– Это пожар… Очень далеко. Для нас он не опасен, – сказала Порция, хоть и не очень-то верила в истинность собственных слов.
Матросы не стали задавать какие-либо вопросы по поводу того, что пассажирок две, и первой приняли в лодку Елену.
– Ты успеешь уехать, прежде чем здесь появятся люди Тернера? – спросила Порция у Джека.
– Не волнуйтесь, мисс. Со мной все будет в порядке.
– В случае чего можешь сказать, что я принудила тебя отвезти нас сюда, угрожая оружием. Тернер тебя не видел, так что у них нет оснований подозревать…
– Вас ждут, мисс, – перебил ее грум и слегка подтолкнул к лодке. – Вы, наверное, думаете, что надо мной можно запросто подшутить, испытывать мое терпение… Так вот я хочу, чтобы вы так не думали. Ну, счастливого пути, Порция.
Девушка улыбнулась ему и полезла в лодку.
Она продолжала смотреть назад и видела, как экипаж выехал на дорогу и покатился в обратном направлении. Лошадь капитана Тернера щипала траву, а сам он неподвижно лежал на земле.
С середины залива хорошо был виден пылающий корабль, а также выхваченная пламенем из темноты дальняя береговая линия. Порция ничуть не сомневалась, что к случившемуся причастен не кто иной, как человек, носящий имя Макхит. Наступит ли такой день, когда они встретятся снова?
Пока жители прибрежных поселений на своих лодках атаковали «Гаспи», из трюма «Лотиана», бросившего якорь напротив Бристоля, полным ходом выгружался недозволенный товар. На берегу люди, прибывшие из Бостона, перекладывала оружие в повозки, запихивая его в сено и пряча между тюками шерсти, после чего, щелкнув поводьями, быстро исчезали в непроглядной темноте. К тому моменту, когда над водой прокатился отзвук первого взрыва, случившегося на военном корабле, на палубе торгового судна уже царило затишье. Там ждали прибытия какой-то пассажирки.
Пирс и капитан «Лотиана» находились в капитанской каюте, когда к ним заглянул старший помощник и сообщил, что можно поднимать якорь. Капитан Кэмерон отправился на палубу, а сам Пирс, еще раз взглянув на охваченное заревом небо в северо-западной стороне, закончил раскладывать свой багаж и занялся разбором писем, которые его попросили доставить в Англию.
Когда через несколько часов Пирс вышел на палубу, край неба на востоке уже начал светлеть. Несмотря на все старания, заснуть ему так и не удалось, и как только «Лотиан» покинул воды залива и вышел в открытое море, он понял это по изменению характера движения. Пирс всегда наслаждался тем ощущением, которое испытывал, находясь посреди океана. А живительным морским воздухом он просто упивался. Ветер широких просторов освежал голову и уносил прочь накопившуюся усталость.
По левому борту тянулось побережье Новой Англии – в предрассветных сумерках уже можно было различить очертания суши и нависающие над водой обрывы. Над головой хлопали наполненные ветром паруса, поскрипывали реи, и Пирс посмотрел наверх. Оснастка судна была задействована полностью, а почти на самой верхушке мачты устроился матрос-наблюдатель, который внимательно высматривал, не появятся ли где военные или таможенные корабли. Подойдя к бортовому ограждению, Пирс окинул взглядом линию горизонта.
Наверное, он все же поступил правильно, решив вернуться в Баронсфорд. Настало время исправить прошлые ошибки и подумать о будущем.
О будущем…
Пирс тут же вспомнил о девушке, которая находилась сейчас в одной из нижних кают. Она и не подозревает о том, что он тоже плывет на этом корабле. Перед внутренним взором вновь возникли ее прекрасные черные глаза, блестевшие от слез, когда она покидала его дом. Вспомнилось, как они занимались любовью. И как ему стало грустно, когда она неожиданно ушла.
Будить ее, конечно, еще рано. Пусть поспит.
И все же, не удержавшись, Пирс спустился вниз и, стоя в слабо освещенном проходе, некоторое время смотрел на двери четырех пассажирских кают.
Вернувшись на палубу, он пересек шкафут – центральную часть судна – и приблизился к полубаку, под которым размещался матросский кубрик. Трое находившихся сейчас на полубаке закрепляли недавно спускавшуюся лодку. Среди них был один из тех двух матросов, которые доставили с берега Порцию.
– Не знаешь, куда поместили нашу пассажирку? – поинтересовался Пирс, когда работа была закончена.
– Да, сэр, знаю, – ответил матрос. – Они обе во второй каюте.
– Обе? – удивился Пирс.
– Нуда. Как вы и говорили, на берегу нас ждала девушка, а с ней еще одна женщина, постарше… Которая плохо видит. – Парень, должно быть, почувствовал неладное и быстро продолжил: – Когда мы пристали к берегу, с ними был ваш человек. Он помог им сесть в лодку, и мы погребли обратно. А что, сэр, что-нибудь не так?
– Да нет, ничего… А ты не знаешь, как зовут вторую женщину?
Матрос поскреб подбородок.
– Погодите, сейчас вспомню. Молодая, кажется, называла ее Хелен.
– Елена?
– Точно, сэр, – кивнул матрос.
Каюта была маленькой, с небольшим круглым отверстием в верхней части стены для вентиляции. Сундучок с одеждой, которую теперь придется делить на двоих, Порция поставила рядом с дверью. Узкая койка являлась единственным местом, где можно было сидеть или лежать. Роптать, однако, не стоило: как бы то ни было, они уже в пути.
Менее года назад, когда она вместе с Хиггинсами плыла из Англии, им пришлось впятером тесниться в общей каюте, правда, гораздо большей, чем эта. Сама Порция делила «шконку», как называют спальное место моряки, с маленькой Анной, и им было вполне удобно. Нынешнее путешествие будет не менее волнующим, чем первое.
Елена все еще находилась под воздействием принятых лекарств и охотно согласилась занять единственную постель. Порция решила устроиться на полу: одно одеяло можно подстелить под себя, а другим укрыться. Во время плавания надо будет почаще выводить Елену на палубу. Ей наверняка понравится.
В дверь постучали. Сбросив с плеч одеяло, Порция шагнула вперед и открыла. На пороге стоял матрос.
– Мисс, вас ждут в каюте капитана, – сказал он. Девушка хотела переодеться, но передумала. Платье почти уже высохло.
Выскользнув в дверь, Порция прикрыла ее за собой.
– Я и сама хотела с ним поговорить, как только у него появится свободная минута.
– Он готов вас принять, – откликнулся матрос, поднимаясь по трапу.
Выйдя на палубу, Порция остановилась и, подставив лицо утренним лучам солнца, полной грудью вдохнула морской воздух. Девушка окинула взглядом бездонное голубое небо, белые пенистые барашки на гребнях волн, широкие полотнища парусов над головой. Ощущение было такое, словно у нее выросли крылья. Стоит раскинуть руки, и можно воспарить в облака.
