Читаем без скачивания Крысиные гонки - Павел Дартс

А оказывается, есть ещё и какие-то «энтузиасты», пытающиеся расследовать его «деяния»… Он не заблуждался, что с ним будет, если его найдут, - пуля, это по нынешним временам будет самым милосердным сценарием; и рассчитывать на такой «лёгкий выход» было бы опрометчиво… да и планов, скорее даже не планов, - а жажды новых ощущений совсем не убавилось, наоборот…

Он испугался. А вдруг и правда – найдут?

- «Уходи из города…» - шепотком подсказал Артисту Дьявол, тоже не собиравшийся терять столь послушного и успешного персонажа.

Вскоре подвернулся и вариант… Случайный знакомый, считающий его успешным делягой, сидящим рядом с распределением провизии – таков был в этот раз выбранный Артистом образ; купивший у него целую сумку разномастных консервов за доллары, поведал, что собирается с семьёй перебираться в деревню – в небольшую деревушку Озерье, находящуюся на границе Мувского района, где у него жили старая мать с отцом. Он расспросил его, - и вариант ему понравился: далеко от Мувска, и в то же время не так уж далеко крупный райцентр: Оршанск. Он бывал в Оршанске в составе труппы театра с гастролями, ему понравилось там.

К тому же новый знакомый, проникнувшись доверием к столь респектабельному дельцу, - а Артист даже угостил его настоящей Кохибой которая по нынешним временам стоило очень немало, очень! – сам он не курил, а сигары в числе прочего взял в одном из мест своих «акций», - рассказал ему много интересного и полезного на будущее о сельчанах, о своих родителях. Артист умел поддерживать разговор, а новый знакомый, дорожа столь полезным на будущее собеседником, - он собирался купить у Артиста ещё порядочно продуктов, в чём тот его отнюдь не разубеждал, - затягивался ароматным дымком  подаренной сигары и разливался соловьём, рассказывая про привольное житьё в деревне, о ночёвках на сеновале, о трелях сверчка за печкой… а его собака, чёрный лохматый… шнауцер, кажется, так его породу назвал хозяин, всё крутился рядом, искательно заглядывая в глаза сквозь чёрные лохмы, висящие на бельмах; выпрашивая что-нибудь пожрать… Артист вспомнил, что раньше, в Средневековье, Дьявола ведь часто представляли «в миру» в виде чёрного пуделя. Но этот не пудель…

Хм, почему бы и нет? Озерье… Там точно не найдут. Учёта сейчас там, наверное, нет. И со связью плохо, да и вряд ли сельская милиция будет рваться выполнять распоряжения столичного начальства – если она вообще есть, эта «сельская милиция».  Вот и…

- На чём, говоришь, поедешь? – перебил он знакомого,  - Девятка? Сколько вас? Когда?.. Нормально. Давай так – как соберёшься, скажи мне – завезёшь меня по трассе, там недалеко, по дороге – у меня там мой мерс ремонтируют… Да. Рассчитаюсь консервами. Идёт?

- Хорошо-хорошо, Владлен Сергеич! – закивал болтливый знакомый, - Конечно, договоримся! Я бы ещё прикупил сахара, соли; и бензина если можно… Если у вас есть такая возможность…

- Хммм… Решим. Решим вопрос, я полагаю. Бензин там у меня есть, возьмёшь… Значит так – за день мне сообщи. Вот тут я бываю каждое утро, у меня тут офис недалеко. Подходи часам к десяти. За день, понял?

- Хорошо, Владлен Сергеич, понял вас! До скорого! – повеселевший мужик свистнул собаку, отлучившуюся к мусорке, - Артамон, брось рыться, пошли! – и отправился восвояси, таща тяжёлую сумку с консервами, довольный удачной сделкой и не менее удачными перспективами.

Артист смотрел ему вслед. А что – как вариант. Из Мувска надо бы уходить… Озерье, говоришь… Консервы-бензин…

- Вовчик, не уходи никуда, сегодня после обеда пойдём в драмтеатр!

- Вовка, в «драмтеатр»?! Самое время, ага.

- Угу. Я Элькину подружку нашёл. Она про сеструху ничего не знает, давно не связывались, сказала только что вроде как не собиралась она никуда из Мувска. Но это так, предварительно. Главное что: она сказала, что в драмтеатре сегодня будет некий пефоманс, некое сборище состоится, типа формирование нового общественного объединения, что ли… Выживальщецкого. Наподобие казачества, похоже.

- У! Интересно.

- Вот и я о том. Надо быть в курсе. Кроме того она придёт с компанией, может из них кто про Эльку знает… Кроме того мне это интересно и с научно-познавательной точки зрения – я ж на политолога учился, помнишь? Вот и профессор говорил, что в период ослабления центральной власти будут возникать всякие «объединения», имеющие целью… Ну, декларировать они могу что угодно, но в общем цель у всех одна: «вместе не так страшно». А потом… Чем чёрт не шутит, из какого-то может вылупиться и зародыш новой власти, - всё в истории бывает… Вот, к примеру, РСДРП или «чайная партия»... А, ну ладно. Короче, рассчитывай. Кстати, и документы надо взять. Предупредили. Возможная регистрация или что-то вроде того…

- Это где драмтеатр?

- На Полевой.

- Это не драмтеатр, это академический, оперы и балета.

- Нам один чёрт. Оперой и балетом нас там заниматься не заставят, а вот уяснить чего так оттуда мне «драмой» запахло не помешает. Уж очень невнятно она излагала.

Мувский Государственный Академический Театр Оперы и Балета внушал. Здание огромным барабаном возвышалось посреди большой ухоженной даже сейчас территории, больше напоминавшей парк. Красивая литая фигурная ограда по периметру, выложенные цветными кирпичиками дорожки, разбегавшиеся радиально от здания, огромный бассейн-фонтан перед входом, сейчас, конечно, не работающий и порядком замусоренный; над центральным входом же огромные скульптуры, изображавшие нечто возвышенно-театральное; скульптуры же и по балкончикам, балюстраде, идущей вокруг всего, круглого в плане, здания.

К назначенному часу к зданию стали стекаться люди. И это были явно не театралы: не было обычных околотеатральных тётенек, интеллигентного вида дяденек, нет, - к театру стекались в основном мужчины вполне дееспособного, можно было бы даже сказать, - и так было бы правильно, - боеспособного возраста. Были и женщины, и девушки, и даже вообще ещё девчонки, - но опять же все, как на подбор почему-то одетые под стиль «милитари». Но в основном – мужчины, парни, от 17 до 35, нарочито угрюмые или развязно-деловые, все с интересом оглядывали вновь подходящих, часто, встретив знакомых, окликали; перед входом стали образовываться группки, постепенно всасывающиеся внутрь, в фойе, где на входе двое парней в чёрной униформе, разительно напоминающие штурмовиков времён начала третьего рейха, раздавали входящим листовки.

Друзья задержались у входа, поджидая Элькиных подружек. Вскоре те подошли, и не одни, - с ними были трое парней и серьёзного вида мужчина средних лет, судя по военной рубашке без погон и выправке, по цепкому взгляду – военный в отставке.