Читаем без скачивания Гробницы Немертеи - Марианна Алферова

— Вы принадлежите к экселентистам? — поинтересовался Атлантида.

— Что… — она растерялась.

Попятилась, споткнулась, плюхнулась в кресло. Дорогая биокоррекция исправляет походку и манеру двигаться. Но вряд ли господин Бродсайт сильно расщедрился, оплачивая новый облик своей сторонницы.

— Да, принадлежу, а что? Я этим горжусь! Нас, людей, насилуют, и мы должны защищаться! Я не позволю сукки себя изнасиловать!

— Вы обольщаетесь — сукки не привлекают антропоморфные существа.

Она не ответила, скрестила руки на груди. И сразу превратилась в дурнушку, как будто и не делала никакой биокоррекции.

— Значит, вы знакомы с Алом Бродсайтом? — уточнил Платон.

— Конечно. Его все знают. Он — единственная надежда нашего облака.

Профессор Рассольников придирчиво осмотрел лацканы. Нет ли вновь какого-нибудь подозрительного пятнышка?.. Пятен не было. Как хорошо, что Атлантида успел приобрести новый костюм.

— Наши облака плывут в небе над Старой Землей. И я бы хотел на них посмотреть.

Насколько совершенным был «жучок», подсаженный Бродсайтом? Видимо, одна из последних разработок служб безопасности — ведь Ал прежде имел доступ к секретным источникам. Странно только, что он использовал цветовое пятно. Ведь есть и абсолютно бесцветные «жучки»… Или ему нужен был некий знак, клеймо? Как толстушке Катрин понадобилась биокоррекция, чтобы сравняться с красавицей Катей. Черные волосы, черные глаза… Знак принадлежности… Максимальная достоверность лжи, которая пытается стать доминантой. Эффектный жест, без которого даже победа имеет привкус поражения. Обычно историки эти жесты выдумывают после побед. А участники событий легко принимают выдумки на веру и очень любят читать о себе в толстых монографиях. Занятый подобными мыслями, Платон не заметил, как подкрался к нему вездесущий Бродстайт.

Атлантида стоял в холле космопорта, ожидая объявления о посадке, и вдруг случайно заметил отражение консультанта в зеркале. Тот был уже рядом… Почти. И держал наизготовку то ли бластер, то ли мощный станнер. Платону некогда было разбираться — он спешно нырнул за багажные капсулы. И очень вовремя. Высверк разряда — шипение плавящегося пластика, грохот рухнувшей секции. В ответ — вспышки сразу нескольких выстрелов. Похоже — кто-то открыл стрельбу по Тимуру. Бродсайт не струсил и отстреливался.

— Всем оставаться на своих местах! — загремел голос портового компа. — Силы безопасности Лиги Миров ведут операцию по ликвидации группы боевиков-экселентистов. Всем оставаться на своих местах в целях безопасности.

Сверху на Атлантиду упал защитный экран. Комп, отсканировав скрюченного за багажными капсулами человека и не обнаружив оружия, накрыл его зонтиком безопасности. Платон мысленно порадовался, что реквизированные у Чистюли трофеи запаковал и отправил на челнок, зная, что появляться с оружием в космопорте запрещено. Два разряда бластера силовой зонтик выдержит. Ну а третий расплавит защиту вместе с человеком. Платон свернулся калачиком силовой колпак автоматически уменьшил площадь. Теперь хватит энергии отразить и третий разряд.

— А мне! — кричала какая-то женщина, захлебываясь от ужаса. — Где мой зонтик! Я не экселентистка! Дайте зонтик! Я плачу налоги! Зонтик!

Но компьютер космопорта, по каким-то причинам исключивший женщину из объектов, подлежащих защите, оставался равнодушен к ее воплям.

— Всем гражданам, не получившим защиту, встать на четвереньки, голову держать опущенной. Оружие отбросить на расстояние не менее 500 миллиметров. Всем гражданам… — равнодушно твердил комп.

Атлантида из-под своего силового колпака пытался рассмотреть, что происходит в зале. Основную часть обозримого пространства загораживали секции багажных капсул и замерший меж ними робот погрузчик с торчащими вперед сочленениями манипуляторов.

Но зато в зеркальной стене напротив Платон видел отражение центральной части зала. Пол был усеян скрючившимися фигурками, накрытыми колпаками зонтиков. Женщина, исключенная из списка безопасности, стояла на четвереньках, выпятив солидные ягодицы, обтянутые ярко-розовым трикотажем. В нескольких метрах от нее в такой же позе застыл пожилой мужчина. Лицо у него было красное и мокрое от пота. Между лежащими людьми приставными крадущимися шагами двигались представители Сил безопасности Лиги Миров в хамелеоновой форме, в этот момент зелено-голубой, делавшей их почти незаметными на фоне окон космопорта. Лиц эсбэшников за зеркальными забралами шлемов было не разглядеть. Злополучную тетку и пожилого мужчину быстро увели. Рейнджеры еще несколько секунд скользили между рядами, наставляя то на один зонтик, то на другой хищные прицелы бластеров, потом, получив какой-то приказ, разом покинули здание. Защитные зонтики схлопнулись и опали рядом с застывшими на полу людьми бесцветными шкурками.

— Разрешается встать. Отбой тревоги. Куратор космопорта просит прощения на причиненные неудобства. Просим выслушать объявление. В секторе семь готовится к старту челнок на Немертею… Пассажира 70 008 просим пройти к ангару. До посадки осталось двенадцать минут.

Вообще говоря, такие объявления высылают лично пассажиру, но сейчас произошел сбой в работе космопорта, и голос грохотал на весь зал. Атлантида посмотрел на свой пропускной жетон. К старту готовился именно его челнок. Как вовремя!.. А не то корабль улетел бы на Немертею без него. Такое вполне могло статься — если тревогу объявили только по пассажирскому сектору. Хотя нет, конечно, не могло… Компы — они ведь умные. В отличие от людей.

Но как объявил компьютер — до старта двенадцать минут — и археолог завернул в блок тахионной связи.

— Если у вас какие-нибудь неполадки, оставьте заявку, — сообщила ему дамочка средних лет, очень похожая на Катю и Катрин. Черные волосы, вздернутый носик, губки бантиком.

— А вас случайно не Кэтти зовут? — поинтересовался Платон.

— Вы почти угадали. Кэт… — Произведение имидж-салона «Клеопатра» жеманно хихикнуло.

— Вы мне должны помочь, ангелочек! Не могу выйти на связь с планетой Немертея.

— Я же сказала — оставьте заявку. — Она подтолкнула в его сторону комп на антигравитационной подставке.

— Говорите, — сказал комп точно таким же голосом и с теми же интонациями, что и живая Кэт.

— Проверьте связь с моим исследовательским компом и с маяком на Немертее.

— Все будет исполнено — не успеете вы прибыть на планету, как связь восстановят.

На экране возникло изображение чьих-то улыбающихся губ и ослепительно белых зубов. Стальные слезки на зубах так и сверкали.

— Рад… — рассеянно буркнул Атлантида.

Ему не нравилось, что Бродсайт вновь чуть его не сцапал. А ведь Платон избавился от костюма. Разумеется, Катрин могла рассказать о приходе профессора Рассольникова. Не надо было вообще с ней встречаться: тут Атлантида слишком был неосторожен. А впрочем — причем тут осторожность? Нетрудно догадаться, что Платон вернется на Немертею. Значит — надо поджидать его здесь, в космопорте.

Атлантида весьма смутно представлял организацию общества экселентистов. Прежде он даже считал, что экселентистами называют тех, кто призывает сидеть на своей планете и не высовываться. Потом узнал, что это — изоляционисты. А экселентисты считают, что планеты должны управляться только людьми или, в худшем случае, гуманоидами. Всяких там разумных насекомых, ящеров и остальных не пускать по служебной лестнице выше уборщика мусора. Поговаривали, что в Совете Лиги Миров есть несколько влиятельных экселентистов, и потому на выступления этих групп Служба безопасности смотрит сквозь пальцы. Значит, Бродсайт из их компании. Ну что ж, экселентисты всегда вели себя нагло, а им почему-то стеснялись дать отпор. Будто они малые дети, и их запрещено обижать. А то расплачутся, узнав, что они не самые умные и, увы, не самые духовные.

Но в этот раз Служба безопасности встревожилась.

Возвращение на Немертею

«Тиранозавр» на пересадочной базе встретил Платона как родного.

— Опять ничего не везешь? — спросил бюрократ, наблюдая, как его подручные потрошат багаж археолога. Они были старательны, как и в первый раз.

Видимо, надеялись хотя бы теперь отыскать контрабанду. Разве не странно: археолог летает с Немертеи на Ройк и обратно, и в багаже у него — ни одной золотинки.

— Я абсолютно чист, — заявил Платон. Ящик с текилой он предусмотрительно поставил рядом да еще водрузил на него ногу. — И кстати, мой друг с седыми волосами не пролетал недавно? Мы разминулись на Ройке.

— Ну, как же! Был! — закивал головой разумный ящер.

— И тоже ничего не вез?

— Только волосы на голове. Но это конфискации не подлежит, — в голосе таможенника послышалось сожаление.