Читаем без скачивания Крестоносцы на Востоке - Михаил Заборов

Менее чем через месяц после взятия Акры Филипп II, сказавшись больным, отбыл в Тир, а оттуда в начале августа 1191 г. направился через Италию во Францию. Пока английский король воевал с "неверными" в Святой земле, его французский союзник спешил укрепить позиции Капетингов дома: Филипп II обрушился на континентальные владения Плантагенетов. Предварительно он заключил союз против Ричарда с его младшим братом, графом Иоанном (впоследствии — король Иоанн Безземельный), правившим Англией в отсутствие короля. Более того, в декабре 1191 г. Филипп II встретился в Милане с императором Генрихом VI и договорился с ним о совместных действиях против Ричарда. По словам английского хрониста Роджера из Ховдена, "французский король добился от римского императора обещания, что тот возьмет в плен английского короля, если он будет возвращаться из Палестины через подвластные императору земли".

Если, таким образом, два главных предводителя Крестового похода яростно сводили счеты, заботясь один о своем престиже рыцаря-крестоносца, другой о расширении и упрочении собственного королевства, то Конрад Монферратский вообще был готов изменить крестоносцам и, перейдя к Салах ад-Дину, получить от него права на палестинские города. Конрад даже намеревался вместе с ним повести борьбу против вчерашних сподвижников-единоверцев. Это было, во всяком случае с точки зрения его политических интересов, практичнее, чем ожидать сколько-нибудь серьезного успеха от крестоносцев, которыми командовал такой бездарный военный предводитель, как Ричард Львиное Сердце. Хронист Амбруаз с раздражением отмечал в своей поэме-хронике, что Конрад Монферратский не оказывал поддержки войску, осаждавшему Акру, хотя бы продовольствием: он предпочитал сохранить запасы в Тире и был озабочен лишь тем, чтобы удержать город в своих руках. Смерть Конрада Монферратского, убитого в Тире в конце апреля 1192 г. двумя мусульманскими фанатиками из секты ассасинов, помешала осуществлению его тайных замыслов.

Несмотря на отъезд большинства французских рыцарей (остались лишь вассалы герцога Бургундского и графа Шампанского) и риск лишиться короны, английский король продолжал сражаться с мусульманами еще целый год. Он совершал там далеко не рыцарские подвиги. Так, по его приказу и под его непосредственным руководством была учинена резня: убили свыше 2 тыс. мусульман, взятых после захвата Акры у Салах ад-Дина в качестве заложников — гарантов исполнения султаном принятых им на себя обязательств (этой операцией командовал также герцог Бургундский).

Трижды и безрезультатно пытался Ричард I подойти к Иерусалиму. Главное же внимание крестоносцев было сосредоточено на отвоевании у Египта прибрежных городов. Однако из попыток взять Яффу и Аскалон тоже ничего не вышло. Когда возникла угроза для этих городов, Садах ад-Дин распорядился просто разрушить их, так что крестоносцам достались только груды развалин.

За время пребывания на Востоке Ричард прославил свое имя отнюдь не тем, что ему приписывают панегирически настроенные хронисты вроде Амбруаза из Эврэ, равно как и современные англо-американские апологеты [5], а грабежами и невероятными жестокостями, которые он творил совершенно хладнокровно. В представлении мусульман Ричард Львиное Сердце сделался олицетворением кровожадности. Именем английского короля мать заставляла умолкнуть расплакавшегося ребенка: "Не плачь, не плачь, — вот король Ричард идет!" Это же имя с проклятиями вспоминал всадник, если его конь, напуганный чем-либо, неожиданно шарахался в сторону. "Разве ты увидел короля Ричарда?" — раздраженно спрашивал он.

В конце концов, когда военные силы крестоносцев — среди баронов не прекращались раздоры — были основательно истощены в войнах с Салах ад-Дином, Ричард I, начавший всерьез тревожиться за свои дела на родине, вступил в переговоры с противником и 2 сентября 1192 г. подписал с ним мир. По условиям договора за крестоносными сеньорами сохранялась узкая прибрежная полоса от Тира до Яффы. Иерусалим оставался под властью Египта. Салах ад-Дин согласился лишь на то, чтобы паломники и купцы в течение трех лет посещали город. Конечно, для западных стран прибрежная территория, включая Тир, Сайду, Тортозу и другие гавани, имела гораздо более важное значение, чем Иерусалим или Назарет, расположенные вдали от берега. Обладание береговой полосой в первую очередь служило интересам левантийской торговли. В этом смысле Ричард I добился даже некоторого успеха. Однако такой успех, устраивая в известной мере торговых людей Северной Италии, не мог считаться достаточным с точки зрения Рима: потеря Иерусалима была столь серьезной неудачей, что примириться с нею папству представлялось невозможным.

В октябре 1192 г. Ричард Львиное Сердце, получив неблагоприятные вести из Европы, поспешил домой. В Англию ему удалось попасть нескоро. Ричард нажил себе врага не только в лице Филиппа II, но и в лице предводителя немецких крестоносцев под Акрой — герцога Леопольда Австрийского. Герцог поторопился поднять в городе немецкое знамя еще в то время, когда крестоносцы заняли Акру. Ричард сгоряча приказал сорвать знамя и бросить его в грязь. Леопольд не забыл оскорбления. Близ Вены английский король, переодетый в купеческое платье, был им опознан и взят в плен. Леопольд Австрийский передал пленника императору Генриху VI. Этот 25-летний правитель, видя в английском завоевателе противника по средиземноморским устремлениям, продержал его два года в заключении.

Как видим, Третий поход во многом отличался от предшествующих. Среди его участников не наблюдалось прежнего религиозного воодушевления, он не содержал никаких элементов стихийности и массовости. Это был завоевательный поход рыцарства и князей трех феодальных государств, организованный и осуществленный королевской властью. Во время похода отчетливо обнаружилось стремление западных феодальных монархий к захвату различных районов Средиземноморья. На этой почве вспыхнули международные осложнения и конфликты христианских государств (Германии и Византии, Англии и Германии — в Сицилии, Франции и Англии — в Сицилии и Палестине, Англии и Византии — на Кипре и т. д.). Они-то и предопределили плачевный исход предприятия в целом.

Отныне границы Иерусалимского королевства сделались еще более тесными, чем раньше, и сама его столица была перенесена в Акру. Это было уже так называемое Второе Иерусалимское королевство.

Поход 1189–1192 гг. послужил отправным пунктом для дальнейшего обострения межгосударственных противоречий, обусловленных экспансией Запада в Средиземноморье. Неосуществленные проекты Фридриха Барбароссы попытался претворить в жизнь Генрих VI (1190–1197). В 1194 г. он овладел Сицилией и расправился с ее восставшим населением. Наследие норманнов было соединено с Германией и таким образом достигнута давняя цель Гогенштауфенов.

Закрепив за собой Сицилию, Генрих VI, который еще меньше, нежели его отец, способен был соразмерять собственные захватнические намерения с реальными политическими возможностями, начал всерьез подумывать о создании всемирной монархии. Он выпустил из плена Ричарда Львиное Сердце, получив от него вассальную присягу и колоссальный выкуп. Генрих VI хотел этим положить конец английским притязаниям на Средиземном море. Он собирался затем с помощью Ричарда поставить на колени и Францию.

Основной же задачей германский император поставил завоевание стран Ближнего Востока, в первую очередь Византии. Войну с ней он всячески провоцировал. Василевсу Исааку II было предъявлено требование уступить Германии половину византийской территории (балканские земли) и возместить ущерб, понесенный немецкими крестоносцами Фридриха I. Позже, в 1195 г., когда Исаак II был низвергнут в результате дворцового переворота и на престоле в Константинополе утвердился его брат Алексей III, Генрих VI приступил к организации нового Крестового похода: его Первой жертвой намечалась Византия. Чтобы получить формальный предлог для притязаний на византийскую корону, Генрих VI 25 мая 1197 г. женил своего брата герцога Филиппа Швабского на попавшей в его руки в Палермо греческой царевне Ирине, дочери Исаака II Ангела и вдове Рожера, последнего норманнского государя Сицилийского королевства (сына Танкреда де Лечче). Речь шла, таким образом, о прямом включении Византии в состав "Священной Римской империи".

Уже готовили флот итальянские города. В Германии формировались новые ополчения, и в Вормсе в марте 1196 г. Генрих VI вместе с папским легатом в течение четырех часов принимал в соборе крестоносные обеты от рыцарей.

Угроза нового Крестового похода породила страх в Византии. Узурпатор Алексей III соглашался купить мир любой ценой. Он готов был уплатить Генриху VI колоссальную сумму золотом. Для извлечения необходимых средств в нищей стране была введена экстраординарная подать, называвшаяся германской (аламаникон).