сих пор сохранилась картотека на 1144 библиографические ссылки, вошедшие в монографию, и русский текст монографии с предисловием Н. П. Напалкова. Русскоязычная версия была принята в издательство «Медицина» в Москве, но так и не дождалась своей очереди на публикацию – очевидно, находились более важные темы или авторы…
Тем не менее в январе 1988 года я получил из США увесистую бандероль с еще пахнущими типографской краской двумя томами своей книги[59] в двух экземплярах. Практически одновременно пришло письмо из ВААП – Всесоюзного агентства по охране авторских прав, извещавшего меня, что оно давно и беззаветно защищает мои права, за что часть гонорара, переведенного из издательства на моё имя, пойдет на возмещение расходов по защите моих прав, а оставшееся я могу положить на валютный счет во Внешторгбанк, исключительно в его Московское отделение. При этом снимать деньги со счета можно будет только перед поездкой за рубеж, имея загранпаспорт, визу и разрешение Минздрава, подав его не ранее чем за трое суток (или, может быть, даже одни) до выезда. В общем, из присланного письма стало понятно, что денежек мне не видать. Другой возможностью было получить чеки Внешторгбанка, на которые можно было приобретать товары в магазинах «Березка», – их называли «березовые рубли». У входа в этот рай с заграничными товарами можно было обменять обычные рубли на «березовые» с большой пользой для менял… Я спросил у Н. П., какой вариант выбрать, – и он однозначно сказал, что первый вариант безнадежен – правила составлены таким образом, что деньги практически никогда нельзя получить. Итак, я поблагодарил своих благодетелей письменно, затем поехал в Москву в ВААП, расположенный на Малой Бронной недалеко от ул. Горького (ныне Тверской), вернулся в Питер и намеревался осуществить свою мечту – приобрести «Таврию» – непритязательный плод запорожского автогиганта. На «Жигули» денег не хватало: защиту моих авторских прав, видимо, благодетели оценивали очень дорого. Много позднее В. П. Скулачёв, у которого в том же году вышла примерно такого же объема книга в Англии, рассказал мне, что благодаря родственным связям одной его сотрудницы с кем-то в означенном выше Внешторгбанке он сумел чудом получить оставшийся после секвестрации ВААПом гонорар в валюте, которого хватило на двухэтажный дом из бруса с затейливой башенкой, поставленный рядом с оставшейся от родителей подмосковной дачей. Но у меня сотрудников с такими связями не было, а несколько тысяч «березовых» рублей, которые достались мне после «дележа» с ВААП, угрожали превратиться в дым. Как раз в это время в газетах прошли публикации, призывавшие к восстановлению социальной справедливости и упразднению валютных спецмагазинов. Сигнал был распознан, и владельцы «березовых» рублей бросились скупать все подряд, немедленно сделав дефицитом всё, что в этих магазинах было. Люди с ночи занимали очереди, чтобы попасть в магазины «Березка», которых на весь Ленинград было аж два. Мечтать о приобретении чудо-автомобиля уже не приходилось – на них даже через «Березку» шла запись на несколько лет вперед. Лишь благодаря моему брату, который умел разговаривать с представителями торговли, удалось приобрести японский телевизор Sanyo, который честно служит мне уже 30 лет, ни разу не побывав в ремонте и сохранив первозданную яркость и чистоту красок.
Итак, книга была получена, я с гордостью показал ее Николаю Павловичу, который искренне меня поздравил и сказал, что теперь можно подумать о «членкорстве». В журнале Национального института рака США вышла рецензия на книгу[60], в которой ее назвали «компендиумом» сведений по проблеме и подчеркнули, что автору удалось избежать тенденциозности и сохранить объективность при анализе огромного фактического материала. Бывая в командировках в США, при посещении библиотек я не отказывал себе в удовольствии убедиться, что практически во всех университетских библиотеках эта книга была в каталогах основного фонда. Хорошую рецензию на книгу написал В. С. Турусов, и она была опубликована в журнале «Вопросы онкологии»[61].
Выход обзора в «Успехах в изучении рака», книги, изданной в Лионе, и, наконец, издание двухтомника в США индуцировали ряд приглашений прислать новый обзор, принять участие в международных конференциях по проблеме «старение и рак». «Первой ласточкой» было приглашение выступить с пленарной лекцией на конгрессе онкологов ГДР в Берлине в 1985 году. Приглашены на конгресс были также директор Института клинической и экспериментальной медицины чл.-корр. АМН СССР П. А. Боговский из Таллина и директор Института экспериментальной и клинической терапии АМН СССР в Сухуми академик АМН СССР Б. А. Лапин. Принимавший нас накануне открытия конгресса у себя дома директор Института раковых исследований в Берлин-Бухе профессор Стефан Таннебергер сказал за ужином, что ему особенно приятно пригласить на конгресс маститых ученых, не только известных своими работами, но и владеющих немецким языком. В крайнем смущении я сказал, что не могу себя сравнивать с двумя мэтрами экспериментальной онкологии, действительно являющимися выдающимися учеными, и к тому же совсем не знаю немецкого языка. На это Таннебергер заметил, что поводом к приглашению явилась публикация моего обзора в журнале «Успехи в изучении рака».
В Группе советских войск в Германии, в части, располагавшейся недалеко от Берлина, в то время служил мой брат Дмитрий. После школы он пошел по стопам отца, окончил военное училище, стал специалистом по ракетному вооружению, служил сначала под Уссурийском на Дальнем Востоке, а затем был переведен в Германию. Я списался с ним заранее, и в один из дней сел в электричку на Александер-платц, пересел на указанной мне станции на дрезину и через какой-то час уже обнимал брата. Он привез меня в закрытый городок, построенный нашими военными строителями так, что на его территории ничто не указывало, что ты находишься в Германии. Дмитрий представил меня командиру части – симпатичному молодому полковнику. Несколько часов общения с братом, включавшими обед с несколькими его друзьями-сослуживцами, пролетели быстро. В военном «Урале» он отвез меня на станцию. Через много лет брат рассказал мне, что мой визит был уникальным событием в его сверхсекретной части, разрешение на это специально запрашивали. Видимо, я прошел проверку спецслужб, раз поездка состоялась.
Последний Всесоюзный съезд онкологов
В 1986 году в Ленинграде состоялся IV Всесоюзный съезд онкологов. Н. П. Напалков возглавлял в то время Всесоюзное общество онкологов и был председателем оргкомитета. Ему предстояло на съезде прочесть пленарную лекцию об эволюции концепций опухолевого роста. Задолго до съезда он собрал своих учеников. «В современных руководствах все цитируют не первоисточники, а доступные издания, где нередко встречаются неточности цитирования», – сказал он нам и поручил просмотреть работы классиков. Мне «достались» Гиппократ и Авиценна, Марку Забежинскому – Вирхов. В Библиотеке Академии наук я нашёл немецкое издание трудов Гиппократа, где давался параллельный перевод греческого
