— И прежде, чем ты спросишь, да, грубить обязательно.
Он поджимает губы и несильно прищуривается.
— Дерзкая девочка, — шепчет он, заставляя меня улыбнуться. — Я бы пришел.
— Я уже большая девочка, — я с легкостью сбрасываю с него озабоченность, хотя, честно говоря, это полностью его вина, что я оказалась в таком положении. Такого больше не будет. — И в любом случае, я с этим вопрос покончила. — Улыбаюсь, стараясь облегчить его чувство вины. — Точнее, кончила.
Он отражает мою улыбку.
— Вдвойне дерзкая.
Нас прерывают шаги, и появляется Нан, ее живое лицо живее обычного, и я знаю, это потому что Миллер здесь, и он позволил ей себя накормить.
— Тушеное мясо с картофелем! — напевает она, довольная. — На что-то более экстравагантное у меня не было времени.
Миллер отводит от меня глаза и разворачивается на своих дорогущих ботинках. Довольство Нан растет, даже учитывая то, что она лишилась вида идеальной задницы Миллера.
— Уверен, что бы вы ни решили приготовить, все будет идеально, миссис Тейлор.
Он машет в сторону Миллера кухонным полотенцем, вся такая скромная и задорная.
— Я накрыла стол на кухне.
— Если бы я знал, что мы будем ужинать вместе, я бы что-нибудь принес, — говорит Миллер, прижимает ладонь к моему затылку и подталкивает следовать за бабушкой на кухню.
— Ерунда! — смеется Нан. — Кроме того, у меня еще сохранилось шампанское и икра.
— С жаркое? — спрашиваю, хмурясь.
— Нет, но я сомневаюсь, что Миллер принес бы бочонок дешевого пива взамен, — бабушка машет рукой, указывая на стул. — Садитесь.
Для меня отодвинут стул и задвинут, сразу после того, как я занимаю свое место. Его губы касаются моего ушка:
— Как быстро ты сможешь съесть тушеное мясо с картофелем?
Игнорирую его и сосредоточенно впитываю в себя жар его дыхания. Глупо, наверное, но неважно, насколько быстро я могу есть, потому что манеры Миллера просто не позволят ему заглатывать пищу.
Он садится рядом со мной и дарит сексуальную улыбку как раз тогда, когда в центре стола появляется огромный котелок. Я вдыхаю аромат мяса, овощей и картошки. И морщусь. Я совсем не голодна, разве что этим выводящим из себя мужчиной рядом со мной.
— Куда запропастился Джордж? — досадует Нан, нетерпеливо поглядывая на свои часы. — Опаздывает уже на пять минут.
— Джордж к нам присоединится? — спрашивает Миллер, кивая в сторону источающего пар котелка, его приказ мне приступать. — Приятно будет снова его увидеть.
— Хмм, так не похоже на него.
Она права. Обычно он уже сидит за столом, вооружившись вилкой и ножом, и готовый первым наброситься на еду. К сожалению, сегодня я удостоена такой чести. Беру сервировочную ложку, выражая энтузиазм равный тому, что чувствую, и погружаю ее в середину котелка, отчего аромат вокруг становится только сильнее.
— Пахнет вкусно, — сообщает Миллер бабушке, при этом, не отводя от меня глаз. Я не уверена, сколько смогу съесть. Но с тем интересом к моим привычкам в еде, который обеспечен со стороны Миллера и Нан, мне суждено одолеть целую тарелку.
Меня спасает дверной звонок.
— Я открою,— бросаю ложку и поднимаюсь со стула только для того, чтобы меня толкнули обратно.
— Позволь мне, — вмешивается Миллер и забирает сервировочную ложку, накладывая мне полную тарелку мяса, прежде чем отправиться в коридор.
— Спасибо, Миллер, — нараспев произносит Нан со счастливой улыбкой. — Такой джентльмен.
— Периодически, — бормочу себе под нос и беру ложку, наполняя тарелку Миллера до краев так, что еще чуть-чуть, и все вывалится на стол.
— Он голодный? — спрашивает Нан, следя за тем, как ложка снова и снова летает от котелка к его тарелке.
— Умирает с голоду, — заявляю, молча усмехаясь.
— Оставь немного для Джорджа. Он будет рвать и метать, если не получит, по крайней мере, двойную порцию. — Она цепляется за котелок, проверяя оставшееся содержимое.
Там полным-полно.
— Хорошо. Ешь, — она пальцем показывает на мою тарелку, и я спрашиваю себя, куда подевался обеденный этикет, согласно которому мы должны дождаться всех. Нан поглядывает в сторону коридора и хмурится. — Думаешь, он потерялся?
— Я проверю, — подскакиваю, все что угодно, лишь бы избежать еды. Надеюсь, что каким-то чудом, пока я хожу за Миллером и Джорджем, аппетит появится. Не торопясь выхожу в коридор и успеваю заметить лишь спину Миллера перед тем, как за ним закрывается дверь.
— Чего ты хочешь? — слышу, как он старается шептать. Совсем не получается.
Спустя долю секунды я понимаю, что кто бы ни звонил в дверь, это явно не Джордж. Они бы уже давно вернулись к столу, и Миллер не задавал бы этот вопрос столь злобным тоном. Мои шаги ускоряются так же, как и стук сердца. Берусь за дверную ручку и тяну, но дверь сдвигается всего на пару миллиметров, с другой стороны растет сопротивление. Не хочу кричать на него и привлекать внимание бабушки, так что жду какое-то время, пока не чувствую, как сопротивление слабеет, а потом со всех сил дергаю ее на себя. Срабатывает. Миллер едва заметно отшатывается от неожиданной потери опоры, непослушные волосы падают ему на лоб, меня пробивает шокированный взгляд синих глаз.
— Оливия! — Он едва сдерживает свой гнев, делает шаг ко мне и ладонью обхватывает заднюю часть моей шеи. А потом отодвигается, разоблачая таинственного гостя.
— Грегори, — выдыхаю я, довольная и настороженная одновременно. Все не идеально. Я бы никогда не хотела попытаться восстановить нашу дружбу на глазах у Миллера, но он здесь, и с этим ничего не поделаешь. Стиснутая челюсть Грегори — явный признак того, что его терпимость по отношению к Миллеру не возросла, вибрация от прикасающегося ко мне Миллера свидетельствует о том, что это чувство взаимно.
— Мило и плюшево, — выплевывает Грегори, переводя уничтожающий взгляд с Миллера на меня.
— Не будь таким, — говорю я мягко, пытаюсь подойти к нему и не преуспеваю. Миллер не отпускает меня, во что бы то ни стало. — Миллер, пожалуйста, — выкручиваюсь из-под его руки, и за свое действие получаю рычание.
— Забудь, Оливия, — он останавливает меня, и я, поднимая глаза, вижу, как все его лицо накрыла убийственная тень. Мне это не нужно.
— Чего ты хочешь? — голос Миллера пропитан опасностью.
— Хочу поговорить с Оливией, — ответ Грегори, соответствуя злобе Миллера, также безжалостен. Они, как два хищника, испепеляют друг друга тяжелым взглядом, челюсти стиснуты, каждый готов атаковать, только вот я не уверена, кто из них первым потеряет контроль. Заявление Грегори одобрено.
— Так говори.
— Наедине.
Миллер качает головой, уверенно, каждая клеточка его изящного тела источает превосходство.
