Читаем без скачивания Нф-100: Четыре ветра. Книга первая - Леля Лепская

Жнец притянул ещё несколько стрел, убирая их в колчан за спиной. Он отошёл подольше, и развернувшись вытянул тетиву со стрелой, целясь в кого-то.

- В последний раз спрашиваю, кто посмел отдать команду? Шаг из строя.

Деваться некуда, вышел из строя, все равно ведь или узнает или всем взводом огребём.

- Кто бы сомневался... - протянул Жнец. Он пустил стрелу прямо мне в ногу, чуть ниже колена. Этого я точно не ожидал. Как я не заорал не знаю, но я прокусил свой долбанный язык, резко стиснув челюсть. Соленая медь напомнила мой рот. Жнец - скотина, понаблюдал за мной мгновение, непроницаемым взглядом. Оторвав от меня взгляд, он прошёлся по остальным не опуская лука.

- Ещё как минимум пятеро. Буду отстреливать поочередно всех, пока не увижу ещё пятерых наглых засранцев выходящих из строя.

Я слышал больше, голосов, но я стоически молчал. Мне вообще кажется челюсть свело. Нога пылала болью. Я чётко ощутил, как у меня поднялась температура.

Ещё двое вышли почти синхронно из второй и третьей шеренги. Затем ещё двое.

Жнец прождал ещё мгновение ожидая видать, что найдутся ещё такие идиоты признаться сразу. Пятый нехотя, но всё таки вышел из строя. Затем Жнец резко запустил стрелу мне под ноги. Я был настолько ошеломлён всем этим, что даже не дернулся.

- Сержант Кай, - командир первого отряда. - ещё одна стрела воткнусь в землю перед парнем из второй шеренги.

- Рядовой Якут, - командир второго отряда. - распорядился Жнец.

Я посмотрел на парня, с Алтайского края, а не с Северного.

- Я бурят. - неслышно буркнул парень, не знающий про ангельский супер-слух.

- Мне плевать. - бросил Жнец и запустил стрелу под ноги третьему солдату, - Рядовой Сид, командир третьего отряда. Потому что похож. - добавил он сразу же.

Стало ясно, что архангел имел в виду ленивца Сида из "Ледникового периода", чувак действительно был похож на Сида.

Так стрела за стрелой он обозначил командиров шести отрядам, численностью в среднем по 60 человек. Пожалуй в этом был смысл. Правда нахрена он мне ногу прострелил, не знаю. Возможно это личное. Он в курсе как я облажался, струсив, и не рассказав Сэле про печати. А именно это я и сделал, я побоялся что она меня прикончит. Теперь она злится на меня. Но какая к чёрту разница, мы может больше и не встретимся. Выбросил всё это из головы.

Так, парень с угрюмой, грозной физиономией, был прозван, Горыныч, и назначен командиром четвертого отряда. Балу, здоровенный парень дембель, - командиром пятого. Шестым командиром стал Гэри, с намеком видать на улитку Гэри, так как, парень вышел последним.

- Сержант Кай, в медблок. Остальным, встать в строй. - распорядился Жнец, тихо пробурчав нам в спины: - Мультики долбанные...

Сплюнув кровь, я похромал в сторону медблока, проклиная Жнеца. Задумался. Сид, Гэри, Горыныч, Балу... Шегги, Бэмби, Джери... Ангелы смотрят мультики? Попытался представить себе эту картину. Подвернул мозг.

Спустя месяц адской подготовки я стал думать, что Жнец пытается меня убить. Это он и делал. Шегги, который и сам уже по моему задолбался меня латать, сказал, что Жнец, видимо проверяет мой болевой порог и какую степень прочего дерьма способен вынести мой уникальный организм.

Прелестно.

Хорошая новость заключалась в том, что на мне всё заживало как на собаке. Простреленная нога заросла через сутки, а на вторые даже шрама не осталось. Синяки и ссадины, исчезали уже к отбою. Любая боль проходила у меня уже к утру. Плохая новость: этот круговорот боли был бесконечен, и уже тем же утром я так или иначе получал от Жнеца. Мне даже не требовалось давать ему повод, чтобы огрести от него. Он находил его сам.

Вестей от наших бойцов не было. Ни одна из военных баз не выходила на связь. Со связью вообще была какая-то беда, даже радио частоты несли только шум. Всё словно умерло на километры вокруг. Мне удалось перехватить Локки, они с Бэмби часто были на рейдах. На мой вопрос о батальоне, Локки лишь головой покачал. И не ясно толи ему нельзя разглашать, толи он и сам не хочет произносить вслух, то, о чем все думают, но молчат.

Мы уже было решили, что мы последние люди на земле, когда одним ранним утром к нам поступили новобранцы. Вместе с тремя сотнями людей, Локки и Бэмби пригнали с рейда военную технику в часть. Некоторые из новобранцев были военными, некоторые гражданские.

На утреннем построении волнение закаливало десятикратно. Наши взгляды метнулись к Тихону и строящейся шеренге на противоположной стороне плаца. Мы толи хотели найти знакомых среди новичков, толи напротив не хотели увидеть их здесь. Новобранцы были уже по форме, и то, что половина из них гражданские, было очевидно. Я сразу признал двух парней, близнецов. Мы жили в одном дворе, значит они из нашего городка. Значит Локки шерстя округу с Бэмби заглянули и туда. Но где остальные? И почему все такие молодые? Но это как оказалось пол беды. Я признаться охренел чуть позже, когда присмотрелся внимательнее. Среди новобранцев были девчонки. Не женщины или девушки, нет, именно девчонки на вид от 15 до 18 лет в количестве сорока штук. Как выяснилось позже самой младшей действительно было пятнадцать. Мы ещё не покидали часть, но судя по их виду, новобранцы успели хапнуть на свою долю в новом обезумевшем мире. Особенно это было очевидно по младшей из этих девиц. Она была перепуганной до бела.

Жнец, шествуя вдоль шеренги, с белоснежными крыльями за спиной и одной рукой на эфесе меча, в принципе производил неизгладимое впечатление. Когда кто бы то ни был сталкивается взглядом с ледяными глазами архангела, то первой же мыслью становится: "Бежать!"

Его шаг замер в аккурат около меня, что прискорбно, ни передо мной а около, так что я мог только догадываться что выражает его жестокое лицо сейчас и куда и за что мне сейчас прилетит. В строю голова должна быть только прямо и никак иначе. Боковым зрением я видел как Жнец развернулся и медленно прошёл к новобранцем. Высоченный ангел склонился над одной из девчушек.

- Это, что, это я такое вижу? - проворковал Жнец, - Дочери человеческие, в рядах бойцов.

Его голос звучал вкрадчиво, он никогда не повышал голоса, это только Тихон мог орать так, что в ушах звенело. Архангел говорил тихо, тем зловещим образом от которого вполне могло разорваться сердце. Он мог дать тебе под дых, выволочь из строя за волосы, так что ты падал мордой на асфальт и выдавал ему сотку отжиманий, при том что он подставлял лезвие клинка под твоё брюхо, и не дай бог свалиться на это лезвие, оно в лёгкую может вспороть живот в одно касание. Он мог приподнять за горло сантиметров на двадцать над землёй, а затем отшвырнуть как котёнка на три метра в сторону. И всё что угодно ещё, но Жнец никогда не повышал голос.

У девчонки от вида Жнеца перед собой глаза были огромными как блюдца. Она чем-то напоминала кота из "Шрека" или Морта из "Мадагаскара", особенно когда у неё затряслась нижняя губа и казалось сейчас прозвучит это "Ми-ми-ми-ми-ми...", но девчонка стоически молчала.

Было ясно, что она была младше остальных. И вряд ли кто-то знает, что такие термины как ангел и воин - абсолютно тождественны. И о том, что Жнец нихрена ни ангел-милосердия, им тоже только предстоит узнать.

Жнец переключился на следующую девицу.

- Что ж, если вы думаете, что у нас тут летний лагерь, то вы не угадали.

Кто-то всхлипнул. Жнец немедленно метнул взор на девчушку постарше. Он подошёл к ней. Девчонку повело в обмороке, её еле успели подхватить, чтобы она не рухнула на асфальт.

Не обращая внимания Жнец напал на следующую жертву, стоящую рядом. Девчонка точно была старше всех, ей лет восемнадцать, у неё чёрные длинные волосы, и в прошлой жизни она кажется была неформалкой. Даже под фуражкой было видно, что половина её головы выбрита, и чёрные волосы собранные в странную косу, как канат, переброшены на одно плечо. Это напомнило мне о другой девушке, о той что я когда-то называл своей. Из под манжет на её руках виднелись татуировки. В общем хорошей девочкой эта особа не была точно. Её плюс, что она явно была не из пугливых. Её сердце билось ровно, ровным было и дыхание, взгляд в тени короткого козырька фуражки был ясным и уверенным.

- Или вы быть может думаете, что к вам тут будет особое отношение, леди?

- Никак нет. - отчеканила она громким, хорошо поставленным голосом. Смятение. Она или военная или кто-то в семье был военным. Но всё это неважно, я узнал этот голос. Мой взгляд внимательно впился в девушку. Наши глаза встретились. Больше никаких сомнений. Это она. Та, что я называл своей. Не сдержался и выругался под нос. Не знаю от радости и облегчения что она живая или от нахлынувшей боли родом из дней давно минувших. Это так глупо, что я готов дать себе по роже. Но ничего не поделать, есть шрамы которые остаются навсегда.