тот важнейший факт, что лорд Лейчестер любил ее и что она обещала встретиться с ним сегодня вечером.
Но в данный момент у нее было много забот. Она должна была встретиться с миссис Пенфолд и сообщить информацию о том, что мистера Этериджа внезапно вызвали в Лондон по важному делу.
Она не смогла сдержать улыбки, представив себе удивление и любопытство миссис Пенфолд, и задумалась, как ей удовлетворить последнее, не выдав того небольшого доверия, которое оказал ей дядя.
Она спустилась вниз и обнаружила, что завтрак накрыт, а миссис Пенфолд суетится вокруг с нескрываемым нетерпением.
– Где ваш дядя, мисс Стелла? – спросила она. – Я очень надеюсь, что он не ушел рисовать до завтрака, потому что он наверняка все забудет и не вернется до обеда, если вернется.
– Дядя уехал в Лондон, – сказала Стелла.
– В … куда? – спросила миссис Пенфолд.
Затем Стелла объяснила.
– Уехал в Лондон прошлой ночью; не спал в своей постели! Почему, мисс, как вы могли ему позволить?
– Но он был вынужден уехать, – сказала Стелла, слегка вздохнув и с сожалением взглянув на пустой стул напротив нее.
– Вот замечательно! – воскликнула миссис Пенфолд. – Что случилось? Ваш дядя не обязан никуда уезжать, мисс Стелла! – добавила она с оттенком гордости.
Стелла покачала головой.
– Была телеграмма, – сказала она. – Я не знаю, что случилось, но он был вынужден уехать.
Миссис Пенфолд застыла на месте в смятении и изумлении.
– Это будет его смерть! – выдохнула она, пораженная благоговением. – Он никогда никуда не уходит далеко, а тут, мисс Стелла, глубокой ночью, и после того, как съездил в Зал. Этого достаточно, чтобы убить такого джентльмена, как он, который не выносит никакого шума или чего-то внезапного.
– Мне очень жаль, – сказала Стелла. – Он сказал, что обязан уехать.
– А когда он вернется? – спросила миссис Пенфолд.
Стелла покачала головой.
– Я не знаю. Я надеюсь сегодня … Я действительно надеюсь, что сегодня! Без него все кажется таким тихим и одиноким. – И она оглядела комнату и вздохнула.
Миссис Пенфолд стояла, держа салфетку в руке, и смотрела на прекрасное лицо.
– Вы … вы не знаете, в чем дело, мисс Стелла? – спросила она тихим голосом и с некоторым значением в голосе.
Стелла посмотрела на нее снизу вверх.
– Нет, я не знаю. Дядя мне не говорил, – ответила она.
Миссис Пенфолд с любопытством посмотрела на нее и, казалось, погрузилась в свои мысли.
– И вы не знаете, куда он отправился, мисс Стелла? Я спрашиваю не из любопытства.
– Я в этом уверена, – тепло сказала Стелла. – Нет, я не знаю.
– И вы не догадываетесь?
Стелла посмотрела на нее широко открытыми глазами и покачала головой.
Миссис Пенфолд повертела салфетку в руках, потом вдруг сказала:
– Я бы хотела, чтобы мистер Адельстоун был здесь.
Стелла вздрогнула.
– Мистер Адельстоун!
Миссис Пенфолд кивнула.
– Да, мисс Стелла. Он такой умный молодой джентльмен, и он такой дружелюбный, он сделает все для вашего дяди. Он всегда был дружелюбен, но сейчас он еще более дружелюбен, чем когда-либо.
– Правда? – спросила Стелла. – Почему?
Миссис Пенфолд посмотрела на нее с улыбкой, которая погасла перед беспамятным взглядом Стеллы.
– Я не знаю, мисс Стелла, но это так. Он всегда около дома. О, я совсем забыла! Он заходил вчера и оставил кое-что для вас.
И она вышла, вскоре вернувшись с букетом цветов.
– Я отнесла их в кладовку, чтобы они оставались прохладными и свежими. Разве они не прекрасны, мисс?
– Да, – сказала Стелла, понюхав их и держа немного в стороне от себя, в манере своего пола. – Очень красиво. Это очень любезно с его стороны. Они для дяди или для меня?
Миссис Пенфолд улыбнулась.
– Для вас, мисс Стелла. Вероятно ли, что он оставил бы их вашему дяде?
– Я не знаю, – сказала Стелла, – он друг дяди, а не мой. Не могли бы вы поставить их в воду, пожалуйста?
Миссис Пенфолд приняла их с легким разочарованием. Она не ожидала, что Стелла получит цветы в такой холодной манере.
– Да, мисс, и ничего нельзя сделать?
– Нет, – сказала Стелла, – разве что дождаться возвращения моего дяди.
Миссис Пенфолд секунду поколебалась, потом вышла.
Стелла попыталась позавтракать, но безуспешно, она чувствовала себя беспокойной и вялой; казалось, на маленький дом было наложено заклятие – заклятие тайны и секретности.
После завтрака она взяла шляпу и побродила по саду, разговаривая сама с собой и все время наблюдая за тропинкой через луга, хотя знала, что ее дядя, возможно, еще не вернется.
День клонился к вечеру, и когда дневной свет сменился закатом, сердце Стеллы забилось быстрее. Весь день она думала, мечтала о том часе, который теперь был так близок, тосковала по нему и в то же время почти боялась его. Эта любовь была такой странной, такой таинственной вещью, что она почти пугала ее.
Почти в первый раз она спросила себя, не поступает ли она неправильно, не лучше ли ей остаться дома и отказаться от этой драгоценной встречи.
Но она мысленно представила, как лорд Лейчестер ждет ее, мысленно вызвала тон его приветствующего ее голоса, и ее совесть успокоилась.
– Я должна идти! – пробормотала она и, словно боясь, что передумает, надела шляпу и быстрым шагом пошла по дорожке. Но у ворот она обернулась и окликнула миссис Пенфолд.
– Я собираюсь прогуляться, – сказала она, внезапно покраснев. – Если дядя вернется, пока меня не будет, скажите ему, что я ненадолго.
А потом она пошла через луга к берегу реки.
Все было тихо, кроме дроздов в лесу и соловья с его длинной текучей нотой и коротким свистом, и она опустилась на травянистый берег и стала ждать.
Часы пробили назначенный час, и ее сердце учащенно забилось.
Предположим, он не придет! Ее щека побледнела, и слабое тошнотворное чувство разочарования охватило ее. Шли минуты, казалось, часы, а затем с внезапной решимостью она встала.
– Он не придет, – пробормотала она. – Я вернусь, так будет лучше!
Но не успели эти слова печально слететь с ее губ, как из тени противоположного берега вылетел легкий ялик и перелетел через реку.
Это был лорд Лейчестер, она узнала его, хотя он стоял к ней спиной и был одет во фланелевый костюм для речных прогулок, и ее сердце подпрыгнуло.
С привычной легкостью он подвел ялик к берегу и вскочил рядом с ней, протянув обе руки.
– Моя дорогая! – пробормотал он, его глаза сияли от приветствия, столь же страстного, как и его слова. – Ты долго ждала? Неужели ты думала, что я не приду?
Стелла вложила свои руки в его и
