Девушка и раньше предполагала, что все пойдет именно так, однако, теперь, попав в эту чудовищную атмосферу, она чувствовала, как силы покидают ее. Люсинда боялась, что вот-вот упадет в обморок, и в то же время желала, чтобы это случилось.
— Наш гость страшно скучает в этом костюме, — Микал бросил взгляд по обе стороны стола. — Кто хочет первым повеселить его?
С одного из ближайших к губернатору кресел послышалось хихиканье. В Зале раздались аплодисменты — зрители предвкушали удовольствие.
— Всем известно, сколь изобретателен наш Джеми, — приятным тоном продолжил Микал, обращаясь к Люсинде. — Я настаиваю, чтобы ты смотрела на это. Давай держись!
Филипп Ногара, сидящий по соседству с Микалом, начал выходить из состояния безразличия. Как бы неохотно он стал наблюдать за происходящим. На лице его появилось выражение предвкушения необычного зрелища, отвращение отступило на второй план.
Джеми, хихикая, подошел к пленнику, держа в руке маленький, украшенный драгоценными камнями нож.
— Только не глаза, — предупредил Микал. — Я хочу, чтобы он еще кое-что увидел — сегодня у нас будет тут много интересного.
— О, конечно, — садистски улыбаясь, ответил Джеми. Он брезгливо снял рогатый шлем с головы пленника, демонстративно обтерев пальцы, которыми прикасался к нему. — Мы начнем потихоньку, со щеки. Возьмем всего лишь кусочек кожи…
Джеми легонько провел ножом по щеке своей жертвы, однако мертвая плоть не выдержала этого. Едва негодяй воткнул нож около глаза и медленно потянул его вниз, как вся безжизненная маска покраснела, и набухла, из бессмысленно уставившихся вперед глаз потекли слезы. Из-под развалившейся плоти выступил стальной череп ухмыляющегося берсеркера.
Люсинда успела увидеть, как стальная рука бросила тело Джеми через весь зал. Затем люди, державшие девушку, в панике рассыпались по сторонам, судорожно пытаясь спастись, и она нырнула под стол. В зале поднялась невероятная суматоха, повсюду слышались крики. В следующее мгновение могучий берсеркер перевернул огромный банкетный стол.
Поняв, что ее разоблачили, машина изменила первоначальный план — вернуться, собрав доказательства смерти Карлсена, — и перешла к изначальной цели берсеркера — убийству. Приседая и подпрыгивая, машина передвигалась по залу, прокладывая дорогу серпообразными руками. Она словно пожинала урожай, позади нее движение и паника сменялись кровавым успокоением.
У центрального входа образовалась пробка из мечущихся людей, и машина-убийца методично рубила направо и налево, уничтожая и калеча их. Наведя порядок у дверей, берсеркер развернулся и снова направился вглубь зала. Приблизившись к Люсинде, которая все еще стояла на коленях в том месте, где она пряталась под столом, машина замешкалась, узнав в девушке своего партнера по предыдущей функции, и не тронула ее. Спустя секунду она уже семенила в другую сторону, приметив для себя очередную цель.
Это был Филипп Ногара, который, шатаясь, едва держался на ногах. Правая рука Верховного была сломана и висела вдоль туловища. Несмотря на это, он сумел достать откуда-то тяжелый автомат и сейчас, держа его в левой руке, стрелял в сторону машины, которая приближалась к нему с другой стороны перевернутого стола. Выстрелы его, однако, один за другим приходились в мебель и в ещё стонущих людей.
Наконец, один из выстрелов достиг цели. Прямое попадание разнесло металлическое тело на куски. Задетый одним из обломков, Ногара снова упал.
В Большом Зале, будто развороченном взрывом бомбы, наступила необычная тишина. Люсинда неуверенно поднялась на ноги. Тишина постепенно уступала место стонам, рыданиям и всхлипываниям. Никто, однако, кроме нее, на ноги подняться не смог. В изумлении она подошла к тому месту, где на полу валялись останки машины-убийцы. Глядя на обрывки одежды и ошметки плоти, повисшие на металлическом остове, девушка не могла произнести ни слова. Мысленно она вдруг увидела лицо брата таким, каким оно было всегда — мужественным и улыбающимся.
Потрясенная Люсинда мучительно вспоминала — осталось еще что-то такое, что имело неизмеримо большее значение, чем этот странный мертвец. Ну, конечно же, это заложники — пленники берсеркера. «Может быть, удастся обменять на них тело Карлсена», — подумала она.
По всему Залу взад-вперед в состоянии близком к панике сновали обслуживающие машины. Они не привыкли к неприятностям большим, чем винные пятна на скатерти, и происшедшее совершенно вывело их из себя. Люсинде пришлось продвигаться, постоянно избегая столкновений с этими дурацкими существами, однако она, двигая перед собой установленный на колесики тяжелый гроб, все же смогла преодолеть почти половину Зала, когда ее остановил чей-то слабый, едва различимый голос. Ногара подтянулся и с большим трудом сел, прислонившись спиной к перевернутому столу.
— …живой… — невнятно пробормотал он.
— Что? — удивилась девушка.
— Йохан живой… Он здоров. Понимаешь? Это морозильник…
— Но мы все говорили берсеркеру, что он мертв!
Люсинде показалось что она сейчас сойдет с ума, не выдержав еще одного потрясения. Первый раз она внимательно вгляделась в лицо Карлсена. Прошло немало времени, прежде чем ей, наконец, удалось успокоиться и стереть слезы с лица.
— Там заложники… Берсеркеру нужно тело Карлсена.
— Понятно… — с трудом произнес Ногара, — теперь я понимаю. Он потряс головой, — нет, этого не будет.
Его переломанное и разбитое тело все еще излучало грубую силу. Автомата у него уже не было, и все же Люсинда чувствовала, что не может действовать против воли этого человека. В ней не осталось ненависти к нему.
— Но там же семь человек, — возразила девушка.
— В этом мы с берсеркером схожи, — Ногара скрипел стиснутыми от боли зубами. — Он не отпустит пленников. Вот возьми, это ключ… — Ногара достал ключ из внутреннего кармана и протянул его девушке.
Взгляд Люсинды вновь обратился к безмятежно спокойному лицу лежащего в гробу человека. На какое-то мгновение она задумалась, но затем стремительно протянула руку и приняла ключ из рук Ногары. Верховный Лорд, который, видимо, держался из последних сил, откинулся на спину.
На замке гроба было обозначено несколько положений. Девушка установила замок на «Аварийное оживление». Вокруг фигуры Карлсена появилось какое-то свечение, послышалось ровное гудение.
Автоматические системы корабля мало-помалу начали реагировать на аварийные обстоятельства. Обслуживающие машины переключились на выполнение спасательных работ и сновали по Залу с носилками. Одним из первых унесли Ногару. Видимо, где-то в соседнем помещении приступил к работе робот-врач. Внезапно из под трона Верховного раздался громкий голос:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
