стихий превратился из изумруда в сапфир.
И пришла очередь Ангелины. Она сделала так, как сказал Эрил, но не чувствовала никаких изменений. Огонь оставался для нее по-прежнему закрыт. Ее тело не нагревалось, ладони оставались ледяными. Девушка сделала ими взмах, и урагана как не бывало. Ветер стих, и в ее глазах заиграли огоньки. В левой руке вспыхнул огонь, быстро преобразовываясь в длинную острую стрелу. А «ищейка» стала красивым рубином. Ангелина не могла поверить в происходящее. Неужели Огонь подчинился ей?!
Воздушные потоки обвили ее правую ладонь и быстро материализовались в лук. И тогда артефакт наконец снова стал светло-голубого цвета, точно такого же, когда Руслан направил свою энергию через него. Затем невидимая сила, будто примагнитила камень стихий к наконечнику стрелы, после чего он сам стал этим наконечником, преобразовался, заострился.
И Лина все сразу поняла. Она вложила стрелу в лук и, натянув тетиву и направив «ищейку» в сторону неба, выстрелила. Небосвод вспыхнул огнями, разгоняя тучи. Солнечные лучи вмиг осветили все вокруг.
– Нет! – гневно выкрикнул глава Теней, взмывая в воздух.
Он быстро приблизился к Лине, предотвращая свое поражение, но ничего не успел сделать. Солнечные лучи, вызванные магией камня стихий, вызвали у него ужас. Тень вмиг отделилась от тела Дениса. И не одна. Их было две. Девушка застыла в воздухе, пребывая в шоке, но не забывая делать взмахи крыльями. Однако, когда тело Дениса стремительно понеслось вниз, не контролируемое больше тьмой, девушка очнулась и понеслась к нему.
Она успела подхватить друга за руки в нескольких метрах от земли и аккуратно опустила его на твердую поверхность. Лина больше не видела смысла парить в воздухе, поэтому ее крылья исчезли так же внезапно, как и появились. Все Одаренные принялись наблюдать за тем, как Тени покидают тела стражников и поднимаются в небо. Это происходило даже с тварями, которых не было на этом поле. Вся Асмиара освобождалась от их власти. В небе быстро открылся портал, такой же черный, как и сами Тени. Они кричали, выли, но их быстро засосало в портал. Глава исчез самым последним с таким ревом, что Ангелина чуть не оглохла, после чего портал закрылся.
Повисла тишина. Одаренные и освободившиеся от тьмы стражники начали ликовать. Боковым зрением Лина заметила печальный взгляд Дениса, направленный в ее сторону, но ей было все равно. Девушка не считала войну выигранной.
Она медленно приблизилась к телу Эрила и опустилась на колени рядом с ним. По щекам вновь потекли слезы. Девушка почувствовала, как чья-то ладонь опустилась на ее плечо. Это был Руслан, печально смотревший на сестру, но Лина убрала его руку и вновь посмотрела на сына Огня. Его рыжие пряди теребил слабый ветерок. Лина не удержалась и дотронулась до его лба, приглаживая волосы.
И замерла от шока. Тело было по-прежнему горячим. Она даже убедилась в этом, дотронувшись до ладоней и шеи. Лина не знала, почему, но в ее сердце закралась надежда. Почему-то в памяти всплыл второй день их знакомства, когда они сидели на берегу озера, и Эрил пытался согреть ее ладони. И когда подул ветерок, вспыхнул огонь.
Только сейчас Грозина поняла причину этого! Ну, конечно! Сколько раз ее классу проводили инструктаж по технике безопасности во время пожара. Еще с младших классов. Всегда говорили не открывать окна, чтобы огонь не становился сильнее из-за кислорода.
А сейчас девушке это и нужно было! Да, может сердце Эрила и не билось, но он оставался на грани жизни и смерти, как сама Лина после школьной дискотеки. Тогда ей помог Воздух, но Огонь сейчас будет бессилен. Это девушка прекрасно понимала. Ведь стихия не подчинилась ей, а просто помогла. Вот почему Геля не чувствовала никаких изменений в себе, хоть и поместила янтарь друга в «ищейку», которую больше никто никогда не увидит. Потому что Огонь знал, что ей эти изменения не нужны. Но забрать ему любимого Лина не позволит!
Девушка приложила ладонь ко лбу Эрила и призвала ветер, мигом окутавший все тело Флаймоса. Мысленно она молила Вселенную, чтобы все получилось.
И огонь вспыхнул, покрывая все тело Эрила.
– Очнись! – крикнула она. – Очнись, Эрил!
Несколько секунд спустя юноша сделал глубокий вдох, от которого у Лины по щеке потекла жгучая слеза счастья.
* * *
Адской боли от пуль будто и не было. Яркий свет, вспыхнувший перед Эрилом, быстро превратился в огонь. И сам он скоро находился в пламени. Напротив юноши стоял мужчина лет сорока, и он был очень похож на него самого. Рыжие волосы, правда, были немного светлее, но Эрил все равно поразился их внешнему сходству.
– Отец, – прошептал юноша, быстро приближаясь к нему.
Флаймос подошел к нему вплотную и крепко обнял. Как же долго Эрил мечтал об этом.
– Сынок, – тихо проговорил мужчина, сжав парня в объятиях. Голос его был мягким. – Не думал, что мы встретимся таким образом, но раз так случилось, нам нужно поговорить.
Отец отстранился, в его глазах отразились языки пламени. Он смотрел на сына серьезно, собираясь с ним побеседовать, видимо, на очень важную тему.
– Какое твое настоящее имя? – успел спросить Эрил, прежде чем отец начал говорить.
– Иларий, – ответил мужчина. – А ее – Маргарита.
Эрил сначала не понял, о ком говорит отец, но потом увидел маленькую огненную саламандру, появившуюся на его ладони из ниоткуда. И юноша вспомнил ее. Она же предупреждала его в пещере!
Иларий посадил ее на землю, которая тоже пылала огнем. И тело ящерки загорелось, но не причинило ей никакого вреда, а совсем наоборот: она становилось больше, видоизменялась, и через несколько секунд перед юношей стояла красивая женщина с длинными каштановыми волосами, одетая в оранжевое платье, полы которого продолжали полыхать огнем.
– Здравствуй, сын, – улыбнулась она.
Эрил не мог поверить. Так значит, что рассказала ему Лина про элементалей – правда. И это мама хотела его уберечь от опасности в клане Огня!
Парень спешно подошел к матери, оказавшись выше ее, и обнял.
– Как же я счастлив, что ты жива, – пробормотал он. – А я, дурак, не послушал тебя там, в пещере.
– Дети постоянно ослушиваются своих родителей, – усмехнулась Маргарита. – Главное, что с тобой все в порядке.
– Ели бы это было действительно так, меня бы здесь не было, – печально проговорил Эрил, отстранившись от матери. – Мне пришлось заслонить Лину собой.
– И ты жалеешь об этом? – заговорил вновь Иларий.
– Конечно, нет. Для меня главное, чтобы с ней все было в порядке. Правда, я буду очень скучать по ней. Как представлю, что однажды она
