сотрудником отеля?
Перебирая ингредиенты и зелья, я наткнулась на маленький свисток, который мне подарила Ассоль. Что ж, попытка не пытка. Приложив свисток к губам, я набрала воздуха побольше и резко дунула. Свиста я не услышала, но этот свисток и не для меня сделан. Осталось только подожд…
Я не успела оторвать свисток от губ, когда передо мной мелькнуло длинное блестящее тело Ассоль. Подплыв ко мне, она развернулась спиной, там, где раньше находился держатель для подносов, теперь крепилось небольшое седло. Видимо я слишком долго его рассматривала, потому что мне в бок прилетел шлепок ластом. Это был толстый намек, чтобы я поторопилась.
Задрав повыше подол платья, я перекинула через спину морского котика ногу, в этот момент она и рванула с места, не обращая особо внимания на то, что я и сесть то на нее нормально не успела. Обхватив ее шею обеими руками, я держалась в седле из последних сил. Скорость плавания была такая, что казалось, я лечу на живой торпеде, которая не умеет тормозить.
А нет, тормозить морской котик умеет. Я это прекрасно прочувствовала своей головой, когда, не доплывая до двери борделя Ассоль резко остановилась, а я благополучно вылетела из седла, приземлившись прямо перед началом очереди, больно приложившись лбом об морское дно. Даже баф словила от такого «мягкого» приземления.
Не дожидаясь пока я поднимусь с земли, эта черная бестия рванула к двери, а перед этим опять толкнула меня ластом в плечо, где, ожидаемо, появилась новая красная рыбка. Скоро я попаду в рабство к этим морским котикам, задолжав им неприличное количество рыбы.
Перед входной дверью дежурил охранник, одетый в кожаную безрукавку и такие же штаны. Не покидая своего поста, он кивнул мне головой и, приглашающе, указал на дверь. Что ж, значит внутри меня ждут.
Прошествовав с гордо поднятой головой мимо ожидающей толпы, я переступила порог «Красного Бархата». На входе меня встречали еще двое мужчин из числа «девочек» Мадам:
— Мы рады приветствовать Вас, Смаргдена Сидус, в нашем заведении, позвольте предложить Вам программку — тот, что стоял с правой стороны от меня передал мне в руки блестящий буклет, после чего второй мужчина подхватил меня под руку и повел в глубину зала. При этом на место ушедшего тут же встал новый встречающий.
— Для вас приготовлено место почетного гостя по правую руку от самой Мадам Олиюси. — Мы дошли до первого ряда мягких сидений из красного бархата, облицованных золотой тесьмой. В самой середине было что-то вроде сдвоенного кресла, на котором сидела хозяйка и приветливо махала мне рукой.
Хорошо, что между рядами сидений и сценой оставалось достаточно места, чтобы не приходилось протискиваться мимо гостей, боясь наступить им на ногу. Дойдя до Мадам, я улыбнулась ей. Еще бы мне не улыбаться, в этот шикарный вечер я получу кругленькую сумму за то, что Уна будет выступать. Олиюси Тума была, как всегда, элегантна, шляпка, сумочка, небольшое колье, образ не владелицы борделя, а благородной матроны, ей только пары любимых внуков не хватало рядом.
— Здравствуй Рена, я рада, что ты успела вовремя. Уна в тебе не сомневалась. Мы скоро начинаем, а пока вот, это ваша доля. — Со стороны хозяйки борделя стояли двое взрослых мужчин из числа охранников и маленький мальчик ахилот. Руки и ноги сковывали кандалы, подранная безрукавка и такие же штаны, вот и все, что едва прикрывали наготу мальчика.
Все его тело пестрело синяками и царапинами, губы припухли от ударов, но глаза смотрели на Мадам с вызовом и угрозой. Хозяйка борделя кивнула своему помощнику, и мальчика повели в мою сторону. Дойдя до меня, его толчком в спину поставили на колени.
Что-то я не догоняю, что происходит? Мне обещали деньги, а не детский сад в кандалах! Я переводила растерянный взгляд с мальчишки на коленях на Мадам и обратно на мальчишку.
— Ну-ну Рена, не смущайся, ты можешь им распоряжаться как пожелаешь, это ведь твоя обещанная мной доля за выступление Уны. Его мне прислал в качестве оплаты один клан чужеземцев. Сказали, что мальчишка поможет мне при решении деликатных дел. Он был бы хорошей инвестицией в будущее, но… этот не благодарный, чтобы ты знала, пытался меня ограбить. Далеко пойдет, если не сгинет в тюрьме. У него прям талант к воровству, ведь если бы не моя охрана, то так бы и сбежал. Маловато еще у него опыта, но это, как говорится, дело времени. Присядь рядом милочка, Уна вот-вот появится.
— Мадам Олиюси, мы так с вами не договаривались, если вы меняете условия сделки, то выступление отменяется! — я так зла, что готова разорвать эту «акулу бизнеса» на кусочки. Да что она себе позволяет?! Я повернулась к ней, посмотрела в глаза, даже воздуха набрала побольше, чтобы высказать ей пару ласковых, но не успела!
— Ты Смаргдена щечки-то не надувай! Уговор какой был? Сорок пять процентов с прибыли? Так? — так, именно так, речи о деньгах вообще не было, речь шла о прибыли. Похоже Рена — тот самый слон, который никогда не вымрет.
От бессилия что-то изменить, я почти рухнула на сиденье. Это крах, полный крах моих планов. Нет денег? Нет учения для Уны. Не смогу привезти ее к храму, даже думать не хочу, что могут сделать со мной в реале.
А этот воришка, что он может? Украсть корону короля и положить к моим ногам?! Да он даже к столице не успеет подойти, его повяжут еще на подходе. Он маленький, на вид ему не больше десяти, мне и с Родогуной нелегко, а тут ребенок.
Я сидела и невидящими глазами смотрела на сцену, мальчик так и стоял на коленях передо мной. Надо, чтобы он поднялся с колен…
Мадам, как и зрители, начала хлопать в ладоши. Представление начиналось.
Занавес приподнимался очень медленно под звуки барабанов. «Бам-бам-бам» сначала тихо на уровне шепота, потом все громче и быстрее «Бамбам-бамбам» и, наконец, барабаны просто взревели в момент полного открытия сцены «БАМ-БАМ-БАМ». Одновременно с поднятием занавеса из под потолка опускались небольшие кружевные черные качели, на которых сидела Уна. Она была великолепна в белом ажурном корсете и ниспадающей на бок белой юбке. Эта милаха улыбалась и выглядела очень довольной, еще бы, столько славы свалилось на нее. Сегодня вечер ее триумфа.
Когда качели почти опустились, а Родогуна уже могла коснуться ногами пола, мальчишка сделал резкое движение руками и кандалы с него спали, как с рук, так и с ног. Он повернулся спиной к
