– Ну что? – спросил Савельев, поднимаясь и отряхиваясь. Руки слегка подрагивали, но он не привык долго приходить в себя.
– Я думаю, трех костылей хватит, – кивнул маг.
– Спасибо. Как вы успели так быстро сообразить, что нужно делать?
– У меня хорошая реакция. И потом, я был к этому готов, – он указал на веревку, намотанную вокруг пояса.
– Вы что, заранее знали об этом?
– Нет. Предвидеть будущее не дано никому. Но предположить некоторые варианты его развития может и ребенок. Я же знаю дату вашей смерти, это не сегодня. Пойдемте. Теперь нам надо заманить медведя в капкан.
Зверь оказался не так прост, он чуял железо и был очень осторожен. Четыре раза Волох выходил к воротам и еле успевал отбежать назад, прежде чем ловушка, наконец, сработала. Медведь ревел не столько от боли, сколько от злобы и безысходности, безуспешно пытаясь сдвинуться с места – три костыля надежно держали его прикованным к бревну.
– Ну вот, когда вы появитесь здесь снова, вам останется его зарезать.
Савельев скептически глянул на полученный результат – поединок с медведем представлялся ему по-другому.
– Не обольщайтесь, – успокоил его колдун, – у вас появилось только одно преимущество – он не сможет от вас убежать. Убить медведя не так-то просто, и приближаться к нему очень опасно, даже если он пойман в капкан. Теперь займемся сеткой – это будет попроще.
Они снова обогнули двор и прошли внутрь по краю разлома. Савельев глянул вниз и качнул головой – в который раз его тренированное тело оказало ему неоценимую услугу. И спасибо колдуну за быстроту, силу и сообразительность.
Маг подошел к передней глухой стене избы смерти – язык не поворачивался назвать ее избушкой на курьих ножках, слишком велика была разница между пряничным домиком далекого детства и этой мрачной домовиной с мертвым запахом.
– Отойдите, пожалуйста, – вежливо попросил Волох, но Савельеву это почему-то не понравилось, – на десять шагов.
Он пожал плечами, но спорить не стал – если колдуну это надо, он отойдет. Медведь ревел и рвался в их сторону, и по спине бежали мурашки от мысли, что он все же вырвет цепь, прибитую к бревну.
Маг прошептал несколько слов, и сваи под избой ожили, зашевелились, и их сходство с птичьими лапами стало неотличимым. Медленно, нехотя, со скрипом бревен домовина начала поворачиваться вокруг своей оси, и до Савельева дошло, почему маг велел ему отойти – он не хотел открывать ему слов, вращающих избу.
– Повернись к лесу задом, а ко мне передом? – усмехнулся он, подходя к колдуну.
– Примерно так, – серьезно кивнул маг и шагнул на замершее перед ним крыльцо.
Высокий козырек над крышей не мог спрятать ни сетки, ни лампы, поэтому пришлось маскировать их досками по его периметру. Теперь заметить их можно было только посмотрев снизу вверх. Но и взглянув на сложное сооружение, не каждый бы догадался, что к чему.
– Как думаете, Игорь нас разоблачит? – спросил довольный колдун.
– Не знаю. Думаю, ему будет не до того.
– Я протяну веревку вдоль стены. Ваша задача дернуть за нее, чтобы сетка упала вовремя. И затягивайте петлю вместе с его рукой. Тут все будет зависеть от вашей быстроты. Веревка тонкая, но выдержит усилие до двухсот килограммов. Я думаю, справиться с ним не составит для вас труда?
– Абсолютно никакого. А вы?
– Если я буду поблизости, перелет-трава не спустится. Она избегает людей с магическими способностями. Действовать вам придется самостоятельно. И… учтите на всякий случай – человек, которому благоволит перелет-трава, участвует в сделке со смертью. Если вы его убьете, ничего не получится. Так что постарайтесь рассчитывать свои силы.
Савельев хмыкнул – убивать юнната он не собирался, но случайно мог его и покалечить.
– А что будет, если зайти в избу с перелет-травой? – неожиданно спросил он.
Маг, казалось, ждал этого вопроса:
– Хозяйка избы, застав вас там без травы, наденет вашу голову на один из свободных кольев. А с травой может и сжалиться. Она тоже может спасти вас от смерти, не стану этого отрицать. Но ее способ вряд ли придется вам по душе. Примерно через неделю страшных пыток – вроде срезания кожи и подвешивания на крюк за ребра – вы сами будете звать смерть, и сюда, в эту избу, она придет. Заберет перелет-траву, а вас оставит в живых. Если такой вариант вас устраивает, можете попробовать. Только я знал немало случаев, когда человек был столь убедителен в своем желании умереть, что смерть забирала с собой и его.
Савельев тряхнул головой. Он не боялся боли, но долгие пытки не входили в его планы, от этой мысли ему стало не по себе. В конце концов, маг знает, что делает и что говорит.
По дороге назад уточняли детали операции. Примерно за двадцать минут требовалось убедить юнната подняться на крыльцо, взять перелет-траву, поймать ее сеткой и унести подальше до возвращения хозяйки избы.
Маг попрощался с Савельевым недалеко от зимовья и пообещал следовать за ними на безопасном расстоянии. Теперь все зависело от его умения убеждать – а согласятся ли эти два придурка отправиться за ним к избе смерти? Поверят ли ему вообще? Могут ведь и в домик не пустить – наверняка, сильно обиделись.
Но дверь, как ни странно, оказалась не запертой – Савельев легко толкнулся в нее, и она распахнулась. Голубки спали в одной кроватке. Ну надо же! Юннат-то, оказывается, не такой лох, каким прикидывается. Савельев скрипнул зубами – ему не нравилось, когда кто-то обходил его на повороте. Ничего. Все это блажь. Главное – перелет-трава, вот тут-то он и посмотрит, кто кого.
– Эй, ребята, вставайте, – сказал он, – я нашел, где травка прячется днем.
Игорь. 21 сентября, день
«Ах, Мишка косолапый! Я тебя убью да сырком съем». – «Не ешь, Иван-царевич! В нужное время я тебе пригожусь»
Кощей Бессмертный: N 157 Народные русские сказки А. Н. Афанасьева
Игоря разбудил голос Сергея, и он очень удивился, увидев его на пороге. Когда он забыл запереть дверь? Когда ходил за дровами? Нет, они еще бегали купаться в ледяной воде озера, а потом, обнявшись, дрожали перед печкой и пили чай с сухариками. А заснули, когда давно рассвело.
Стыдно испытывать торжество, оказавшись счастливей соперника, но Игорь ничего не мог с этим поделать – губы сами собой расползлись в победной усмешке. И усмешка эта от Сергея не ускользнула: глаза его сузились, и лицо потемнело.
– Подожди снаружи, – попросил Игорь, но и в голосе не смог скрыть торжества, – мы сейчас оденемся.
Сергей пожал плечами и вышел, ничего не говоря.
Маринкина белая голова лежала у Игоря на плече, и вставать совсем не хотелось. Он надеялся, что до самой темноты не выпустит ее из объятий. А главное, где бы травка ни пряталась днем, нарушать естественный ход вещей было бы неправильно. Но… Вдруг он ошибается? Как ошибался с Маринкой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
