может, даже практика не понадобится. Посмотрит Симоне в глаза и улыбнется. Если они истинная пара, то ведь так должно быть. Они два магнита, которые, оказавшись, рядом, автоматически притянутся друг к другу.
— С чего вдруг ко мне? Только стажера мне не хватало, не брал их сроду, — чертыхнулся Говард и окинул критическим взглядом Симону. — Давай подпишу бумаги, какие там тебе надо, и вали себе на все четыре стороны.
— Нет! Я хочу проходить настоящую практику у вас. Нам выделяют полгода. До весны я в вашем распоряжении.
— Мне некогда с тобой возиться.
— Я не младенец, чтобы со мной возиться, а настоящий следователь. Дайте мне реальное дело!
— Чтоб мне сдохнуть, отличницу прислали, — Говард провел обеими руками по волосам, зачесывая их назад. Потом Симона узнала, что Говард так делал, когда волновался. — Вроде не грешил.
— Не надо дохнуть. Какое дело у вас провисло? Я готова.
— К чему ты готова, ненормальная?
— Раскрыть. Дело.
— Убиться веником.
Симона растерянно моргала. Ее не то, что не узнала ее истинная пара, ее выгоняли, не доверяли и насмехались. А еще прозорливого копа Говард играл в сериалах. Не видит дальше собственного носа. Отступить Симона не захотела. Практику все равно требовалось пройти. В отличие от Говарда, она влюбилась с первого взгляда. И не могла упустить шанс находиться рядом со своим истинным.
С тех пор прошел почти год, а Симона толком ничего не добилась. Осознавать это было горько. Как она старалась. Но получилось так, будто перешла дорогу Говарду. Арестовала его знакомую Граду Левони. Без нужной подписи. Потом мотивы признали существенными, а Говард все равно выгнал Симону, как комара прихлопнул. Восстановили ее на практике, когда Симона помогла раскрыть запутанное дело. Но опять ненадолго.
Кое-какие проблески внимания Симоне доставались. Рождество они случайно встретили вместе. Пару раз за вечер Говард посмотрел на нее без высокомерия. А на Новый год не взял с собой. Хотя ехал к друзьям, которых Симона уже знала. В упор не видел Говард ни стараний, ни услужливости, ни симпатии. Еще и рассуждал, как бы поскорее найти истинную пару. Как будто пара ему еще не найдена. После таких слов Симона сникала и не могла открыться, не могла показать конверт, где четко было написано, кто они друг другу.
Эх, не сидеть же на берегу весь день. Симона приступила к делу. Начала с самого маленького камешка. С того, что лето в разгаре, а проведут они его врозь с Говардом. Досадно. Потом покидала в реку камни покрупнее. Выгнали с практики и тому подобное. Дошла очередь до большого булыжника. Симона с трудом его подняла, раскачала в руках и швырнула. Только инерции не учла. Симону потащило вслед за камнем вниз. Кто бы удивлялся, что и каменный Говард станет издеваться над Симоной.
— Не рано ли ты решила топиться, котенок? — от опасного падения Симону удержала сильная рука, схватившая ее за шиворот. — Чем ты тут занималась? Важнее дел нет?
— Ты откуда здесь взялся? — Симона растерялась. Опять она предстала перед Говардом какой-то идиоткой. Бросающейся в реку с камнем в руках.
— Тебя искал.
— Меня? — ответ не укладывался в голове Симоны. — Зачем? Искал зачем?
— Тебя восстановили в отделе.
— Но практика закончилась, летние каникулы, — голос дрогнул, все-таки шальная мысль, что Говард узнал про их пару, мелькнула. Но тотчас погасла.
— Какие каникулы. Забудь про лето. Ты на службе. Я включил тебя в группу по одному делу. Завтра выезжаем на место. Утром явишься в отдел.
— Утром?
— Симона, не тупи. Дважды повторять не буду.
— А как ты меня нашел? — Симона побежала за Говардом, который отошел и уже садился в машину. Вот же гад, даже подвести не предложил.
— Военная тайна.
Говард уехал, а Симона разозлилась. Злость была подозрительная, сильно смахивала на ликование, но Симона уверяла себя, что она злится на непредсказуемого Говарда. Который ее выгонял из отдела и принимал обратно, словно маятник раскачивал. В одну сторону — высмеять действия Симоны и уволить, в другую — позвать Ситмону назад и сделать вид, что увольнения не было. Как на такое реагировать? Послать Говарда подальше? Порвать конверт и забыть как страшный сон это знакомство? Если бы Симона могла, она бы так и сделала.
Ночью Симона плохо спала и едва не опоздала на службу. Сотрудники уже грузились в микроавтобус. Самое лучшее для нее забиться в угол и не отсвечивать, но у Говарда были другие планы. Он пихнул Симону к окошку и сел рядом, отсекая от всех. Сунул в руки папку и отвернулся. Ни с кем Говард так по-хамски себя не вел, и спрашивается, ради чего Симона отказалась от каникул. Так все лето пройдет, в расследованиях и неприятных стычках.
В папке лежали материалы дела. Загадочная смерть очень богатого бизнесмена, публично отошедшего от активной деятельности. То есть, кому был должен, всех простил. Кто ему был должен, со всех взыскал. Умер, и правда, странно. Не вернулся домой с прогулки. На прогулке познакомился с соседом и отправился к нему в гости. Посидели, выпили. Стало плохо и умер. От резкого падения каких-то микроэлементов и обезвоживания. Когда упал, стукнулся еще и головой. Криминала не нашли, но сосед забил тревогу. Вот и послали группу еще раз все проверить.
Симона прочитала документы внимательно и задумалась о своем. Почему Говард ее позвал? Оценил сообразительность или просто захотел, чтобы они были рядом. Вторая гипотеза была приятнее самолюбию. Краем глаза Симона глянула на Говарда. Начальник дремал. Ехали по ровной дороге, можно и поспать. Симона повернула голову, уставилась на профиль своей пары. Почему все так? Почему Говард ее не признал? А сама Симона? Признала бы Говарда, если бы не прямое указание, что они пара? Стала бы терпеть придирки и безразличие? Нет однозначного ответа. Симона осторожно привалилась к плечу Говарда и тоже закрыла глаза.
Запах истинной пары щекотал ноздри, хотя примешивался аромат парфюма и посторонние запахи: пистолета в кобуре, автобусного дезодоранта, пыли, других сотрудников. Хотя бы так Симона насладится близостью. Можно ведь помечтать, как Говард ее обнимает, а потом раздевает, а потом… Домечтать Симона не успела, машину тряхнуло и повело вбок. Все заорали, когда автобус слетел с трассы и въехал в дерево. Никто не пострадал, больше испугались, но Симоне, как всегда, не повезло. Она больно ткнулась носом в спинку
