– Взаимно,- тут, вспомнив странное происшествие в туннеле, Крэндалл поинтересовался:
– А как себя чувствуете вы?
– Нормально.
Крэндалл также заподозрил Роуэна во лжи, но не стал допытываться, кроме того, у него были свои проблемы. Его мысли занимали раскопки, Джулия и таинственный Дрексел Бартлетт.
– Не стоит заострять на этом внимание,- заметил Крэндалл.
– Согласен,- произнес Роуэн.
Когда он отвернулся, ему в голову пришла одна мысль:
– А этот тулэйнский профессор… Он что, специализируется на истории Нового Орлеана?
– Да, наверное. А что?- подобный вопрос удивил Крэндалла.
– Я… Гм, я пытаюсь уточнить дату одного пожара. Как вы думаете, он сможет мне помочь?
– Можно спросить у него самого. Позвоните в университет и поговорите с Рэкли. Кажется, его зовут Боб.
– Спасибо,- Роуэн положил книги на стол и полез в карман за бумажником.- На всякий случай я хотел бы оставить вам свою карточку. Вдруг вам удастся поговорить с ним раньше, чем это смогу сделать я, - на обороте карточки Роуэн написал телефон и адрес особняка Ламартин и передал визитку Крэндаллу - Если встретитесь с профессором раньше меня, попросите его позвонить в особняк. Мне хотелось бы побеседовать с ним как можно скорее.
Крэндалл взял карточку:
– Я постараюсь. Надеюсь, он успеет вам помочь.
– Да услышит Бог ваши слова,- Роуэн с удивлением понял, что он, убежденный атеист, действительно возлагает все надежды на Бога.
***
Энджелина услышала, как Хлоя зовет ее по имени. Хриплый голос сестры испугал женщину и, соскочив с постели, она торопливо схватила пеньюар. Через несколько секунд Энджелина выбежала из комнаты и понеслась по коридору, чуть не сбив с ног выходящую из спальни напротив Люки. Встревоженная служанка на ходу запахивала халат.
– У нее плохая ночь,- констатировала Люки.
Последнее время Хлое приходилось несладко. Как ни тяжело было Энджелине признать это, здоровье ее сестры неуклонно ухудшалось, и с каждым днем это становилось все заметнее.
– Когда ты в последний раз давала ей лекарство?
– Три часа назад. Мне показалось, что он спит, и я только что вернулась к себе.
– Все в порядке, Люки. Ты же не можешь постоянно сидеть с ней.
Как всегда, вид сестры испугал Энджелину. Лицо Хлои было белым, как мел, а губы и ногти отливали синевой.
– Я… не могу… дышать,- прошептала Хлоя.
– Можешь, малышка,- подойдя к постели, Энджелина прижала к себе сестру.
Энджелина отнюдь не чувствовала себя такой уверенной, как пыталась показать. Честно говоря, она была напугана не меньше сестры и отдала бы все, что угодно, лишь бы чужестранец - тот самый Роуэн Джейкоб - был здесь. Он выглядел таким уверенным в себе. Но, может, он был лишь вымыслом, плодом ее воображения? Зачастую по ночам Энджелина думала, что, возможно, это новые шуточки грубого животного, за которого она вышла замуж, направленные на то, чтобы убедить ее, что она теряет рассудок. Но даже он вряд ли мог заставить человека исчезнуть у нее на глазах… Это произошло несколько дней назад, в понедельник. Сегодня была пятница. Все эти дни она молилась о возвращении своего нового Друга, но его все не было. Что, если он больше не придет? Эта мысль была невыносима для Энджелины, и она крепко прижала к себе сестру, надеясь, что, успокаивая Хлою, постепенно успокоится сама.
– Помоги… мне,- Хлоя закашлялась. Энджелина почувствовала, как неровно бьется сердце сестры. А может это колотилось ее собственное сердечко? Энджелина ни в чем не могла быть уверенной.
– Спокойнее, милая,- она не знала, кому говорит это, себе или сестре.
Увидев, как расширились от страха глаза Люки, Энджелина приказала:
– Завари еще чаю. Да поскорее!
– Да, мэм,- служанка поспешила к двери.
Энджелина была всецело поглощена своей сестрой, когда раздался сдавленный крик Люки. Подняв глаза, Энджелина увидела, что на пороге стоит мужчина.
Роуэн слышал, как сдавленный голос, принадлежавший, по-видимому, сестре Энджелины, произнес дорогое ему имя. Неужели он снова в прошлом? Или просто слышит голоса тех, кто находится там? Он пошел на голос и вскоре увидел великолепные черные очи Энджелины, той женщины, которую боялся больше не увидеть.
Энджелина не верила своему счастью.
– Все хорошо,- успокоила она Люки. - Это друг.
Роуэн услышал в этих словах долгожданное приглашение. Увидев, в каком состоянии находится Хлоя, он подошел ближе к ее постели и требовательно произнес:
– Дайте-ка взглянуть.
Услышав это, Энджелина не стала задавать вопросов, а высвободилась из объятий Хлои и встала с кровати. Несмотря на то, что ей было неприятно оставлять сестру даже на минуту, Энджелина отошла в сторону. Роуэн занял ее место.
Хлоя со страхом и тоской взглянула на сестру. Роуэн перехватил этот взгляд и, улыбаясь, заверил ее:
– Все будет хорошо. Я врач,- он приложил пальцы к артерии на ее шее. Пульс трепетал под кончиками его пальцев, как пойманная бабочка.
– Я… не могу… дышать,- шепотом пожаловалась Хлоя.
– Знаю,- ответил Роуэн,- но постарайтесь не бояться. Страх только мешает вам дышать.- Не теряя ни секунды, он приказал: - Подложите еще подушек.
Люки бросилась выполнять его распоряжение.
– Дышите медленно… еще медленнее…еще…- тихо говорил Роуэн Хлое, словно гипнотизируя ее.- Молодец. У вас прекрасно получается.- Повернувшись к Энджелине, он приказал: - Откройте окна, насколько можно. И принесите мне что-нибудь вроде веера.
Распахнув окно, Энджелина попросила Люки принести из спальни веер. Промолвив, как всегда «да, мэм», Люки бросилась выполнять поручение.
– У Хлои нелады с сердцем,- пояснила Энджелина.- Причем с самого детства. Это началось после того, как она переболела лихорадкой.
– Возможно, лихорадка была ревматического происхождения. Если так, то она повредила митральный клапан. Именно этим вызваны диспноэ и неровное сердцебиение, поэтому Хлоя так легко утомляется.
– Что такое митральный клапан? - спросила Энджелина.
– В сердце есть клапаны, которые открываются и закрываются по мере тока крови. Митральный клапан находится с левой стороны.
– А что такое диспноэ?
– Одышка. Разве ваш врач не объяснил вам этого? - Роуэн знал, что в девятнадцатом веке врачи уже обладали подобной информацией.
– Мне кажется, доктор Форстен считает всех женщин тупицами.
Роуэн взглянул на Энджелину, и его губы тронула чуть заметная улыбка:
– Что ж, вы, женщины, еще посчитаетесь со всеми Форстенами в мире,- он видел, что у нее вертится на языке вопрос, но Энджелине не суждено было задать его, ибо в этот момент вернулась Люки, неся прелестный шелковый веер. Роуэн взял его и принялся помахивать перед лицом Хлои.
