черепа. Уттин разинул пасть и перестал барахтаться. Копейщики столкнули его вниз с утеса.
К ним приближался другой уттин, но его встретили пятнадцать стрел. Большинство пролетели мимо, или отскочили от твердой шкуры, но одна попала в глаз.
Лучники вспомнили его советы и начали искать уязвимые места.
Эспер посмотрел в другую сторону и увидел, что второй фланг лучников справляется совсем не так хорошо. Уттин сумел прорваться сквозь ряды копейщиков, и большинство людей обратилось в бегство.
Между тем, ситуация на поле перед мостом начала исправляться.
Сэр Эван и девять его всадников, которые нанесли первый удар, сумели сохранить строй и, на глазах у Эспера, вонзили свои копья в греффина. Большая часть всадников спешилась и сражалась с уттинами мечами и щитами, окружив их со всех сторон и используя свое численное превосходство. Одного уттина уже успели рассечь на куски восемь тяжеловооруженных воинов.
Вторая мантикора остановилась, снаряды катапульты не долетали до нее.
Через несколько мгновений двое оставшихся уттинов вырвались из кольца врагов и убежали по мосту обратно на противоположный берег.
— Я в это не верю, — сказал Эспер.
По первым подсчетам сэр Эван потерял пятнадцать всадников и примерно столько же лучников. Еще несколько человек должны умереть из-за контакта с ядовитыми греффинами. Однако враг потерял всех своих чудовищ, кроме одной мантикоры и двух уттинов. Неожиданно выяснилось, что победить их не так уж трудно.
Враг пришел к такому же выводу. Фургоны разворачивались.
Сэр Эван собрал своих людей, а Эмфрит уже скакал обратно.
— Ну, — сказал он, остановившись рядом с Эспером, — похоже, моя идея оказалось не такой уж глупой.
— Может быть, — согласился Эспер. — Я бы никогда в это не поверил.
— Мы будем их преследовать, найдем походящее место для атаки, и…
— Проклятье, — сказал Эспер. — Мне кажется, у сэра Эвана совсем другие идеи.
