Девушка торопливо присела в реверансе и выскочила прочь, прикрыв дверь.
— Что же вы так неоднозначно воспринимаете меня в штыки? Уж я-то вас не похищал, не… кхм… Впрочем, понимаю, все вы женщины, как породистые лошади: закусите удила, если что не по нраву и бить копытом — характер показывать.
— Нет, Повелитель. Я уже никому и ничего не хочу показывать и доказывать. Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое. И вы и Конрад. Прошу прощения, но я слишком устала и хотела бы…
— Да-да, конечно, — прервал ее Владыка. — Позволите взглянуть на браслет?
Элиза равнодушно пожала плечами и протянула руку. Тонкие, будто женские, пальцы Айрэла пробежали по запястью, замерли в сантиметре над браслетом, будто поглаживая воздух. Глаза владыки вдруг залило золотом. Девушка помимо воли вздрогнула: черная бездна темного повелителя и яростное, расплавленное золото глаз светлого, одновременно так похоже и так… разнится.
Элли, внимательно наблюдая за выплетающими заклинания пальцами Владыки, вдруг поймала себя на мысли, что помимо воли сравнивает двух братьев. Изящные музыкальные пальцы Айрэла и сильные, огрубевшие от постоянных тренировок с оружием Конрада, в ладони которого ее маленькая ладошка казалась детской. Красивая, идеально сложенная фигура светлого и тренированное крепкое тело темного.
— Когда его действие заканчивается?
— Если Конрад не врал… хотя бы в этом, то через неделю-полторы.
— Интересная игрушка. — Задумчиво отметил вслух Айрэл. — Так понимаю полностью блокирует магию?
Элли кивнула:
— И летать не могу, как только крылья расправляю — сразу больно.
Повелитель пренебрежительно фыркнул — полет его мало беспокоил, вот магия — это другое дело! Элли прикусила губку: еще один очень древний, а потому считающий себя чересчур умным! И вырвала руку.
— Если вас больше ничего не интересует…
— Интересует. И больше, чем что-либо еще. От тебя отходит связующая линия, уходящая в темные земли. — Без спроса переходя на "ты" заметил Владыка. — Он тебя контролирует?
— Частично. — Нехотя созналась девушка.
— Хм… интересно, каким образом он убедил тебя поделиться силой… — Айрэл произнес это как бы про себя, с пренебрежением рассматривая девушку. — Ты с ним спала?
— Это не ваше дело! Какое это имеет значение?!
— Значит все-таки правда! — У светлого азартно сверкнули глаза, от удачной, с его точки зрения, догадки. — Что же, видно в постели он умеет убеждать своих любовниц.
— Нет, это как я погляжу, все Повелители "умеют" обращаться с девушками. А уж как "благородны и обходительны"! — она горделиво выпрямилась, расправив плечи и с презрением оглядела Айрэла. — Это верно семейное у вас? Хамить, врать и говорить непристойности?
— Сколько экспрессии! — Восхищенно выдохнул светлый. — Не удивительно, что он тобой заинтересовался, просто маленькая белокурая бестия — затыкать рот Повелителю! Но, девочка, если уж ты решила стать настолько взрослой, чтобы принимать такие решения и так себя вести, и да, я имею ввиду и отношения с моим братом, то и принимай взрослое же к себе отношение.
Элли одарила мужчину испепеляющим взглядом: "Взрослое? Значит лицемерие, ложь и оскорбления — вот все, что есть в этом взрослом мире? В таком случае во тьму такое взросление… Не хочу"!..
"А придется"! — горько подытожила она, вспомнив, почему собственно и согласилась на встречу с Айрэлом. Ну и как теперь чего-то просить, после такого "приятного" во всех отношениях разговора?
— Владыка, — помолчав, начала она нерешительно, — мне нужно срочно поговорить с… с Конрадом. Не могли бы вы устроить встречу?
Айрэл театрально приподнял бровь:
— Что-то вы быстро соскучились по братишке? Неужели он действительно так хорош?
Элиза сжав зубы, одарила, мужчину презрительным взглядом.
— У темного Владыки остался мой друг… наверное… Мне нужно узнать о его судьбе.
Он хмыкнул
— Вот как?… Что же, я подумаю над этим. После. А сейчас… не смею вас больше задерживать, Элиза.
С языка так и просилось гневное восклицание: "Почему после? Почему не сейчас"?! Взглянув на холеное высокомерное выражение лица Айрэла, застывшее словно восковая маска, Элли вскочила на ноги, подхватывая пышные юбки. О Небо, как же надоели эти лицемерные интриганы! Нарушая все правила приличия и уважения к светлейшему Владыке, она резко развернулась и едва не чеканя шаг, вышла в первую комнату. Кассандра, стояла возле бара, разглядывая невиданные напитки, и нервно поправляла лиф платья. Обернувшись, вздрогнула, глядя на разъяренную будто фурия подругу; между тонких пальцев скользнул витой шнурок, исчезнув в декольте.
— Уже уходим?
— Да. — процедила Элли.
— Элиза, — небрежно прислонившийся к дверному косяку Айрэл, окликнул девушку уже на пороге, — мы продолжим разговор через пару дней.
Не удостоив мужчину ответом, Элли выскочила прочь, едва не волоча за собой подругу.
Проводив взглядом раздраженную, словно разворошенный муравейник девушку, Повелитель еще плеснул себе вина в бокал из открытой с утра бутылки и устроился на диванчике, раздумывая.
С усмешкой он вспомнил дрогнувший от обиды голос и влажно заблестевшие глаза, когда она заговорила о Конраде: "Значит так, да, братишка? И за что тебя так женщины любят, даже эта невинная девушка? Правда… уж невинная ли? М-да чистоплюйством ты никогда не отличался и я действительно не понимаю, зачем ты ее отпустил? Такой был шанс".
Согрев в ладонях бокал он отхлебнул ароматный напиток. Конрад никогда и ничего не делает просто так, без далекоидущих планов… что же он задумал на этот раз?
Айрэл скривился: вино, обычно вишневое с коричным привкусом, превратилось в откровенный мазут. Он настороженно принюхался, провел рукой, выплетая заклинание и вычленяя состав напитка, как внезапно охнув, отбросил бокал и рванулся в комнату, на ходу раскрывая снежно-белые крылья. Призванная сила закрутилась метелицей, пытаясь остановить действие темного, смертоносного заклинания, уже проникшего в кровь. Почти дотянувшись до стоящей на столе сферы, соединенной с Источником света, он упал, сведенными судорогой пальцами тянясь из последних сил… Ну же! Еще пять сантиметров…
Восточная башня жилого крыла дворца во время войны была разрушена до основания, и отстроена лишь спустя несколько десятилетий. Несколько столетий ее использовали как кладовую, когда около трехсот лет назад Ингрид, тогда только вошедшая в состав Совета одни за другими отвергнув предложенные во дворце покои, обосновалась на самой верхушке башни, напоминавшей шляпку малинового подосиновика. Сплошная круглая зала, с помощью хрупких перегородок из тканей и бумаги разделенная на рабочую зону с письменным столом и книжным шкафом и спальную. Открытая со всех сторон зала, лишь по мере необходимости прикрывалась заклинаниями-щитами от непогоды и ветра.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
