— Рад знакомству, мэтр, — кивнул Мийол. — Моё имя вы, должно быть, уже знаете.
— Знаю. Вот только ты что, прямо так собрался в рейд идти?
— А мы идём в рейд? — непритворно удивился призыватель. — Глубокоуважаемая позвала меня вниз, сказав лишь про встречу со знакомым базиларом из ресурсного отделения…
— Эта красуля всегда так, — проскрипел комендант. — Сверх необходимого — ни полслова.
«Я уже заметил… и подготовился. Впрочем, скрытно таскать пространственный короб вообще везде и всюду, даже на позавчерашнем свидании с Элойн, у меня уже вошло в привычку…
Слегка параноидальную, но полезную».
— Тогда не найдётся ли тут уголка для переодевания?
Скрипучий смешок:
— Найдётся. Если не побрезгуете клетушкой для мётел. Вот, прошу сюда, уважаемый маг.
«А вот комендант на Никасси не заглядывается, но проявляет солидарность с Пастырем… и что-то там есть ещё, не очень понятное, потому как тоже личное…
Но обижаться бессмысленно, да и небольшая уступка пойдёт скорее в плюс».
Задержка активации для Усиленного Призыва Существа не составляет порой и половины минуты. А сам привычный призыв Болотной Наги (с усилением на ускорение) даже не требовал особой концентрации, выполняясь на ходу. Так что из клетушки Мийол вышагнул уже, говоря прямо, при полном параде диколесского Охотника, начиная с подаренной Васькой реплики брони Ограждающего Отклонения Атак — вплоть до плаща и маски. Со струйником в качестве явного оружия и скрытно обвившимся вокруг талии призывом.
Новый облик впечатлил всех троих, хотя и по-разному… и не все сочли нужным показать свои чувства. Комендант вполне одобрительно хмыкнул, Пастырь тоже хмыкнул, но стремясь выразить скепсис (не очень успешно). А вот Никасси спросила:
— Какого зверя ты призвал?
— Догадались, глубокоуважаемая, или почувствовали? Ладно, не буду отрицать: призыв я провёл, раз уж впереди рейд. Вот, любуйтесь: Болотная Нага.
Живая лента вытекла из-под плаща и обвила приподнятую левую руку Мийола, как ветку дерева. Даже своим природным рывком не пользуясь: призыватель хотел впечатлить, а не пугать.
— Скрытый сюрприз? — деловито поинтересовался Пастырь. — Что может?
— Всё то же, что при жизни: бросаться к цели, кусать-травить, при нужде уклоняться от атак и контратак. Исходно это был третий уровень, но во время призыва я её немного усилил.
— Полезная зверушка, конечно. Но не испортит ли она своим ядом добычу?
— Если коротко — нет.
— А если подробнее?
Мысленно Мийол нахмурился. Выпытывать детали при знакомстве с чужой магией — не очень-то корректный шаг. В некоторых случаях это превращается в прямую провокацию и может стать причиной открытого конфликта, вплоть до дуэли.
Любой маг имеет право на секреты!
Но… до поры раздувать искры неприязни в пламя призыватель не стал.
— Болотная Нага — это плотная иллюзия. И яд её тоже иллюзорен. Есть у меня призыв, что не просто травит, но алхимически преобразует тело жертвы — и вот им пользоваться для Охоты смысла мало, да. Эта же малышка такого недостатка лишена. Достаточно подробно, уважаемый?
— Вполне. И всё же я бы попросил об… одной небольшой проверке.
— Пастырь, — комендант неодобрительно покачал головой.
Но Мийол широко махнул рукой:
— Проверяйте.
«Раз уж идём на обострение, мне очень интересно, что окажется сильнее: мой Атрибут после эволюции до четвёртого уровня — или неведомая подчиняющая магия.
Удовлетворение такого любопытства, пожалуй, жизненно важно».
Что он знал о магии подчинителей? Только самые основы. Разделов магии слишком много, чтобы детально вникать в особенности каждого… особенно если учесть, что в каждом разделе — десятки и даже сотни заклинаний, а каждый стоящий маг использует свои хитрости и опыт для их модификации, синергии с другими заклинаниями и прочего, привносящего в практическую магию просто головокружительную вариативность. Уже на подмастерском уровне знание специализации мага говорит о его способностях не больше, чем о младшем зверодемоне — тоже обладателе пятого уровня, кстати — его биологический вид.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Опытные маги на протяжении своей долгой жизни собирают знания обо всех существующих магических школах и могут выстраивать более обоснованные предположения… но то опытные, а не свеженький, необмятый месяц-как-подмастерье. Подозревающий, что ему едва ли половина всех разделов магии известна хотя бы по названиям.
И столкнувшийся с подчинителем впервые.
Меж тем Пастырь вперил в Болотную Нагу пристальный взгляд. И Мийол ощутил кое-что новое, ранее неиспытанное.
«На активацию заклинания не хватило бы времени, — моментально сообразил он. — Значит, пользуется чем-то уже активированным. Вероятнее всего — теми же самыми чарами, которыми он контролирует своего ворона. Вполне логично с его стороны предположить, что магия призыва не идёт без магии управления в комплекте — и потягаться именно в области последней… в которой он, по идее, должен иметь преимущество опыта и специализации…
По идее. Хе-хе!»
Новое, неиспытанное ощущение: попытка чужой воли-внимания втиснуться туда, где для самого призывателя привычно расположилась, полностью контролируя Болотную Нагу, воля-внимание его самого, проецируемая через Атрибут.
Результат отдалённо напоминал ситуацию с рыбаком, который успешно зацепил крючком на леске рукав другого рыбака и теперь пытается — то плавно потянув, то серией нарастающих рывков — стянуть с коллеги куртку. То есть ощущаться-то эти попытки ощущаются, притом очень хорошо… но средства, условно годные против рыбы весом до полупуда, для раздевания не годны.
Категорически.
Несмотря на то, что куртка, даже усиленная до лёгкой брони, тянет едва на четверть пуда.
После минуты тщетных усилий, потратив с десяток условных единиц маны, Пастырь разом раздражённо и азартно спросил:
— Может, отпустишь зверушку подальше от себя?
— Отпускаю, — ответил Мийол.
Мелькнула у него мыслишка эскалировать ситуацию, отправив Болотную Нагу поползать по оппоненту, притом против воли последнего… мелькнула — и сгинула. Такие фокусы точно ведут к вражде, а они двое пока что оставались в рамках ожидаемой сцены «новичка пробуют на сжатие, растяжение и изгиб… но не на разрыв».
«Нет уж. Переступать черту первым и вообще эскалировать вражду — не стану».
Змея стекла с опущенной руки на пол, неторопливо и плавно (иногда всё же замирая на пару мгновений, но смотрелось вполне естественно) обогнула по периметру комнату, где жил и работал комендант, а потом вернулась и скрылась под плащом хозяина, занимая привычное место.
— Полагаю, проверка закончена, уважаемый Пастырь, — сказал Мийол.
Ровно, без неуместного злорадства или там издёвки. Но и без тени вопросительности.
То было его право как победителя в скрытом состязании по подчиняющей магии. Пусть он прекрасно понимал, что подчинитель не выложился полностью, оставался голый факт: в тихой дуэли на резидентных заклинаниях среднего уровня (ну, в его случае — Атрибуте и Ускорении Магических Действий) победитель определён однозначно.
И Пастырь признал это, склоняя голову:
— Закончена, многоуважаемый.
— Тогда остаётся вопрос насчёт рейда. Куда, как, на какой срок и всё такое.
— Не терпится вернуться в дикие земли? — поинтересовался комендант.
«Кстати, надо бы всё-таки узнать его имя… и прозвище. И историю хорошо бы тоже…»
— Я бы с удовольствием остался здесь, поближе к библиотеке и лабораториям, но, — сказал Мийол, чуть разведя руками, — хотел бы по возможности скорее закрыть кредит на обустройство, выданный гильдией. Не привык жить в долг, знаете ли.
— Хорошая привычка.
— Насчёт рейда, — вернул к себе внимание Пастырь. — Я раньше планировал простой ознакомительный выход на двое-четверо суток. Но теперь не могу не спросить о целях. Кроме простой добычи ресурсов для обмена на очки вклада, конечно.
— Благодарю за доверие, — коротко кивнул призыватель. — Для моей магии призыва нужны катализаторы — то есть Ядра Сути либо магические органы атрибутников, и лучше бы последние. Желаемые уровни — от третьего до пятого. Как я говорил глубокоуважаемой Никасси, сейчас в моей коллекции есть лишь три катализатора для призыва младших зверодемонов… и эти самые катализаторы таковы, что даже мои призывы четвёртого уровня полезнее.
