— Да, — коротко подтвердила Арден.
— «Зал Орхидей». В три часа.
Телефон умер в ее руке. Она положила трубку с такой осторожностью, словно прошла физиотерапию и хочет удостовериться, что все движения точные и правильные. Рон не предоставил много времени. Было два часа дня. Мэтт спал. Дрю находился в своем кабинете, беседуя с Хэмом по другой линии. Они планировали спуститься на пляж после пробуждения Мэтта.
— Миссис Лаани, — позвала Арден, сунув голову в кухонную дверь. — Не хочу мешать Дрю, он разговаривает по телефону. Пожалуйста, передайте ему, что я решила пройтись по магазинам. Пусть они с Мэттом идут на пляж без меня, а я потом присоединюсь к ним.
— Я завтра с удовольствием похожу по магазинам вместо вас, — предложила домработница.
— Нет, спасибо. Мне надо кое-что купить для себя самой. Я ненадолго.
Через несколько минут Арден покинула дом, одетая в поплиновую юбку и рубашку-поло. Будь она проклята, если станет наряжаться для Рона.
Арден знала, что «Зал Орхидей» располагается в одном из ветхих зданий на окраине Лахайны, потому что много раз проезжала мимо по дороге в город. Там было хуже, чем она ожидала, — помещение тусклое и дымное, вонь прокисшего пива усугубляла удушливую атмосферу.
Ей потребовалось какое-то время, чтобы глаза приспособились к полумраку. Когда она сумела оглядеться, то заметила, что является единственной женщиной в баре. Косые взгляды обшаривали ее из темных углов. Сглотнув, Арден прошла прямо к ближайшей красной кабинке и скользнула на потертое сиденье.
— Содовую, пожалуйста, — заказала она официанту, примчавшемуся обслужить ее.
Он был одет в кричащую гавайскую рубашку, мешковатую и не слишком чистую, волосы щедро напомажены гелем.
— Да, мэм, — протянул он, жадно озирая ее тело.
Арден воззрилась на неоновые часы на противоположной стене и не оторвала от них глаз, даже когда стакан содовой грохнулся перед ней без прилагающейся салфетки или подставки. Она не стала бы пить здесь за все золото мира. Арден игнорировала наглые взгляды в свою сторону, комментарии и шепот, сопровождаемые грубым гоготом, и зловещие гримасы.
Рон опаздывал уже больше чем на пятнадцать минут. Будь он проклят. Он сделал это нарочно, чтобы подавить ее, напугать, оскорбить. Просто очередной прием обожаемой им психологической войны. Ладно, она не собирается ни секунды дольше торчать в этой занюханной забегаловке.
Но, как только Арден взяла сумочку, чтобы уехать, Рон плюхнулся наискосок от нее.
— И куда это собралась? — рявкнул он.
— Мне не нравится выбранное тобой место, — отрезала она.
Другие посетители понимающе ухмылялись, глядя на них, — встреча с любовником. Или с клиентом? Ее затрясло от отвращения.
— Да мне плевать, нравится тебе или нет. — Рон махнул бармену. — Двойной скотч. Чистый.
Потом впился в Арден ненавидящими глазами, пробивая стену ее обороноспособности, словно двойным тараном.
— Мне нужно двадцать тысяч долларов.
Официант, ставя заказ Рона на сальную поверхность стола, поинтересовался, не желает ли она еще чего-нибудь. Вопрос был смехотворным, она и первого-то стакана не коснулась. Арден покачала головой, не соизволив взглянуть на него. Служащий напоминал таракана, снующего в темноте.
Рон залил в себя половину выпивки, вздрогнул, тяжело сглотнул, затем выпил еще.
— И ты мне их достанешь.
— Пошел к черту. И не подумаю!
Мерзкие глазенки блуждали по ее груди, пока гнусная ухмылка кривила вялый рот.
— Еще как подумаешь.
Он снова немного глотнул.
— За мной охотятся, Арден. Очень жестокие типы, настоящие мясники. Я в долгах по самую задницу. Они хотят получить свои деньги.
— Это твоя проблема, не моя.
— О, ты-то в шоколаде. Но это станет твоей проблемой. Сейчас ты замужем за богатым теннисным игроком. Очень важной персоной. Профессионалом. Высшего класса. Если бы не я, ты никогда не встретилась бы с ним. Так что за тобой должок.
И тут Арден сделала то, чего никак не ожидала от себя в присутствии Рона Лоури, — рассмеялась.
— Ты дурак, — заявила она с нескрываемым презрением. — После всех обид, которые мне нанес, после того, как вынудил родить ребенка для другого мужчины, ты еще смеешь утверждать, что я должна что-то тебе.
Рон пожал плечами.
— Неважно. Ты, как было всегда, сделаешь все, что я прикажу. Потому что бесхребетная трусиха.
— Уже нет! — прошипела она.
— Нет? — с ухмылкой переспросил он, потом разразился тихим зловещим смехом и посмотрел через плечо на дюжину мужчин, наблюдающих за ними с острым интересом. — Разве не ты каждой жилкой тряслась от страха, пока я не пришел? Тебе ведь здесь не понравилось, а? Все эти парни глазели на тебя, воображая, что там у тебя под юбкой. Это слегка пугало? А? Разве ты не психовала? Держу пари, между грудями у тебя бежит струйка пота. Правильно? Такие шикарные большие сиськи взмокли от ужаса?
— Прекрати.
— И наверняка между ногами тоже все вспотело. А? Одно мое слово, и, бьюсь об заклад, эти молодцы с удовольствием проверят это.
— Рон, пожалуйста.
Он изобразил удивление.
— Что? Я в самом деле услышал дрожь в твоем голосе? Мольбу о милосердии?
Он сложил руки на столе и наклонился вперед:
— Именно это мне и нужно от тебя, Арден. Покорность.
Сделал еще один глоток и продолжил:
— Ну, а теперь давай приступим к делу.
Заказав еще одну порцию выпивки, заявил:
— Пять тысяч нужны мне немедленно. Остальные пятнадцать можешь отдать за несколько недель.
— Рон, — воскликнула Арден, изо всех сил пытаясь держать себя в руках. — У меня нет таких денег!
— У тебя есть чертов текущий счет, и я знаю это! — заорал он, треснув кулаком по столу.
Она подпрыгнула, вопреки собственному решению не выказывать страха.
— Да, у меня есть текущий счет, — согласилась Арден, с трудом сохраняя самообладание. — Но как я объясню Дрю такой большой расход?
— Твоя забота. Раз уж у тебя хватило изобретательности обманом заманить такого парня в брак, то как-нибудь придумаешь способ раздобыть деньги.
— Я не обманывала его, — горячо возразила Арден.
— Думаешь, он согласится с тобой, если я пойду и расскажу ему, кого именно накачал его спермой?
Рон жалостливо покачал головой.
— Нет. Вряд ли он превратился бы в пылкого жениха, если бы узнал об этом.
— Я буду все отрицать. Могу признаться, что ты мой бывший муж, но это не доказывает, что я родила ребенка Дрю. Я стану утверждать, что ты лжешь, чтобы шантажировать нас.
