Читаем без скачивания Катрина - Олег Лукьянов

Гроссмейстера, но тонули в его ослепительной броне, неведомые вихри беспрестанно били в его грудь, но с тем же успехом. Ответные атаки Гроссмейстера не были столь эффектны и точны, однако Рива видел, что от легкого касания Гроссмейстера, Сияющего просто-таки отбрасывает и ему стоило огромного труда удерживаться на ногах. «Если моему богу требуется помощь, — пронеслась в голове Ривы мысль, — то я должен попытаться помочь, чего бы то это не стоило…». Забыв о боли в израненном теле, он поднялся на ноги и отправился прямо в центр черного и белого вихря. Бог и его светоносный противник кружились вокруг, не обращая никакого внимания на простого смертного. Но когда им пришло время вновь замереть, чтобы изменить тактику, не теряя времени Рива широко замахнулся и, вкладывая в движение все силы, ударил слепящую фигуру… Удар титановой перчатки, который мог разрушить полуметровую стену, или вышибить дух даже из хорошо защищенного тела, Гроссмейстеру должно быть показался шлепком. Он задействовал каплю вихрившейся вокруг энергии света, и Рива отправился в дальний полет. В момент, когда его путь заступила стальная стена, живот пронзила невыносимая вспышка боли, а голова едва не разлетелась на части. Автоматика доспеха вколола в тело лошадиную долю обезболивающего и через какое-то время Рива почувствовал себя в силах шевелится. Но когда он осторожно открыл глаза, ему вновь стало дурно, правда на этот раз не от боли. Из его живота рос кусок корабельной арматуры и по броне стекали ручьи крови. Вероятно, удар был такой силы, что его насадило на торчащую из стены тавровую балку прямо сквозь доспех…

— Внимание, — сообщила система жизнеобеспечения доспеха, — критическая… Что она хотела произнести осталось для Ривы тайной — механический голос запнулся на полуслове, а навигационный экран перед глазами погас — визоры потухли предоставив глазам лейб-майора самим всматриваться в происходящее сквозь мутно-оранжевые линзы шлема.

В последние мгновения жизни он видел безрадостную картину: его бог проигрывал в схватке со смертью. Все его усилия были тщетны…

— Я верю в тебя, мой бог, — сказал Рива, начиная задыхаться, — верю в твою победу. Ему показалось, что Сияющий услышал. Остановился, устремил на него свой взор… На миг в глазах потемнело, а потом Рива упал со стены на пол и неожиданно понял, что оказался в совершенно ином месте.

Рядом были люди Ордена: какая-то снежноволосая девчонка и его старая знакомая — помощник капитана — Круз. Кажется, он находился в рубке «Сердца Эльвы».

Глава 4 Обещание

Это было чудо, но я выжил в бою с аватаром «звезды-призрака». Конечно, я не мог сравниться с ним в силах, но взял хитростью, а может быть банальной удачей. Проигрывая ему по всем боевым параметрам и зная, что не могу применить «глобальные» силы, не разворотив весь корабль и не убив Найту и Риву, я пришел в отчаяние. Может быть, сдался бы и наделал глупостей, но неожиданно осенило.

Почему бы не обезопасить их, телепортировав на «Сердце Эльвы»? Вслед за этим, сразу после сокрушительного удара, направленного против моей Сущности, пришла мысль-продолжение: «А почему бы не убраться отсюда самому?». Сказано-сделано. Израненная, но гордая Найта и плавающий на грани жизни и смерти Рива вместе со мной оказались на капитанском мостике колосса. Тут был океан бритвой режущего света, но они не жаловались — здесь всяко было лучше, чем рядом с разбушевавшимся Гроссмейстером. Мне понадобилось еще мгновенье, чтобы сосредоточиться и постараться уладить проблему одним усилием воли. Я молил всех Демиургов, чтобы «звезда-призрак» не усела принять никаких контрмер, чтобы не телепортировала куда-либо своего аватара, чтобы не блокировала щупальца моей Сущности.

Теперь, зная, какой из тысяч одинаковых кораблей был флагманом Гроссмейстера, я мог нанести удар в самое сердце. Щупальце наконец дотянулось.

Без всяких фантазий и изысков я разбил тиринтумные стены главного реактора…

Корабль Гроссмейстера превратился в пыль раньше чем я моргнул и прежде чем взрывная волна докатилась до «Эльвы», я убедился, что Гроссмейстер оставался там до последнего. Нестерпимое сияние, заливающее все пространство космоса и освещающее внутренности кораблей, вдруг исчезло. Плачущие дети, визжащие женщины и ругающиеся мужчины неожиданно замолкли: в утробе «Сердца Эльвы» повисла звенящая тишина. Я глянул на экран, транслирующий «звезду», и еще не до конца веря в удачу, крикнул:

— Адмирал, атакуй её всеми силами…

Не знаю, с чем это было связано, но смерть аватара нанесла ей серьезный урон. Теперь, когда её сияние практически сошло на нет, а она сама замерла посреди безвоздушного пространства, я мог разглядеть ее в подробностях. Одновременно похожа на пористый камень, на увеличенный в тысячи раз клочок кожи, или на печень, изъеденную чрезмерным употреблением алкоголя. Она еще испускала некое сияние, которое окружало ее словно аурой, но заподозрить в ней защитные свойства я не мог. Между тем, первые ракеты, выпущенные эскадрой, посланной на её уничтожение, достигли цели и остались ни с чем. Даже лучи сверхмощных квантовых излучателей не оставили на шершавой поверхности и следа. Сияющая аура, чем бы она ни была на самом деле, вполне надежно защищала своего обладателя.

— Пусть три эскадры продолжают вести по ней огонь, — приказал я, — остальные покончите наконец с флотом Гроссмейстера!

— Есть, сэр, — ответил адмирал, и я впервые выдохнул полной грудью. От меня по сути больше ничего не зависело.

— Так значит никакого предательства не было? — воскликнула Круз, вместе с Эльвой уже стоящая рядом со мной. Я вернулся на бренную землю. Как я мог думать о чем-то другом, обнимая истекающую кровью жену, которая еще умудрялась поддерживать обессиленного Риву?

— Разумеется, не было, — ответил я, пытаясь отмахнуться от них как можно скорее.

— Я знала, знала! — ликующе воскликнула Круз и совсем как девчонка подбежала к окровавленному Риве, чтобы поддержать его с другой стороны…

— Найта, отпусти его, я справлюсь сама. Гордая эльфийка ничего не сказала, но руку убрала…

— Стой смирно, Найтеныш, — сказал я, вновь сосредоточиваясь, — я сейчас залечу твои раны. Спустя пять секунд я сделал все что был в силах. Найта благодарно улыбнулась и метнула взгляд в сторону Ривы, уходящего в обнимку с Круз.

— Я знала, что ты не повторишь моей ошибки. Ты не предатель. В отличие от меня твоя верность безупречна…, - шептала Круз, осторожно ведя своего избранника к лифту.

— Знаешь, — произнес Рива, скрывая боль, — ты еще красивей, чем когда я увидел тебя впервые…

— Правда?.. Спасибо!

— Ну а ты, значит, помощник капитана, да? — поинтересовался Рива, немного сбавив обороты.

— Нет, — помахала головой Круз, — я уже Генерал Ордена.

— Твою… — выругался Рива.

— Что?!

— Я ведь должен отдать тебе честь, Генерал… И как младший по званию, просто не имею права…

— Рива! — окликнул его я, когда они были на полпути к выходу. И хотя сразу после лечения Найты я усилием воли уже затянул рану на его брюхе, он повернул ко мне голову с большим трудом. Я бросил как бы невзначай:

— Скорее выздоравливай и надевай мантию Магистра. Орден нуждается в тебе… Деловито отвернувшись, но все же успев заметить просветление на его лице, улыбнулся сам. Оказывается, иногда приятно доставлять людям радость.

А Рива, распустив хвост, затараторил еще бойче. Еще с минуту подслушивал, как счастливый, почти переставший испытывать боль новоиспеченный магистр рассказывал о своих лихих похождениях взволнованно слушающей его Круз. Заметив улыбку на лице Найты, я понял, что этим занимался ни я один. Странно, но я знал, что у этой пары все сложится хорошо. И еще видел рядом с ними кучу пока не рожденных детей… Оставалось гадать о природе этого события: прозрение или очередной глюк, как с тем портретом, которого по дурости принял за Демиурга. Как бы там ни было, буду рад, если все так и случится. «Круз, ты оказалась достойна прощения и жизни…». Хотя Эльва и не могла их слышать, её глаза также внимательно провожали эту пару, пробормотав себе под нос что-то похожее на: «Я выполнила свое обещание», она повернулась к нам. Окинув нас с Найтой оценивающим взглядом, сказала:

— Только не говори, что мне её придется называть «мамой». С ледяным презрением проигнорировав высказывание девочки, Найта спросила:

— Отчего твои волосы стали белы, как снег в горах?

— Перекрасилась, — буркнула она. — А ты, кстати, могла бы и не убивать Фарка… Найта хотела что-то ответить Лара-Эльве, но я опередил:

— Фарк погиб ради общего дела, — если бы не его жертва, нам бы не удалось убедить Гроссмейстера, и мы сейчас не стояли бы здесь все вместе…

— Нам еще рано праздновать, мой господин, — сказала Найта, бросив взгляд на стационарный монитор, — твое оружие не может навредить богу… Эльва больше ничего не сказала, разок зыркнула на меня исподлобья и уставилась в панель управления огнем. Там было видно, как самая крупная из всех, третья волна торпед и ракет достигала цели… Я сжал за них кулаки и весь обратился во внимание, когда ЭТО со мной заговорило…