лагеры, пайль-эли, гессеры, русские и индийские пайль-эли выдерживают в дубовых бочках, чтобы получить тонкие оттенки риса, ванили, шоколада, коньяка, сладкого вина. Но не все пивовары в моем мире могли позволить себе подобную роскошь и поэтому использовали нержавейку. Все-таки с бочками мороки больше из-за проблем с бактериями.
Но мой отец очень любил бочки. Он всегда говорил, что важно даже то, какой напиток хранился в них до этого. Потому что бочковым стаутам больше подходят варианты из-под виски. Но если в емкости хранились бренди или ром – тоже неплохо. Вот только загвоздка была в том, что время выдержки напрямую зависело от размера бочки. Соответственно, чем она меньше, тем быстрее будет формироваться вкус. Поэтому маленькие бочонки примерно на тридцать литров стоят не дольше восьми месяцев, а для двухсот литров нужно до полутора лет. Так что настоящий стаут граф попробует еще не скоро. Но изменить вкус обычного пива я могла запросто. Например, использовать обожженное дерево. Дуб. Он будет давать похожий аромат и терпкость. Обугленную древесину проваривают, после чего кладут в емкость и заливают пивом. А еще я немного обжарила солод, чтобы в нем появились ореховые и легкие карамельные нотки.
Оставив бутылки сохнуть, мы собрались вернуться в дом, чтобы заняться приготовлением обеда. Но вдруг до наших ушей донесся стук копыт. Кто-то подъехал к усадьбе.
Это был Мортимер.
- Что-то случилось? Вы ведь собирались приехать завтра, - я сразу заметила, что граф чем-то обеспокоен. Между его бровями залегла глубокая складка.
- Да… Леди Анжелика, леди Френсис… мне нужна ваша помощь, - неожиданно заявил он. – Это очень важно и не терпит отлагательств.
- Мы всегда готовы помочь вам, ваше сиятельство, - мне не терпелось узнать, что же такое случилось, раз Мортимеру понадобилась наша помощь. – Давайте пройдем в сад.
Кузина принесла для графа виски, а нам заварила чай. Все это время Торнтон нервно постукивал хлыстом по голенищу сапога, вставал, чтобы походить туда-сюда, что говорило о крайней степени озабоченности.
- Итак, что произошло? – спросила я, когда он выпил налитое мной виски.
- Мне сегодня же нужно поговорить с мисс Дорианной Локастью по поводу той девочки со сломанной рукой. Ее зовут Лиана. Ведь так? – Мортимер провел рукой по волосам. – Нужно, чтобы хозяйка приюта рассказала, при каких обстоятельствах ребенок попал к ней. Кто определил малышку в приют.
Мы с Френсис напряженно застыли. Вот оно! Тайна начинала раскрываться!
- Но зачем вам это? – мне казалось, что вот-вот и граф скажет: «Лиана моя дочь». Но нет, все оказалось куда невероятнее.
- Девочка - дочь Ричарда, - тихо сказал он.
Френсис, охнув, прикрыла рот ладошкой.
Ричарда? Какого еще Ричарда? В голове вертелось что-то знакомое, словно я уже слышала это имя. О Боже… Да это же брат короля!
- Почему вы так решили? – широко раскрытые глаза кузины, не мигая, смотрели на него
- Любимую женщину Ричарда тоже звали Россина. И ее тоже убили прямо возле дома. Они скрывали свои отношения из-за Генриха. – Мортимер выпил еще и слегка поморщился. – Россина и Ричард тайно обвенчались, она родила ребенка… А мне приходилось играть роль влюбленного, чтобы отвести подозрения от лучшего друга. У Генриха нет детей, и ни одна из его женщин, в том числе и королева, не понесли за все это время.
- Вы хотите сказать, что дочь Россины стоит на второй ступени к трону? – выдохнула Френсис.
- Именно так и есть, - подтвердил граф. – Теперь вы понимаете, что происходит?
Пока я понимала только две вещи: первое - в этом мире женщины тоже наследовали трон. Второе – граф был действительно очень близок с братом короля. Поэтому его кузен решил разыграть беспроигрышную карту с заговором.
- Конечно, понимаем! Генрих правит уже пятнадцать лет, и по истечению этого срока Ричард может заявить свои права на трон, так как способен обеспечить королевство наследниками. Лиана является тому доказательством… - кузина покачала головой, находясь в полной растерянности. – Боже…
- Но почему Ричард не позаботился о своей дочери после смерти супруги? – спросила я. – Что помешало ему?
- Скажу вам больше: он, как и я, видел ребенка всего лишь раз на обряде крещения. Ричард боялся шпионов Генриха, поэтому ограничил общение с семьей. Король уже второй год сходит с ума, видя во всех предателей и заговорщиков. Деньги Ричард передавал Россине через меня, но она продолжала работать, чтобы не привлекать к себе внимания, - продолжил свой рассказ Мортимер. - Брат короля готовил их отъезд в другую страну, но за день до побега Россину убили. Ричард же в это время находился со своим флотом у берегов Марции, куда он прибыл на переговоры с их правителем по поручению короля. Я тоже был в отъезде, но как только вернулся в город и узнал о смерти Россины, сразу же поехал в деревню. Но, увы, не успел. Тетушка девушки умерла, а дети исчезли. Все это время девочку искали, но безрезультатно. И тут такая встреча в бедном сиротском приюте… Как только я услышал имя Лиана, сразу же вспомнил о дочери Ричарда, но даже представить себе не мог, что это она и есть. Первое, на что я обратил внимание, так это ее невероятное сходство с отцом. А вторым подтверждением оказался рисунок Лианы. Только королевских особ рисуют с солнцем над головой. Возможно она видела портрет отца или Россина говорила дочери о королевских корнях. Ну и когда вы, леди Анжелика, назвали имя ее матери, последние сомнения отпали.
- Чем мы можем помочь? – история зацепила меня. Особенно было жаль маленькую принцессу, которую могли отправить вслед за матерью из-за ее происхождения.
- О визите в приют я рассказал своей тетушке, герцогине Камберленд, - граф тяжело вздохнул. – Она женщина сердечная, а еще очень деятельная… В общем, в воскресенье в приют приедут состоятельные горожане, чтобы усыновить кое-кого из малышей. Вы представляете, что будет, если кто-то захочет взять к себе Лиану? Поговорите с мисс Дорианной, объясните ей ситуацию… Хотя это очень опасно…
- Она хороший человек. Ей можно доверять, - я представила реакцию мисс Локастью и улыбнулась. Женщина точно будет в шоке.
- Что ж… я бы хотел, чтобы Лиана некоторое время пожила с вами. Мне так будет спокойнее, - добавил граф. – Я бы с удовольствием забрал девочку к себе, но это невозможно. Уж
