Сэр Эдвин, похоже, всерьёз обдумывал слова Артура. Его лицо стало задумчивым. Потом разгладилось.
— Я одену, — просто ответил он.
И всё. Больше не произнёс ни слова. Глеб покачал головой. Всё его красноречие испарилось, и сэр Эдвин снова стал угрюмым и спокойным. Как будто, и не было недавней вспышки ярости.
— Тогда, решено.
— Идёмте в дом, не под дождём же одеваться.
— А с лошадьми что? — Спросил Глеб.
— Лошадей мои люди вам приведут. Не беспокойтесь, они ваши. — Махнул рукой Гуго.
Глеб всё ещё сомневался. Он с жалостью оглядел лошадей, так не хотелось их оставлять и идти пешком в лохмотьях. Но если это сохранит им жизнь, то он был к этому готов.
Они снова вошли в дом. Гуго, как и прежде, вышел из комнаты. Потом вернулся, да не с пустыми руками. Свалив груду лохмотьев на лавку, он оценивающе оглядел каждого из своих гостей. Потом порылся в барахле, вытянул бесформенное одеяние.
— Вот, это вам, — он протянул одежду Глебу.
Молодой человек замешкался, не решаясь взять обновки. Но потом, всё же протянул руку за подарком.
Гуго снова вернулся к своим шмоткам. Порылся и одарил каждого обмундированием. Сэр Эдвин тоже не обрадовался «новым» вещам, но всё же безропотно подчинился.
— Где можно переодеться? — Спросил Глеб. Он оглядел комнату. Здесь при всех ему не хотелось.
— А вон туда пройдите, — предложил Гуго, указав на маленькую дверь, которую молодой человек ранее не заметил. — Помощь нужна? Не привыкли вы, верно, милорд, сами-то облачаться.
— Не надо, — оборвал барыгу Глеб.
Он выскользнул из помещения, прошёл в маленькую комнату, которая вероятно, исполняла роль кабинета. Почти всё помещение занимал большой стол, заваленный бумагами. Молодой человек отстегнул меч, положил его на стол, поверх пергамента. А Гуго — то, похоже, человек образованный. Читать и писать умеет. Вот это да. Он стал медленно снимать с себя одежду. Разделся только до нижних штанов, после чего начала натягивать вонючие лохмотья. Когда он закончил, то сгрёб свои вещи в охапку и снова вышел в большую комнату.
Артур и сэр Эдвин уже были при «параде». Глеб едва не рассмеялся. Артур-то прекрасно сливался с обстановкой, а вот Эдвин выглядел презабавно. Ну, никак он не походил на нищего, хотя и был одет в грязные и нищие тряпки. Он высоко держал голову, глаза горели превосходством.
Интересно, как выгляжу я. Как назло ни одного зеркала. Хотя, может оно и к лучшему. А то пришлось бы либо смеяться, либо плакать.
Сэр Эдвин не оценил насмешливо взгляда, брошенного на него сэром Уильямом. Он пробурчал что-то себе под нос, отвернулся.
— Что ж, не плохо. Ещё несколько штрихов и вы будете готовы.
Каких ещё штрихов? Этого что не достаточно? И так, как пугало огородное. Ни одна ворона не сядет.
— И что ещё? — Смирившись, спросил Глеб.
— Личико у вас чистое, милорд. У нищих таких не бывает. — Усмехнулся Гуго, предвкушая приятное занятие. Будет интересно сделать из этого красавчика уродливое создание. Жаль, что он не оценит. Но это ничего.
Глеб невольно протянул руку к своему лицу. Что он ещё собирается со мной делать. Молодой человек вспомнил искалеченных попрошаек, которых они встретили, приехав в квартал нищих. Он внутренне содрогнулся, представив своё лицо в язвах и порезах. На такое он не подписывался. Лучше умереть. Испачкать немного, это дело другое, но не более того.
— Да вы не бойтесь. Ничего страшного с вами не случится. Садитесь, — кивнул он, указывая на лавку.
Глеб взглянул на Артура. Тот только пожал плечами, мол, как хотите, решайте сами. Ничего не поделаешь. Раз решился, то надо идти до конца. Молодой человек сел на указанное место и только тогда заметил странные вещички, лежащие на столе, рядом с лохмотьями. Его чуть не вырвало, когда он увидел, что-то сильно напоминающее бородавки нищих.
— Что это?
— Украшения. Под ними вас точно никто не признает.
Глеб отклонился назад, когда Гуго решил примерить эти украшения к его лицу.
— Они не настоящие. И чистые. Их никто не одевал.
Только после этих слов Глеб решился. Почему бы и нет. Надо представить, что ты в театре. Играешь свою роль. Роль нищего. Тебе накладывают грим перед лицедейством. Он закрыл глаза, позволив Гуго делать всё, что ему заблагорассудится. Приготовления заняли достаточно много времени. Молодой человек даже умудрился задремать.
— Готово, — услышал он, открыл глаза. На лице определённо что-то было. Было не удобно и неприятно, но потерпеть можно.
— Красавец, — усмехнулся Артур.
Даже сэр Эдвин хмыкнул, и на его лице появилось какое-то подобие улыбки.
Наверное, и, правда, прикольно. Его рука протянулась к лицу, но голос Гуго остановил его.
— Не надо трогать. Ещё не засохло. Кто теперь.
— Пусть он, — проговорил сэр Эдвин, кивнув на Артура, стараясь отсрочить свой позор.
Артур не возражал. Глебу даже показалось, что тому было не впервой. Он внимательно рассматривал, как красивый мужчина превращается в слепого на один глаз калеку. Бельмо на глазу было таким натуральным, что если бы Глеб не видел, как Гуго нацепил его, он подумал бы, что оно настоящее. Молодого человека охватило подозрение. Так может те калеки, которых он встретил, были такими же здоровыми, как и он?
— Ну, как? — Подмигнул Артур здоровым глазом.
— Впечатляюще, — согласился Глеб. Он уже представлял, как выглядит он сам.
— Я хочу видеть двумя глазами, — проговорил Эдвин, понимая, что пришла его очередь и отсрочить это неприятное занятие никак нельзя.
— Как пожелаете. Будете немым. Если не возражаете.
— Нет, — Эдвин не возражал, тем более что разговаривать он особо, и не любил.
Гуго всё делал очень быстро и ловко. Похоже, у него был богатый опыт. Глеб, так никогда не смог бы, или у него заняло это целую вечность. Когда всё было закончено, Гуго оглядел свои творения и остался увиденным доволен. Теперь они ни чем не отличались от его свиты. Ни один рыцарь, ни один враг не узнает в этих уродцах тех, кем они сюда пришли.
— Готово. Вас проводят. И ещё, — проговорил король воров, когда рыцари поднялись. — Не надо ходить так прямо. Голову опустите, согнитесь, как будто, вас клонит к земле.
Глеб внимательно выслушивал рекомендации Гуго, запоминая каждое слово. Они вышли на улицу, дождь не прекращался. Молодой человек внимательно посмотрел на приятеля Артура:
— Не смоет? — с сомнением спросил он, намекая на свой макияж.
— Нет. Даже если ливень пойдёт. Там придётся постараться, чтобы избавиться от этих бородавок.
Глеб хохотнул. Будет забавно. На площади он снова переоденется в свою одежду, украсит себя гербом Лонгспи, а лицо буде всё в уродливых бородавках. Он вздохнул. Пора. Как ни пытайся отсрочить неизбежное, оно всё равно произойдёт.
Они подошли к воротам. Глеб обернулся к Гуго. Постоял немного, смотря в эти маленькие хитрые глазки. Потом протянул ему руку. Гуго даже опешил от такого жеста господина. Но руку пожал.
— Благодарю тебя Гуго за помощь. — Проговорил Глеб. — Надеюсь, придёт время, и мы ещё поговорим о вложении моих средств в твоё предприятие.
— Я в этом уверен, милорд, — ответил Гуго, оценив рукопожатие сэра Уильяма. К нему обращались многие представители высшего сословия. Но всем им были нужны только деньги. Они всем своим видом показывали, что они выше его, Гуго, что он им не ровня. Гуго давал им денег, порой даже не ожидая их возвращения, но презирал каждого из них, отвечая им той же монетой. В этот момент он проникся уважением к Уильяму Лонгспи, потому что не увидел в его взгляде высокомерия. Сейчас Лонгспи был одним из них, таким же, как Гуго, как несчастные немые нищие, который пошли с рыцарями, чтобы проводить их.
— Я в этом уверен, — поклонился Гуго, выказав сэру Уильяму уважение. Он смотрел им вслед, надеясь, что они выберутся из этой опасной передряге, а он сделает всё, чтобы их враги недоумки не добрались до Артура и его друзей. Когда они скрылись за поворотом, Гуго скрылся в своём дворе, закрыл ворота, снова укрывшись от любопытных глаз.
Глеб шёл вместе с остальными, стараясь руководствоваться советами Гуго. Он склонил голову, согнул спину. Для Артура это тоже не представляло проблему. Вот Эдвину приходилось сложнее, но он старался.
Они шли узкими переулками. Ноги промокли почти сразу же, как они вышли на улицу. С удобной обувью сэра Уильяма пришлось тоже расстаться. Теперь на его ногах красовались дырявые ботинки, которые совершенно не защищали от воды. Сначала было неприятно, потом он привык и перестал обращать на это внимание.
Народу на улице было не очень много, но в глаза сразу же бросилось большое количество вооружённых людей. Они шныряли по подворотням, как будто кого-то искали. Может и искали. Но кто сказал, что именно их. Мало ли кого они могли искать.
