— У меня нет ответов на эти вопросы, Джей, — была вынуждена признать Тень. — Но я обещаю, что центральный мозг узнает об этом и примет соответствующие меры.
— Хорошо, если так, — буркнул я. — Ладно, пора заканчивать и отправляться в резервацию. И так кучу времени потратили.
Взмах субмолекулярного клинка — и кусок лицевого щитка буквально испарился. После деактивации защиты материал оказался не в силах сопротивляться воздействию этого оружия.
— Так вот ты какой, северный олень, — вырвалось у меня, когда я в первый раз в жизни увидел настоящее лицо дарканца.
Белесовато-серая кожа, узкая ротовая щель, намекающая, что ранее этот вид питался именно через это отверстие, две прикрытые мембраной ноздри, при полном отсутствии даже намёка на нос, и огромные чёрные глаза, раза в четыре больше, чем у человека. Череп сложён непропорционально, за счёт большого мозгового отдела.
Пришелец с шумом хватал ртом воздух, издавал неприятный звук, хлопал глазами, скалил зубы, но ничего не мог поделать. Ему явно было очень хреново. Атмосфера Земли для него губительна, но я не обращал на это внимания и продолжал смотреть, как серокожий уродец умирает. Сколько людей он убил? А не людей? Сколько детей похитил? У меня нет ответов. Он всего лишь исполнитель, марионетка, но начало положено. А потом я доберусь и до Великих магов.
Агония дарканца продлилась недолго, уже через минуту он затих и перестал подавать признаки жизни, а в моей душе полыхал пожар. Врага, что за считаные дни уничтожил нашу цивилизацию, можно убивать. Трудно описать чувства. Но сегодня мне стало чуточку легче. Начало положено. Дальше — больше.
— Тень, верни ему защиту, надо понять, сколько она продержится против субмолекулярного клинка, — попросил я Тень.
— Готово, — отрапортовала искин, и я начал бить световым мечом уже мертвого пришельца.
При соприкосновении с невидимой обычному взгляду защитой бронекомбинезона субмолекулярный клинок увеличивал интенсивность свечения и даже выпускал искры. Потребовалось десять ударов, прежде чем оружие преодолело защиту и отрубило дарканцу конечность.
— Мы можем воспользоваться его чипом, чтобы проникнуть на территорию резервации, — поднимая с земли руку пришельца, поинтересовался у Тени я.
— Нет, — тут же ответила искин. — Чип подключён к нервной системе носителя и выполняет свои функции только в этом состоянии. Мне удалось замедлить процесс срабатывания тревожного сигнала после гибели носителя. У нас есть около часа, потом все узнают, что боец мёртв. У военной модели чипа очень хорошая защита. Потребовалось много времени, чтобы её взломать.
— Тогда и второй пленный нам не нужен, — отбросив в сторону конечность пришельца, пробормотал я. — В любом случае придётся взламывать внешний защитный контур.
— Не нужен, — подтвердила Тень.
— Включай защиту, — скомандовал я. — Посмотрим, на что способны их плазменные ружья. Какой у них боезапас, кстати?
— Стандартная энергоячейка рассчитана на 1000 выстрелов, — тут же пояснила Тень. — У каждого с собой ещё десять запасных. Они закреплены вот тут, — искин подсветила нужные элементы на броне дарканца.
Собрав с врагов все трофеи, я отошёл на десяток метров и вскинул плазменное ружьё. Тень тут же спроектировала прицельный маркер, так что с точностью выстрелов проблем не будет. Спусковой крючок мало чем отличался от земных аналогов, так что хватило нескольких коротких фраз от искина, и я разобрался, что к чему.
Ружьё выплюнуло небольшой голубой шарик плазмы, который ударил в защитное поле доспеха дарканца и отскочил в сторону. Я глянул на оплавленную, сквозную дыру в толстой кирпичной кладке и присвистнул. Мда, это точно не земные пукалки.
Ещё трижды защита врага отражала шарики плазмы, причём один раз рикошет получился столь неудачным, что снаряд вернулся обратно. Меня спасла Чешуя, ресурс защиты которой просел на 10%. В отличие от технологии энергетической защиты дарканцев, Чешуя поглотила сгусток плазмы. Вот заодно и проверил, сколько попаданий я смогу выдержать сам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Пятый выстрел пробил грудь пришельца, но я всё равно сделал ещё один, в голову, так сказать, контрольный. В фильмах так всегда делали профессионалы.
— Ты поняла, какой тип энергии используют дарканцы? — подхватив труп, чтобы затащить его в ближайший подъезд, спросил у Тени я.
— Да, они научились расщеплять сайбер-кристаллы на более мелкие элементы и заключать их силу в стандартные энергоячейки.
— То есть в боевых условиях они могут перезарядить щит бронекомбинезона?
— Если успеют, то да. Причём делается это довольно быстро. Примерно как перезарядка магазина автомата в так любимых тобой фильмах.
Я мысленно выругался. Черти, всё продумали. Похоже, они реально готовятся к полномасштабной войне со всей галактикой. А что, это вполне реально. Тысячи лет они выкачивают жизненную силу рабов и ещё и получают сайбер-кристаллы. Что-то продают другим протекторам, но большинство наверняка запасают для себя. Население загоняют в стазис, где бойцов не надо ни кормить, ни снабжать энио для продолжения жизни. Скорее всего, в стазисе расход энио останавливается. Да, после начала боевых действий дарканцы лишатся доступа в сайбер-пространство, но когда они решатся на атаку, то оно им будет уже и не нужно. Заготовленных запасов хватит на миллионы лет. Особенно с учётом того, что расход на собственные нужды относительно небольшой. Великими магами кто попало не становится. Центральный мозг заблокирует импланты? Ха-ха. Наверняка они уже давно решили эту проблему и, как минимум, всё достигнутое останется доступно. Ну или именно эта проблема как раз и сдерживает агрессию дарканцев, Великие маги ведь не хотят потерять силу, и как только они её решат, то в нашей галактике случится грандиозная заварушка. Не зря же они удалили программу сайбер-проводников. Им не нужен контроль от искинов предтеч.
— Если всё обстоит так, как ты думаешь, Джей, то это повод воззвать к предтечам, — снова подслушав мои мысли, проговорила Тень. — Но нам нужны доказательства.
— А что, центральный мозг может связаться с предтечами? — удивился я.
— Не может, для этого надо будет добраться до колыбели, — задумчиво проговорила Тень. — Но доступ откроется, только если у искина-помощника будут серьёзные основания.
— Час от часу не легче, — буркнул я. — Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Прежде всего надо прогнать дарканцев. Глядишь, потеря сотен миллиардов рабов спутает им все планы и даст нам время на подготовку.
— Или, наоборот, ускорит начало войны, — угрюмо пробормотала Тень, но отвечать ей я не стал.
Положив пару энергоячеек в карман, остальные убрал в рюкзак. Пороховое оружие я выбросил за ненадобностью и, обвешавшись трофейными примочками пришельцев, побежал к резервации.
Уже на подходе обнаружил охрану. На крышах ближайших зданий дежурят бойцы, но я не обратил на них внимания и приблизился к энергетическому барьеру, который работал в обычном режиме. Тень начала взлом, а я осмотрелся. Людей видно не было, но это логично, скорее всего, всех заперли в резервации. А вот невидимых дарканцев я обнаружил достаточно много.
На расстоянии я мог видеть врагов лишь в инфракрасном спектре, поэтому их силуэты выглядели размытыми, бесформенными, но тех, кто заходил в зону охвата программы «Биоэлектроника», Тень подсвечивала красным контуром.
— Расклад такой, Джей, — спустя пять минут проговорила искин. — Контур отреагирует на пересечение любого объекта, даже неодушевлённого. Можно перегрузить энергопитание, что вызовет временное отключение, но это привлечёт внимание. Подключай своё нестандартное мышление и найди выход.
— Эмм, а система сможет определить количество тех, кто пересёк контур, если они будут находиться вплотную друг к другу? — неожиданно спросил я.
— Поясни свою мысль, — попросила искин.
— Я могу схватить в ближайшем доме сумрачного пса и вместе с ним побежать к защитному контуру. Со стороны будет выглядеть, словно обезумевшая собака решила самоубиться. Контур сработает, собаку распылит на атомы, а я окажусь внутри. Сможешь спрятать меня от сканирования?
