мозга.
Выражение лица профессора изменилось, он спросил уже более миролюбиво:
— Как вас зовут?
— Грегори.
Океанолог с задумчивым видом покачал головой:
— Ваше имя ничего мне не говорит.
— Неудивительно, — усмехнулась Исмаилов. — Но моя акула просила передать, что вы кое в чём заблуждались на её счёт в своём продвинутом курсе выживания.
— Так вы один из тех! — океанолог ещё более изменился в лице и неопределённо кивнул в пространство. — Теперь я кажется понимаю… Поверьте, тогда мы не могли ничего реально сделать. Настоящие знания об акулах появились лишь недавно.
— Нескольким моим сослуживцам ваши научные заблуждения стоили жизни, — мрачно заметил Исмаилов.
— Мне жаль — океанолог взглянул затравленно. Но Игорь его успокоил:
— Вы не правильно меня поняли, я пришёл не для того, чтобы вас обвинять.
— Тогда зачем? — удивлённо произнёс океанолог, испытывая заметную неловкость в возникшей ситуации.
— Я пришёл поговорить с вами, как с экспертом.
Профессор явно немного перевёл дух, удостоверившись, что перед ним не буйный.
— Я вас слушаю, а впрочем…
Хиггинс ещё раз прошёлся по Исмаилову озадаченным взглядом, озабоченно взглянул на часы, и предложил:
— Знаете что, сейчас я опаздываю, приходите лучше завтра на моё выступление…
Океанолог быстро зашагал прочь. Исмаилов глядел ему вслед. Это была старая история. Согласно официальной статистике, во время войны было зафиксировано две с половиной тысячи случаев, когда летчики были вынуждены посадить самолет на воду или выброситься с парашютом из подбитой над морем машины. В тридцати восьми из них произошло непосредственное столкновение человека с акулой. И это были лишь эпизоды, когда люди выжили и смогли поведать о том, что с ними произошло. Но было невозможно подсчитать число пропавших без вести летчиков, которые, по-видимому, нашли смерть в акульих желудках.
«Кто умеет стать тихим, того даже смерть минует» — эта фраза врезалась Исмаилову в память. Она звучала с экрана и вселяла в зрителей надежду, которая на войне является очень ценным товаром. На борту авианосца им крутили учебный ролик, о том, как следует вести себя, если придётся выброситься из сбитого самолёта над океаном. Этот Хиггинс, как специалист исследовательского центра ВМС, рассказывал им с экрана, что делать при встрече с акулами.
«Акулий профессор» уверял, что очень хорошо изучил морских хищников и теперь хорошо знает их повадки. Ещё бы! Ведь руководство ВМС США выделило семьсот восемьдесят тысяч долларов на его исследования, понимая их важность для нормального психологического настроя боевых лётчиков, выполняющих задания над южными морями. Страх подвергнуться нападению акул разлагает моральный дух американской армии», — говорилось в Бюллетене ВВС США.
А началось всё с того, что матери американских лётчиков обратились с письмом об «акульей опасности» к президенту США Франклину Рузвельту. И глава государства лично отдал распоряжение начать разработку средства, отпугивающего акул. Хиггинс был самым признанным экспертом по этому вопросу, не удивительно, что ему досталась большая часть ассигнованных на исследования средств.
Об акулах в своём фильме эксперт говорил презрительно, что они медлительны, трусливы и их, мол, легко отпугнуть. Он описывал акулу как осторожную рыбу, подозрительно относящуюся ко всему непривычному для неё. «Уже одна эта их черта должна удержать акул от нападения на плывущего человека, — убеждал лопоухий. — Если акула приблизиться к вам попробуйте замереть, чтобы она вас не заметила. Если же вам попадётся редкая особь, которая всё же решится напасть на вас, — ударьте её по нежному, легко уязвимому носу или по глазу; полосните ножом по жабрам или пырните в нежное мягкое брюхо. Если вам это удастся трусливая тварь больше не решиться приближаться к вам».
Всё это оказалось полной чепухой! Один лётчик, который умудрился чудом выжить после нападения акулы, рассказывал, как он, точно следуя подобным инструкциям, колотил своим автоматическим пистолетом 45-го калибра по «легко уязвимому носу» и по голове нападавшей на него акулы. Когда она перевернулась, готовясь сожрать его, он стал молотить зверюгу по «нежному» брюху. Акула со всех сторон оказалась твердая как сталь! Позже пилот обнаружил, что расплющил об нее некоторые детали своего пистолета.
Не помогали и специальные маркеры, которые окрашивали воду в жёлтый цвет. Выжившие лётчики жаловались, что они не отпугивают, а скорее наоборот — привлекают хищников!
Игорь слышал только об одном случае, когда подобные инструкции помогли. Один лётчик, сбитый над Желтым морем, чтобы убить время, стал читать книжечку, находившуюся в кармане спасательного жилета. Это оказалась «Памятка об акулах», написанная этим самым Хиггинсом. Прочитав брошюру, пилот разорвал ее на куски и бросил бумажки в воду. Акула, которая уже давно следовала за надувной лодкой, где сидел летчик, кинулась за обрывками бумаги и больше ни разу не побеспокоила его!
Одним словом советы экспертов, вроде этого Хиггинса, мало кому помогли избежать страшной смерти в пасти дьявольского хищника на войне. Но даже зная об этом, Исмаилов, тем не менее, с надеждой провожал взглядом круглую фигуру океанолога.
Глава 43
Конец июля, 1947 года, Конференц-зал Калифорнийского океанариума. Начало лекции «Явление суперхищника».
В зале не осталось ни одного свободного места, люди стояли в проходах, толпились на галёрке. Продолжавшие торговать билетами у входа спекулянты взвинтили цены до предела. Такой ажиотаж был вполне объясним. Лекции Хиггинса никогда не бывали скучными, поэтому всегда проходили при полном аншлаге. Но последние события на побережье приковали внимание населения всего штата, да что там штата — всей Америки, к теме, на которой специализировался знаменитый океанолог. Его фамилия была на устах даже у далёких от ихтиологии людей.
Никогда прежде этот зал не знал такого наплыва гостей и прессы. Разогретая зловещими слухами и статьями публика ожидала очередной сенсации, и с первых минут не была разочарована — Хиггинс организовал своё выступление в соответствии с самыми высокими канонами шоу-бизнеса. Внезапно свет погас, но тут же вспыхнувшие прожектора осветили сцену. В перекрестии лучей возникла невысокая круглая фигура лектора: Уолтер Хиггинс стоял в центре огромных челюстей неизвестного доисторического животного, в руках он держал сверкающую позолотой корону.
Зал ахнул и замер, завороженный зрелищем. В наступившей тишине было слышен лишь стрекот кинокамер. А придумавший гениальный ход учёный не спешил трогаться места, предлагая зрителям в полной мере вообразить себе размеры того, по сравнению с кем он выглядел лишь мелкой живностью. Наконец, насладившись произведённым эффектом, Хиггинс сделал шаг к микрофону и, поприветствовав зал, произнёс
