А еще был Уэсли. Придурок. Задница. Заносчивый богатенький плейбой, для которого не существовало ничего, кроме секса. Конечно, он был очень сексапильным, но частенько приводил меня в бешенство. Его попытки флиртовать раздражали, а самоуверенная ухмылочка действовала на меня, как красная тряпка на быка. Но рядом с ним у меня чаще билось сердце и кружилась голова. Рядом с ним я не боялась быть циничной. Мне было трудно в этом признаться, но Уэсли понимал меня. С ним я чувствовала, что мне не нужно притворяться – а от Тоби все свои неврозы мне приходилось скрывать.
Господи, насколько же легче было жить, когда меня никто не замечал!
Записка от Уэсли оттягивала мой рюкзак, как тонна кирпичей, когда тем вечером я вышла на парковку. Я не просто была растеряна. Одно предложение породило миллион разных вопросов, но главный из них звучал так:
Зачем я вообще понадобилась Уэсли?
Серьезно. Вокруг него вьются толпы девчонок, готовые убить за возможность быть с ним. Так почему я? Разве не он первым назвал меня уродиной? Какого черта?
Но когда я приехала домой, стало только хуже.
По совету Тоби в свободное время я начала читать «Грозовой перевал». Если честно, главные герои так меня бесили, что мне было сложно читать эту книгу. Я уже решила отложить ее насовсем, но тут мое внимание привлекли строки из диалога.
Моя любовь к Линтону, как листва в лесу: знаю, время изменит ее, как меняет зима деревья. Любовь моя к Хитклифу похожа на извечные каменные пласты в недрах земли. Она – источник, не дающий явного наслаждения, однако же необходимый.
Может, звучит глупо, но этот отрывок засел у меня в голове, как песня, которую терпеть не можешь, но продолжаешь напевать. Я пыталась читать дальше, но эти слова прямо-таки застряли в мозгу. Тогда я перевернула страницу и перечитала эти строки. Я пыталась понять, почему они так меня задели – и тут мои мысли прервал звонок в дверь.
– Слава богу, – пробормотала я, радуясь, что у меня появилась причина закрыть книгу. Я спрыгнула с кровати и сбежала вниз по лестнице. – Сейчас! – прокричала я. – Минутку!
Я распахнула дверь, надеясь увидеть Тоби – он обещал зайти попозже. Но на пороге стоял полный рыжеволосый мужчина лет пятидесяти. Ничего общего с моим бойфрендом! На нем была поношенная зеленая форма и кепка, которая была ему не по размеру. Именная нашивка на груди гласила: «Джимми». В правой руке он держал букет цветов, а под мышкой зажал папку.
– Вы мисс Бьянка Пайпер? – спросил он.
– Эээ… да.
Его прищуренные глаза засияли, и он улыбнулся.
– Распишитесь здесь, пожалуйста, – он протянул мне папку и ручку. – Поздравляю!
– Эээ… спасибо, – ответила я, расписавшись и вернув ему папку.
Он вручил мне букет из настоящих красных роз и достал заднего кармана белый конверт.
– И это тоже вам, – проговорил он. – А вы счастливица. Нечасто такие подарки заказывают для девчонок вашего возраста. – Он улыбнулся. – Молодые, да ранние, а?
Молодые, да ранние? Мне захотелось прочитать ему лекцию. Свою фирменную проповедь о том, что подростки не влюбляются. Но он, похоже, не собирался умолкать.
– Парень-то у вас что надо. В таком возрасте мальчишки обычно только о себе и думают.
Я взглянула на розы.
– Ну да, наверное. – Неужели Тоби по-прежнему пытается поднять мне настроение? Боже, какой он милый! Жаль, что я не заслуживаю такой доброты.
Поблагодарив курьера, я закрыла дверь. Мне стало стыдно за свои мысли о любовном треугольнике. Нет, есть только я и Тоби, а Уэсли – он так, маячит в сторонке, вдали от нас… По крайней мере, так должно быть. Тоби этого заслуживает.
Положив букет на кухонный стол, я открыла конверт, рассчитывая увидеть внутри сентиментальное, но безупречно сформулированное письмо от своего идеального бойфренда. Раньше я бы презрительно фыркнула, увидев нечто подобное, но Тоби все можно было простить. Он мог быть очень красноречивым. Сработает ему на пользу, когда он станет известным политиком.
Однако письмо было написано тем же почерком, что записка, лежавшая в моем рюкзаке. Только на этот раз текста было намного больше.
Бьянка!
Поскольку ты прячешься от меня в школе и, насколько я помню, от одного звука моего голоса тебе хочется выброситься из окна, я решил рассказать о своих чувствах в письме. Прошу, выслушай меня.
Не стану отрицать: ты была права. Все, что ты сказала в тот день у тебя дома – правда. Но я преследую тебя не потому, что боюсь одиночества. Я знаю, ты очень цинична и наверняка придумаешь какой-нибудь язвительный ответ, прочитав эти строки. Но правда в том, что я преследую тебя, потому что, кажется, влюбился.
Ты первая девчонка, которая увидела меня таким, какой я есть. Которая не постеснялась заявить мне о моих недостатках. Ты поставила меня на место, но вместе с тем понимаешь меня лучше, чем кто-либо еще. Тебе одной хватило смелости критиковать меня. И ты единственная разглядела мои изъяны – причем в немалом количестве.
Я позвонил родителям. В эти выходные они возвращаются и хотят поговорить со мной и с Эми. Сначала я боялся им звонить, но ты вдохновила меня. Без тебя у меня бы ничего не получилось.
Я думаю о тебе так часто, что стыдно признаваться, и безумно ревную к Такеру (никогда не думал, что скажу это). Переключиться на кого-то другого после тебя просто невозможно. Ни одна девчонка не будет так подначивать меня. Ни одна не сможет заставить меня ЗАХОТЕТЬ опозориться до такой степени и написать такое слащавое письмо!
Одна лишь ты.
Но я знаю, что тоже прав. Я знаю, что ты любишь меня, хоть и встречаешься с Такером. Можешь лгать себе сколько угодно, но реальность в конце концов тебя настигнет. И я буду ждать, когда это случится… нравится тебе это или нет.
С любовью,
Уэсли
P.S. Сейчас ты наверняка закатываешь глаза, но мне все равно. По правде говоря, мне всегда нравилось, как ты это делаешь.
Я долго смотрела на письмо, наконец осознав, за что меня благодарила Эми. Уэсли попытался исправить ситуацию в своей семье… и все из-за меня. Из-за того, что я тогда ему сказала. Мне удалось до него достучаться. Этот факт меня просто потряс.
Другие сюрпризы дошли до меня не сразу. Слова «влюбился» и «одна лишь ты» горели у меня перед глазами. Прежде никто не писал мне любовных писем – я, в общем, не очень-то и хотела, но не важно – а это к тому же прислал даже не мой парень. Любовное письмо не от того парня. Меня хотел не тот, кто должен был. Уэсли был не тем парнем.
А может, как раз тем?
