ГАЙ (в панике). Господин ротмистр! Разрешите доложить… Арестованные пришли в себя.
Ротмистр переводит взгляд на Гая. Ухмыляется.
ЧАЧУ. Не волнуйся, капрал. Твой дружок показал себя сегодня настоящим гвардейцем. Если бы не он, ротмистр Чачу валялся бы сейчас с пулей в башке… (Закуривает очередную сигарету.) Но я теперь очень хорошо понимаю тебя, капрал. Твой рапорт имел все основания.
Ротмистр поднимается. Останавливается перед Максимом.
ЧАЧУ. Он хороший боец, но он еще молокосос. Мы займемся его воспитанием… Внимание! Капрал Гаал, вывести арестованных! Кандидат Сим, забрать свое оружие, массаракш!
Ротмистр выходит из комнаты. Гвардейцы поднимают задержанных, пинками и тычками ведут их к двери. Кто-то выносит картину. Последним выходит Гай, оборачивается, смотрит на Максима и выразительно стучит себя пальцем по лбу.
Максим остается один в пустой комнате. Оглядывается: пустые перекошенные стеллажи, темные пятна – там, где были картины, сами картины, выдранные из рам, затоптанные… Автомат Максима лежит на столе. Максим берет его в руки: открывается фотография под стеклом. На фото та самая прозрачная женщина, и на коленях у нее мальчик лет четырех с изумленно раскрытым ртом, а женщина – юная, счастливая, гордая…
Максим забрасывает автомат за спину.
* * *
Тесная комната. Большой стол, за столом сидят бригадир (высокий гвардейский чин), его адъютант, выполняющий обязанности секретаря, ротмистр Чачу и человек в штатском – невзрачный, с вялым желтоватым лицом.
Напротив – железный табурет, привинченный к полу. На табурете – тот самый хорошо одетый, но помятый и встрепанный человек. Он старается держаться с достоинством. За спиной у него стоят на страже Максим и еще один гвардеец.
БРИГАДИР. Ноле Ренаду, пятьдесят шесть лет, домовладелец, член магистратуры… (Оборачивается к адъютанту.) Документы проверены?
АДЪЮТАНТ. Так точно, все в порядке.
БРИГАДИР. Так… Скажите, господин Ренаду, вам знаком кто-то из арестованных?
РЕНАДУ. Нет. Только фамилия одного из них – Кетшеф… У меня в доме живет какой-то Кетшеф…
Штатский зевает, просматривая иллюстрированный мужской журнал.
РЕНАДУ. Но может, я ошибаюсь, у меня несколько домов…
ШТАТСКИЙ (не отрываясь от журнала). А о чем говорили в камере остальные арестованные, вы не обратили внимания?
РЕНАДУ. Прошу прощения, у вас там… насекомые, так вот мы главным образом о них…
БРИГАДИР. Понятно. Ну что же, мы не извиняемся, господин Ренаду. Вот ваши документы, вы свободны… Начальник конвоя!
Входит Гай.
РЕНАДУ (с достоинством). Ни о каких извинениях не может быть и речи. Виноват только я, я один… И даже не я, а проклятая наследственность…
БРИГАДИР (передает Гаю документы). Верните господину Ренаду документы и изъятое имущество…
Ренаду выходит. Гай, сопровождающий его, успевает взглянуть на Максима.
БРИГАДИР. Ну вот, весь мусор кончился, теперь пойдет группа.
ШТАТСКИЙ. Начинайте прямо с руководителя. Как там его – Кетшеф?
* * *
На табурете – худой человек в белом халате. Тот самый, который шел на ротмистра с пистолетами, которого разоружил Максим.
БРИГАДИР. Ваше имя – Гэл Кетшеф?
КЕТШЕФ. Да.
БРИГАДИР. Зубной врач?
КЕТШЕФ. Был.
БРИГАДИР. В каких отношениях находитесь с Орди Тадер?
КЕТШЕФ. Она моя жена.
БРИГАДИР. Дети есть?
КЕТШЕФ. Был. Сын.
БРИГАДИР. Где он?
КЕТШЕФ. Не знаю.
БРИГАДИР. Почему решили заняться антигосударственной деятельностью?
КЕТШЕФ. Потому что в истории мира не было более отвратительного государства. Потому что любил свою жену и своего ребенка. Потому что вы убили моих друзей и растлили мой народ. Потому что всегда ненавидел вас. Достаточно?
БРИГАДИР (спокойно). Достаточно. Более чем достаточно. Скажите нам лучше, сколько вам платят хонтийцы? Или вам платит Пандея?
КЕТШЕФ. Кончайте эту комедию, бригадир. Зачем это вам?
БРИГАДИР. Вы – руководитель группы?
КЕТШЕФ. Да. Был.
БРИГАДИР. Кого можете назвать из членов организации?
КЕТШЕФ. Никого.
ЧЕЛОВЕК В ШТАТСКОМ. Вы уверены?
КЕТШЕФ. Да.
ЧЕЛОВЕК В ШТАТСКОМ (мягко). Видите ли, Кетшеф, мы знаем о вашей группе все. Мы даже знаем кое-что о связях вашей группы. Вся эта информация получена нами от какого-то лица, и теперь только от нас зависит, какое имя будет у этого лица – Кетшеф или какое-нибудь другое…
Кетшеф опускает голову.
ЧАЧУ (резко). Вы понимаете, что вам предлагают? Не жизнь, массаракш! Честь!
Кетшеф смеется. Смех переходит в кашель.
Бригадир смотрит на штатского. Тот отрицательно качает головой. Бригадир пожимает плечами и поднимается.
БРИГАДИР. Гэл Кетшеф, пятидесяти лет, женатый, зубной врач, приговаривается к уничтожению. Срок исполнения приговора – сорок восемь часов. Конвой!
Напарник Максима выводит Кетшефа.
БРИГАДИР (вполголоса, штатскому). Не понимаю тебя. По-моему, он разговаривал довольно охотно. Типичный болтун – по вашей же классификации. Не понимаю.
ШТАТСКИЙ (с усмешкой). Вот потому-то, дружище, ты командуешь бригадой, а я… а я – у себя.
Бригадир обиженно сопит. Ротмистр Чачу тем временем поднимается, подходит вплотную к Максиму.
ЧАЧУ (шипит ему в лицо снизу вверх). Как стоишь, кандидат? Куда смотришь? Смир-рна! Глаза перед собой! Не бегать глазами!
Несколько секунд, шумно дыша, разглядывает Максима, потом возвращается на место и закуривает.
АДЪЮТАНТ. Так. Остались: Мемо Грамену, эта баба и еще один, который отказался себя назвать.
ШТАТСКИЙ. Вот с него и начнем.
АДЪЮТАНТ. Номер семьдесят три-тринадцать.
* * *
На табурете сидит сухой жилистый человек с болезненно-толстыми, распухшими от прокусов губами. Одна рука у него искусственная, но несмотря на это, он в наручниках. Это Вепрь.
БРИГАДИР. Ваше имя?
ВЕПРЬ (неожиданно весело). Которое?
БРИГАДИР. У вас их много? Тогда назовите настоящее.
ВЕПРЬ. Настоящее мое имя – номер семьдесят три-тринадцать.
БРИГАДИР. Та-ак… Что вы делали в квартире Кетшефа?
ВЕПРЬ. Лежал в обмороке. Я это очень хорошо умею. Хотите, покажу?
ЧЕЛОВЕК В ШТАТСКОМ (очень зло). Не трудитесь. Вам еще понадобится это умение, господин Тик Феску по кличке Вепрь!
Вепрь вдруг заливается веселым смехом. Смеется искренне. Люди за столом будто каменеют, слушая этот смех.
ВЕПРЬ. Массаракш! Ну и угроза!.. Впрочем, вы еще молодой человек… Вот посмотрите на мою левую руку. Мне ее отпилили в доброй довоенной охранке, в три приема. Палачи выполняли тяжелую, неблагодарную работу, им было скучно, они пилили мою руку и ругали нищенские оклады. И мне было страшно. А сейчас…
БРИГАДИР (штатскому). По-моему, достаточно.
Штатский быстро пишет что-то прямо на своем журнале и дает бригадиру прочитать. Бригадир очень удивлен. Колеблется. Смотрит с сомнением на штатского. Штатский улыбается. Бригадир пожимает плечами.
БРИГАДИР (ротмистру Чачу). Свидетель Чачу, как вел себя обвиняемый при аресте?
ЧАЧУ (мрачно). Валялся, откинув копыта.
БРИГАДИР. То есть сопротивления не оказывал? Та-ак…
Бригадир еще секунду думает, поднимается и оглашает приговор.
БРИГАДИР. Обвиняемый номер семьдесят три-тринадцать, Тик Феску по прозвищу Вепрь, приговаривается к бессрочному пребыванию в работах на воспитании.
ВЕПРЬ (удивленно). Ну и ну…
* * *
На табурете сидит женщина, все такая же бледная и прозрачная.
БРИГАДИР. Ваше имя Орди Тадер?
Женщина молчит.
БРИГАДИР. Ваш муж Гэл Кетшеф? И у вас есть ребенок?
Женщина молчит.
БРИГАДИР. Вы проживаете в доме номер восемь по улице Трубачей?
Женщина молчит.
БРИГАДИР. Подумайте, может, все-таки лучше отвечать на вопросы? Может быть, тогда мы сумеем отыскать вашего ребенка?
ЖЕНЩИНА. Вы, все, оболваненные болваны. Убийцы. Вы все умрете. Ты, бригадир, умрешь скверной смертью. Не от моей руки, к сожалению, но очень, очень скверной смертью. И ты, сволочь из охранки. Я бы сама убила тебя, я бы до тебя добралась, если бы не эти холуи у меня за спиной… И ты, пушечное мясо, палач. Вы все здесь сдохнете еще до того, как мы сшибем ваши проклятые башни!
Она поднимается и делает шаг к столу. Напарник Мака бросает ее обратно в кресло, тогда она плюет, плевок не долетает до стола, женщина роняет голову и плачет.
Сидящие за столом смотрят, как она плачет. Максим потрясен, ему тяжело. Наконец бригадир поднимается и зачитывает приговор.
