Годы, прожитые в Линце (1905-1905), были для Гитлера менее удачными. Изощрённая городская среда слишком сильно давила на мальчика, привыкшего к школьной жизни в маленьких городках или в деревне; его академическая успеваемость снизилась. Но зато здесь Гитлер познакомился с национализмом и пангерманизмом. Линц находился недалеко от чешских поселений Южной Богемии и ввиду частых вторжений чешских иммигрантов австрийские немцы города бдительно охраняли свои деловые интересы и собственность. Учитель истории Гитлера, доктор Леопольд Потш (Putsch) был известен в нескольких националистических ферейнах; он рассказывал мальчикам об эпических периодах немецкой истории и при помощи волшебного фонаря показывал им нибелунгов, Шарлеманя, Бисмарка, установление Второго Рейха. Гитлер всегда любил эти уроки истории и его вера в «Германию» как материнский символ романтической сущности народа возможно ведёт начало от этих школьных занятий в Линце. От некоторых биографов Хиир позаимствовал описание детского интереса Гитлера к расовым характеристикам немцев и классификации одноклассников на немцев и не-немцев. Эта ранняя фиксация на матери Германии, позже перешедшая в контекст манихейских идей и представлений о золотом веке, отзывалась эхом и в творчестве Листа и Ланца фон Либенфельса.
В более зрелом возрасте Гитлер самостоятельно отправился в Вену с тем, чтобы продолжить там изучение искусства, к которому его подталкивали интересы и амбиции, но его жизнь в столице оказалась фатально неудачной, он не смог поступить в Академию Изящных Искусств. После первой неудачи в октябре 1907 и после смерти матери, случившейся в то же Рождество, Гитлер вернулся в Вену в феврале 1908 для того, чтобы частным образом изучать искусство и жить на крайне скудные средства. Вместе с Августом Кубичеком, его детским другом с Линца, он бродил по галереям, осматривал памятники архитектуры, слушал оперы Вагнера вплоть до лета. Но растущее чувство невозможности собственно художнической карьеры, отвращение к любому иному типу деятельности и к тому же неуклонное истощение кошелька существенно отравляли идиллию. В ноябре 1908 он ушёл с квартиры, которую они вместе снимали и с тех пор жил один. За жеманной бедностью пришла нищета. Теперь Гитлер узнал другую сторону жизни в городе. Просроченная плата за комнату, переполненные бесплатные столовые, грязные ночлежки, ужасные улицы, кишащие иностранными иммигрантами из провинций, евреи с их странной одеждой и странными привычками, – всё это представляло для него падший мир. Благодаря его неудачам Вена и многонациональная империя Габсбургов теперь выглядели для него полной противоположностью сказочного образа матери Германии и её чистой национальной культуры. В таком настроении Гитлер мог быть весьма чувствителен к простым формам манихейского дуализма: делению на чёрных и белых, героев и ублюдков, арийцев и чандалы, описанному в «Ostara» Ланца фон Либенфельса.
Но существуют ли доказательства знакомства Гитлера с «Ostara» и её определяющего влияния, помимо общего предрасположения? В первую очередь, неопровержима хронология. К середине 1908 года Ланц уже издал 25 номеров «Ostara» и мог издать ещё более 40 номеров прежде чем Гитлер окончательно покинул Вену в мае 1913. Ввиду сходства их идей, касающихся прославления и охранения стоящей под угрозой арийской расы, уничтожения и победы над не-арийцами, установления сказочной арио-германской империи, связь между этими людьми выглядит крайне вероятной. В «Майн кампф» Гитлер сообщал, что его жизнь в Вене заложила основы его мировоззрения и что в это время он изучал расистские памфлеты. И опять вероятность местного идеологического влияния кажется весьма существенной. Ранние биографы Гитлера склонны ограничивать источники его вдохновения интеллектуально респектабельными авторами, пишущимина темы расового превосходства и антисемитизма; например, такими как Гобино, Ницше, Вагнер и Чемберлен. Но нет никаких доказательств, что Гитлер читал эти научные труды. Зато он наверняка подхватывал разные идеи, помогающие ему прояснить собственный дуалистический взгляд на вещи и фиксацию на Германии, из дешёвых и легкодоступных памфлетов современной Вены.
Австрийские учёные были первыми, кто предположил, что Гитлер черпал материал для своих расистских политических идей из бестселлеров Ланца фон Либенфельса. В начале 1930 Август Ноль осмеивал нацистов перед студенческой аудиторией Венского Университета, отмечая, что немецкий лидер просто позаимствовал свои идеи у пользующейся дурной славой и непритязательной «Ostara». Это первое полемическое размышление было подхвачено Вильфридом Дэймом после войны. Дэйм был психолог, имеющий особый интерес к политическим идеологиям и сектантским убеждениям. Когда Ноль упомянул о сходстве странных идей Ланца с целями нацизма, Дэйм крайне заинтересовался этим и в результате написал книгу о нацизме как извращённой религиозной системе. Существование фанатического отца за спиной нацистской идеологии должно было придать особенный вес этому тезису. Вскоре выяснилось, что Ланц ещё жив и двое учёных отправились брать у него интервью, в его доме, в Вена-Гринцинг. II мая 1951 года Ланц рассказал Дэйму, что Гитлер посещал его в редакции «Ostara», в Родауне, в 1909 году. Ланц вспомнил, что Гитлер рассказывал о своей жизни на Фельберштрассе, где он мог покупать «Ostara» в ближайшем табачном киоске. Он также сказал, что его крайне интересуют: расовые теории Ланца и он хотел бы купить несколько старых номеров для завершения своей коллекции. Ланц отметил, что Гитлер выглядел крайне бедным и подарил ему необходимые номера, поскольку две кроны пригодились бы ему, чтобы вернуться в центр города.
Сообщение Ланца подтверждается и независимыми источниками. В соответствии с полицейскими записями Гитлер действительно проживал с 18 ноября 1908 по 20 августа 1909 на Фельберштрассе 22/16, мрачной улице на северной стороне Westbahnhof, где он поселился после того как вынужден был оставить комнату, которую делил с Августом Кубичеком. Дэйм также выяснил в Австрийской Табачной Компании, что киоск в это время помещался в первом этаже Фельберштрассе 18. Ланц не мог бы знать этих деталей, если бы ему не сообщил о них Гитлер. Упоминание о бедности Гитлера также выглядит правдоподобным, в годе 1909 года состояние Гитлера резко уменьшается; осень и зима были наиболее тяжёлым периодом в его жизни, в это время он наскоро отогревался в теплицах, а еду и постель искал в ночлежках. Наконец, необходимо помнить, что Ланцу едва ли нужно было выдумывать связь Гитлера с идеологией нацистов в 1951 году: Вена была оккупирована союзниками, политические исследования быстро развивались. Поэтому выглядит вполне возможным тот факт, что Гитлер наносил визит Ланцу и что он был регулярным читателем «Ostara».
Для того, чтобы дальше продвинуть свидетельство Ланца, Дэйм взял интервью у Йозефа Грейнера, которого он рассматривал как главного свидетеля жизни Гитлера в Вене после 1908 года. В послевоенной биографии Гитлера «Das Ende der Hitler-Mythos» (1947) Грейнер утверждал, что был близко знаком с Гитлером в мужском общежитии на Мельдеманштрассе, в Вена-Бригиттенау, где Гитлер жил с февраля 1910 до отъезда в Мюнхен в мае 1913. 31 декабря 1955 Грейнер сообщил Дэйму дополнительные подробности о жизни Гитлера в общежитии. Он вспомнил, что Гитлер владел значительной коллекцией «Ostara», там было по меньшей мере 50 номеров в стопке около 25 сантиметров толщиной. Показывая копии первых серий «Ostara» Дэйму, Грейнер сказал, что он помнит характерный рисунок кометы на обложках самых первых номеров. Он рассказал о жарких спорах Гитлера с его приятелем по имени Грилл о расовых идеях Ланца фон Либенфельса. В более позднем разговоре с Дэймом Грейнер утверждал, что однажды Гитлер и Грилл отправились в аббатство Heiligenkreuz, чтобы узнать там настоящий адрес Ланца.
Несмотря на убеждение Дэйма в том, что память Грейнера прочна, а его сообщения точны, эти свидетельства должны быть рассмотрены с крайней осторожностью. Прежде всего, грейнеровская биография Гитлера настолько неточна и так изобретательна по части деталей, что некоторые учёные вообще сомневаются, знал ли Грейнер Гитлера. Наиболее серьёзные сомнения возникают, когда дело касается дат. Грейнер сообщал Джетзингеру, что он был знаком с Гитлером по общежитию в 1907 и что их знакомство прекратилось, когда он уехал продолжать обучение в Берлин в 1909. Но поскольку Гитлер поселился в общежитии только в начале 1910, Грейнер не мог встретить Гитлера, если только не ошибся датами. С другой стороны, воспоминания Рейнгольда Ганиша, другого приятеля по общежитию и продавца гитлеровских картин, действительно указывают на человека по имени Грейнер, жившего в общежитии. Видимо, Грейнер все же знал Гитлера, но забыл точную дату. Но его склонность к выдумкам обнаружила себя и в интервью Дэйму вряд ли Гитлер мог желать получить адрес Ланца у монахов Heiligen Kreuz, если у него уже были номера «Ostara», на которых был указан адрес редакции, к тому же он уже посещал Ланца в 1909 году. Визит в аббатство не мог произойти и раньше, поскольку тогда не было человека по имени Грилл, компаньона Гитлера по предполагаемой экскурсии в Heiligenkreuz, они познакомились в общежитии только в 1910 году. Единственное ценное свидетельство Грейнера, касающееся возможного влияния Ланца на Гитлера, состоит в том, что Гитлер владел полной коллекцией «Ostara» и часто обсуждал его теории с Гриллом во время своей жизни в мужском общежитии.
