Читаем без скачивания Последний и решительный - Георгий Лопатин

Сильнее всего пострадали экранопланы, не вернулось около трети машин. Бомбардировщики-торпедоносцы тоже понесли значительные потери, около десяти машин. И что еще печальнее, далеко не всех удалось спасти. Сначала выживших пилотесс пытались брать в плен, но истребители под командованием Федорова ястребами атаковали лодки, так что по спасателям и спасаемым начали бить из корабельных пушек… в общем спастись удалось крайне немногим.

Результат торпедных атак вышел тоже так себе. Из более чем сотни торпед, среди которых использовали даже устаревшие изделия, что все еще пылились на складах Одессы, а не только стоящие на вооружении шедшие под обозначением 45−12, до цели добралось около двадцати штук. При этом боевые корабли не хлипкие транспорты и потопить удалось всего два корвета, получивших по два попадания. Остальные торпеды либо прошли мимо, либо были подбиты.

Так же пришли радостные вести с Белого моря. Англичане решили устроить и там высадку десанта. Масштаб не шел ни в какое сравнение с черноморской операцией, но в случае удачи угроза становилась весьма весомой. Так что как только стало известно о том, что в Белое море вошла эскадра противника из пары линкоров и полудюжины крейсеров, плюс некоторое количество транспортов, коих вели к Архангельску сразу два ледокола, Климов послал туда все свои тяжелые бомбардировщики, количество которых удалось довести до двух десятков.

«Ильи Муромцы» не подвели. Они устроили настоящую карусель смерти. Загрузившись бомбами и бочками с напалмом, они начали с максимальной высоты сбрасывать свой смертоносный груз на вытянувшихся в ряд вражеские корабли, в первую очередь конечно на транспорты.

Негры с транспортов, после того, как стали рваться бомбы и гореть лед, быстро разбежались по льду во все стороны и дальше началась бомбежка боевых кораблей. Подбили ледоколы и корабли застряли во льдах. Конечно, они пытались пробиваться самостоятельно, как ломать лед своими носами, а когда стало понятно, это не очень эффективно, принялись стрелять по льду из пушек, но и такой способ мало чем помог. Боезапас ведь не бесконечен, а углубились во льды Белого моря довольно далеко, собственно таким методом проще было добраться до города, чем вырваться обратно на чистую воду.

В общем, осознав, что дело дрянь, чему способствовало уничтожение двух крейсеров, кои буквально превратились в два огромных костра будучи залитыми напалмом, корабли выбросили белый флаг.

Климов только головой покачал, не понимая, как можно было самим сунуться в такую западню.

«Про бомберы совсем забыли или думали, что я их на помощь Муравьеву отправлю?» — подумал он.

Что до штурма первопрестольной, то первым делом конечно же проведи масштабную комплексную агитацию. С неба посыпались листовки с отпечатанными фотографиями флота Антанты «до» и «после». Особенно хороши оказались фотографии взрывов линкоров, что потонули у Севастополя, да и прочие виды тонущих горящих транспортов неплохо получились в исполнении Бима и Бома. Так же и эскадру на Белом море отобразили, а на оборотной стороне текст поясняющий, что помощь не придет. Она утонула.

Конечно, еще оставались американцы с японцами на востоке и англичане со своими сипаями на юге… но осажденным пояснили, что одно дело когда солдатам приходится воевать на чужбине непонятно за какие цели и идеалы и совсем другое, когда враг оказывается на его земле. В общем даже до самого тупого быстро доходило, что не имея угрозы с тыла, русская армия сметет этих интервентов одной левой, но перед этим жестоко раздавит засевших в Москве пособников капиталистов. А кто они такие получаются, если действуют заодно с американцами и англичанами?

Кроме того вели активную агитацию активисты «Поалей Цион» и СЕРП, как через все те же листовки, так и громкоговорители. Видя, что дело приняло совсем скверный оборот и их будут уничтожать без всякой пощады, эти простые бойцы быстро перековывались в сионистов, то есть в последователей идеи образования собственного государства на исторической родине со столицей в Иерусалиме, а не национальной автономии где-нибудь в Восточной Европе, как того хотели главари БУНД.

Но будем справедливы, подавляющее большинство простых евреев оказавшихся в Москве и образованной Московской Советской Республике стали членами БУНД лишь постольку поскольку, то бишь из-за отсутствия альтернативы. Никто, даже если имел иные взгляды, не собирался плевать против ветра и если данная партия единственная, что отстаивала их интересы в данном регионе, то в нее и вступили, а те, кто не вступил — подчинялись, ибо это гарантировало продпаек.

И вот теперь, когда появилась возможность сдернуть без последствий для себя, а им гарантировали жизнь и достойное обращение, они сдернули. Сдавались не просто взводами, а ротами и батальонами. Конечно, не везде происходило гладко, то и дело вспыхивали перестрелки.

Несколько дней отряды евреев массово сдавались, а потом как отрезало.

— Родных берут в заложники и организовали заградительные отряды, — сообщали те, кто смог сбежать в числе последних.

Как только стало ясно, что все, больше перебежчиков не будет, начался решительный штурм центральных кварталов.

47

Родион Малиновский только диву давался тому, как проходят боевые действия — методично и неумолимо. Виденное кардинально отличались от того, как действовали поляки с чехословаками в Таганроге. Там противник действовал навалом, сосредоточив огромные силы для рывка на финальном, что обошлось бы для них в очень высокие потери. Правда Предводитель тогда всех перехитрил, заминировав подступы и взорвал их, когда враг накопил максимум сил.

Стало ясно, что те, кто организовал оборону Кремля хорошо изучили опыт штурма и обороны Таганрога и попытались что-то подобное устроить сами, но, во-первых, взрывчатки не хватило, а во-вторых, атакующие все предварительно проверяли саперами и обнаружив закладки, сами их подрывали.

Кроме того, никакого штурма навалом по широкому фронту не было, как того наверняка ожидали обороняющиеся и подготовившие для отражения многочисленные пулеметные точки, вместо этого происходило нечто совсем иное, а именно в атаке на дом действовали мелкие группы до десяти человек.

Это отделение прекрасно подготовленных и оснащенных бойцов после огневой подготовки артиллерией или танками врывались в дом, пока уцелевшие защитники приходили в себя и стремительное его зачищали, в основном используя гранаты закидывая их почти в каждую комнату.

На отделение приходился один пулемет «мадсен», один снайпер, два ружья для стрельбы надствольными гранатами, а остальные вооружались автоматами Федорова, ну и конечно у всех ручные гранаты, штук по десять на каждом.

Следом за штурмовой группой заходила группа закрепления. Они вооружались уже попроще, помимо снайпера и одного стрелка из «слонобоя» бойцы были вооружены полуавтоматическими винтовками.

Третьим эшелоном шли обычные солдаты, что крепили оборону и непосредственно в штурме не участвовавшие.

Противник оказался не готов к подобной тактике штурма малыми группами. Они конечно пытались что-то сделать, особенно на начальном этапе, устраивая классические «мясные» контратаки пусть и при поддержке артиллерии с бомбометами, но артиллерию давили танки и САУ, а так же истребители, что буквально заваливали артпозиции противника бомбами, благо что небо оказалось под контролем РОДа. Если что и взлетало со стороны «внешних» большевиков, то только как разведка, быстро взлетели, осмотрелись и назад.

Правда в самом начале битвы за Кремль, как ее успели прозвать обе противоборствующие стороны, попыталась вырваться эскадрилья из двух десятков самолетов, среди них пять двухместных машин. Но ее перехватили и частью сбили, частью принудили к посадке. Оказалось, что на этих самолетах пытались сбежать часть членов ЦК «внешних» большевиков с чемоданами набитыми золотом и прочими драгоценностями. Среди них оказался и Свердлов собственной персоной, причем ему единственному из членов ЦК не повезло разбиться.

Климов ожидал, что и Ленин попытается сбежать по воздуху, но нет, то ли он оказался умнее, то ли трусливее, но на самолете он не полетел. О том, что он остался мужественно «защищать революцию», как то пропагандировалось обороняющимся, Михаил не верил категорически ибо человек этот весьма труслив.

«Наверняка на подземный ход рассчитывает, только и я о них знаю…» — подумал он.

После нескольких отбитых масштабных контратак, когда потери контратакующей стороны исчислялись тысячами человек убитыми и ранеными, защитники Кремля перешли в глухую оборону, кою продолжили прогрызать штурмовые группы, что брали под свой контроль один дом за другим.

Непонятно оставалось на что рассчитывали обороняющиеся, может верили в то, что американцы