– Все, рассказывай, – выпалила одноклассница, пытаясь одновременно отдышаться.
– О, боже! Что ты хочешь знать, агент КГБ? – мне уже просто становилось смешно. Любопытство подруги уже давно лилось через край и ему невозможно было сопротивляться.
– От кого цветы? Неужели француз вернулся?!
– Нет. Не вернулся.
– Как? Кто тогда? Тот солдат?!
– Нет, его я не видела уже давно.
– Блин, Аня! Сколько можно гадать! У тебя их что, сотни?
– Нет, Ирочка. Мы вчера познакомились. Его зовут Мирослав.
– Что?! Как?! Когда?! Ты была в клубе без меня?!!
Пришлось рассказать вкратце события вчерашнего дня. Я не была до конца уверена, стоит ли. Но подруга, похоже, не собиралась сдаваться. Ей точно в агенты надо идти. Или в адвокаты. С таким-то характером.
– Эльвира? А откуда она появилась? С ножом! – возмущению и удивлению подруги не было предела.
Она все причитала и причитала. А я думала, что если бы месяц назад мне кто-то рассказал такую же историю – я бы тоже была в шоке. И тоже бы не поверила. Потому что в нормальной жизни и с нормальными людьми такое и в таком количестве просто не случается.
Последний месяц я нахожусь между жизнью и смертью. То меня кто-то пытается убить, то я сама пытаюсь это сделать, то любовь разрывает мое сердце в клочья. Мда… Невеселая картина.
– Ты познакомишь меня с этим Мирославом? – выдернула меня из размышлений подруга.
– Зачем? Ирочка, забудь. У меня с ним ничего и никогда не будет. Он запутался, потому и сделал этот глупый поступок с розами. Но на этом все.
– Я тебе не верю.
Прозвенел спасительный звонок. Как хорошо, иначе мне не выбраться самостоятельно из цепких лапок Ирочки.
***
Шакал подъехал к месту на старой девятке. После дела, он скинет эту колымагу в ближайшем дворе и пересядет в свою, спортивную. Вчера, когда он изучал эту местность, мысленно поблагодарил строителей и архитекторов. Здесь все было рассчитано, как будто для того, чтобы киллер мог спокойно убивать детей.
Напротив главного входа в школу, расположились четыре хрущевки, все стояли торцом к школе. В каждой по четыре подъезда – идеальный вариант для отступления. Но только в одной из них открывалась прямая видимость на главный вход, откуда должна будет выйти жертва.
Шакал вышел из автомобиля и подошел к багажнику. Открыв его, он вынул наружу коробку от перфоратора. Закрыв девятку, киллер направился в один из подъездов.
Всего двадцать минут у него заняло, чтобы подготовиться к работе. Крыша – прекрасное место для стрельбы. Здесь есть все необходимое и даже от чужих глаз можно с легкостью укрыться.
Киллер открыл коробку от перфоратора и достал оттуда аккуратно замотанную в тряпку снайперскую винтовку СВД. Это было любимое оружие Шакала. Мощь винтовки ощущалась во всем: длинна ствола шестьсот двадцать миллиметров, длинна же всей винтовки тысяча двести двадцать пять миллиметров. Такое оружие может настигнуть цель на расстоянии до полутора километра. А в данном случае, ему надо было преодолеть около семисот метров – не велика задача.
Сложнее было выполнить задачу так, как любил это делать Шакал – попасть в область сердца, а не в голову. Здесь нужна особенная подготовка, да и удача не будет лишней. Это риск, но Шакал либо выполнял заказ так, как любил он, либо не выполнял вообще.
Он поставил собранную винтовку на сошки и прикрыл готовое оружие маскировочной сеткой, а сам устроился в другом конце крыши, откуда с помощью бинокля наблюдал за выходом из школы. Заказчик предоставил все данные о цели, вплоть до расписания уроков. Киллеру осталось только немного подождать.
***
День пролетел незаметно, если не считать Ирининого допроса и букета цветов с утренним разговором. Да… слишком как-то много надо «не считать»…
Я собрала сумку, последней была история, один из самых простых предметов для меня.
Все направились к выходу, наконец-то домой! Ира шла сзади, она что-то пылко доказывала маме по телефону, вроде бы речь шла о покупке нового платья. Подойдя к началу лестницы, я остановилась. Выход из школы был сделан одной большой стеклянной стеной, но снаружи не слишком-то было видно, что творится внутри. А вот отсюда все просматривалось, как на ладони. И я не могла не заметить недалеко от входа, как раз как мне идти домой, большой черный джип и “подпирающего” его Мирослава.
– Что застыла? – накинулась на меня подруга, оторвавшись от телефона.
Я кивнула в сторону частного детектива.
– Это он? Тот, кто прислал цветы? Погоди, – и уже в трубку телефона, – мама, я тебе позже перезвоню. Нет, что, серьезно? Где ты их находишь?! Он просто нереально красив! Аааа… Отдай его мне-е-е… пожалуйста…
– Забирай. Только избавь меня от его настойчивого внимания. Ира, а вход со стороны спортивного зала уже закрыт?
– Закрыт… Сбежать хотела? Ну, не повезло. Закрыт уже, точно. Физрук давно домой ушел.
– Придется идти. Видимо.
Я выдохнула. не хорошее у меня предчувствие. Ну, нет у меня опыта в расставаниях. У меня его и в любви-то нет. Вот как ему доходчиво объяснить? Но, похоже, это судьба мне с ним поговорить еще раз. Постояв еще секунду, я направилась к выходу. Ира шла следом.
***
Шакал увидел в бинокль приближающуюся к выходу цель. Но не только ее он приметил. Он увидел частника, о котором киллера предупреждали в досье. Там указывалось: “опытный профессионал”.
– Сыщик-мыщик, а слона-то ты и не заметил, – сказал Шакал, снимая крышку с оптического прицела.
Объект покинул здание школы. Мешался детектив. Он приблизился к девушке и полностью заслонил ее собой, даже не подозревая, что мешает киллеру.
Шакал передвинул предохранитель в положение “огонь” и начал выцеливать жертву.
В паху снова появилось приятное ощущение. Так было всегда, со всеми его “подопечными”. Удовольствие, которое он получал от убийства, было для него выше секса и наркотиков.
Он облизнул пересохшие от возбуждения губы.
– Давай, детка, папочка уже в нетерпении…
***
Мирослав заметил Аню уже когда она спускалась по лестнице. Медленно, нехотя, словно шла на смерть. Неужели он внушал ей такое отвращение или даже… страх? Меньшее, чего хотел добиться молодой человек своими действиями – это внушить ей это чувство.
Когда дверь открылась, Ягудин направился ей навстречу. Девушка сегодня просто потрясающе выглядела. Простое черное платье, которое не было слишком длинным, а потому не скрывало красоту длинных, стройных ног. Высокие черные сапоги были прекрасным дополнением к нему. Когда она вышла на улицу – ветер подхватил ее безупречные длинные блестящие волосы и подкинул в воздух, чем нарушил идиллию и принес немного романтического хаоса в ее облик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
