— Прости, сын. Но мне нужно…
Отцу не получилось закончить предложение. Ник вырвал наконечник из груди и пронзил им Адариана.
— Никогда недооценивай каджуна из глуши в битве, — он отпихнул Адариана.
Вдохнув, Адариан закашлялся. Он посмотрел на раскрытую рану на теле Ника, затем на свою. Его собственная кровь заливала ему руки.
Ник облизнул губы, чуя ее запах. Когда один Малачай побеждает другого, то впитывает силы того. Но лишь силу, никаких слабостей. Если он смешает силу Адариана со своей…
Он рассмеялся. Никто не сможет командовать им. Ему не придется бояться Нойра или кого-либо еще.
С этой мыслью в голове он сделал шаг вперед.
Адриан развернулся и исчез.
Ник побежал за ним. Но как только он расправил крылья, чтобы взлететь, он почувствовал нежную руку на своей.
— Отпусти его.
Но он по-прежнему не слушал.
Пока ее губы не коснулись его. Его кровь закипела и в нем зажегся новый огонь.
Коди улыбнулась ему, затем сморщилась, словно что-то причиняло ей боль. И только тогда он понял, что копье отца прошло сквозь него в Коди.
Нет…
Только не она.
— Никода?
Ее ноги ослабли.
Ник подхватил ее на руки. Его кровь заливала его доспехи и ее прекрасную кожу. Она побледнела. Затем подняла руку, чтобы дотронуться до его губ.
— Твоя кровь ядовита для таких, как я.
Его желудок сжался.
— Я приведу помощь.
— Не получиться. Я не могу пойти к человеческому врачу, — она закрыла глаза.
— Останься со мной, — прорычал он яростно.
По ее щеке скатилась маленькая слезинка. От нее его сердце разорвалось на части. Она всегда была такой сильной, сильнее чем сама жизнь, он и забыл, какой крохотной она была. Он почти не ощущал ее вес в своих руках.
— Ты создание смерти, Ник. Ты не можешь приказать мне жить. Эти силы тебе не принадлежат.
Он почувствовал невыносимое горе, когда подумал о жизни без нее. Это дыра навсегда останется в нем.Она была холодной и болезненной…
Он не мог дышать.
И тогда он понял правду.
Он любил ее. Она та сила, что помогала ему переживать самые тяжелые дни. Звук ее голоса…прикосновение ее руки. Это он желал больше всего. А не ее крови.
Ее жизни.
«Я люблю ее,» — теперь он понял, что пытались сказать ему люди. Вот как ты ощущаешь любовь. Но это было не приятно. Это пронзило его еще сильнее, чем сделал его отец. Фу, отстойно понимать, что кто-то значит для тебя больше, чем ты сам. Понятно, почему Ашерон это так презирал.
Атлант был прав. Ты отдаешь часть себя другому. Часть, которую не восстановить. И она исчезает, прежде чем ты это успеваешь осознать.
И я не знал, когда и как отдал ей свое сердце. Но он не мог отрицать пустоту в своей душе от мысли потерять ее навсегда.
«Я должен ей помочь».
— Принеси ее мне, Малачай, и я спасу ее для тебя.
В это раз он знал, чей голос терзал его.
— Нойр?
— Да. Приди ко мне, Амбросиус. И я позабочусь о вас обоих.
Ник собрался подчиниться, но затем остановил себя. Он прошел школу улиц и не был глупцом. Я о вас обоих позабочусь» звучало для него как угроза.
Коди задыхалась, и он перевел свое внимание на нее, и секунду, ее жизни убегали вниз по его рукам.
Что же ему делать? Она умрет в любую минуту.
Ее жизнь или вечное рабство для него?
Ему вспомнились слова Коди. Иногда мы можем выбрать только меньшее зло. Но это лишь наш выбор.
Это рок или свобода выбора?
Он не знал. И если честно, сейчас ему было все равно. Нужно принять решение, верное или неверное.
Жизнь или смерть?
Свобода или рабство?
Глава 13
Коди проснулась в самой нежнейшей кровати, в которой когда-либо была. Паника захлестнула ее, когда она, когда она вспомнила, что случилось. Она пошла, чтобы защитить Ника и ее заколол его отец.
Последнее, что она помнила – Ника в ипостаси демона. Она защищала его от чувств к кому-либо. И все же, жестокий Амбросиус Малачай плакал, держа ее и умолял не умирать.
Нойр…
Он предложил Нику сделку за ее жизнь.
— О, Ник, — прошептала она. Скажи, что ты этого не сделал.
Оглядывая комнату, она нахмурилась. Она лежала на огромной старомодной кровати. Балдахин ручной работы почти достигал украшенного купола над ней. Нижний его уровень был в виде голубого неба с облаками. На верхней арке кто-то нарисовал нечто вроде древнего храма. Покрывало было темно-синего цвета, расшитое золотыми и пурпурными нитями.
Она села и немедленно об этом пожалела, так как ее захлестнула тошнота и боль. И только тогда она заметила, что на ней была белая фланелевая ночная рубашка. Теплая, уютная, подаренная кем-то, но…
Это начало выводить ее из себя. Кто снял с нее одежду? Что с ней произошло?
Где она? Она знала, что не умерла. Каким-то образом она вернулась в человеческую реальность. Но как?
Заглянув под одежду, она увидела на месте раны большой рваный шрам. Ладно, битва в Промежуточном Мире не была сном…
И теперь она начала злиться. Кто посмел притронуться к ней, пока она была без сознания?
Что случилось с Ником? И что самое важное, где Ник сейчас?
— Значит, ты вернулась к жизни.
Она подняла голову и увидела Калеба, стоящего в дверях. Его темные волосы были зачесаны назад, что только подчеркивало, как красив был этот мужчина.
Если б у него не было небольшой проблемы с заражением демоном….
— Я у тебя дома? – спросила она.
— Ни к чему этот обиженный тон. В нем убираются, знаешь?
— Прости, — она тяжело вздохнула. – Ты не представляешь, как странно просыпаться в незнакомом месте, и не знать, как туда попала.
Калеб рассмеялся.
— Конечно знаю. Частенько это со мной случается.
Она закатила глаза, намекая на его пугающий стиль жизни.
— Да, но я в этой кровати проснулась одна.
Он резко вдохнул.
— Обидно, Код.
Наверное, но…
— Ты расскажешь мне, как я сюда попала и кто раздел меня?
Он поднял руки защищаясь.
— Это твой мальчик, не я. Если хочешь залепить кому-нибудь пощечину, то я указываю на Ника. Это он принес тебя сюда.
Это все запутало еще больше.
— Он рассказал, что случилось?
— Только, что на вас напали, и тебя ранили. И что ему нужно безопасное место для тебя, пока ты не поправишься. Мы оба решили, что отнести тебя к нему будет большой ошибкой. Если он так сделает, мама запрет его дома до пенсии, кроме того, она захочет узнать, как тебя закололи, и почему вы оба не в больнице.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
