Читаем без скачивания Отпетые отшельники - Антон Марахович

- Да и остров этот нужно по-любому к рукам прибирать. Пригодится.

К 16:00 маяк был установлен, налажен и замаскирован. Совместно порешили заночевать здесь, по-утру перебраться к Западному побережью Черноморья и двигать вдоль него на юг, подыскивая порт, где можно продать галеру. Эскадра у нас внушительная, четыре вымпела. Далеко не каждый сунется познакомиться поближе.

19 августа. Утречком подняли на мачты флаги Османской Империи и тронулись, помолясь. Дочапали до берега и повернули вдоль него на юг, держась где-то в километре. Попутных и встречных парусников и галер было довольно много, но они нас не трогали. В Констанцу заходить не стали, в бинокли разглядели очень много, явно военных лоханок. Потянули на юг дальше. Уже после заката встали на рейде Варны. Офицеры все собрались на «Мануше». Поужинали, попили немного водки, посовещались. Постановили: - утром идти в Варну и продавать галеру.

20 августа. Димыч и протчая «маскарадная труппа» после завтрака причалили шлюпку в порту Варны. Потолкались на пристанях, присмотрелись и осели в портовой, толи таверне, толи чайхане… короче, в портовом кабаке поприличней. Заказали себе покушать-попить, а потом Кеп-Димучь-Ага «из Одессы» подозвал к столу хозяина заведения. Объяснил ему, что хочет продать торговую галеру, быстро и недорого, и попросил подыскать уже сегодня к обеду покупателей, за соответствующие комиссионные, ненавязчиво поспрошав о местных ценах на галеры и сунув ему несколько золотых. Хозяин, поклонившись, исчез.

Уже через полтора часа, когда мы вкушали заслуженный отдых на веранде в тени сада, разбитого за кабаком, прибыл первый покупатель. Кеп-Димучь не спешил начать с ним торг, шепнув нам, что хочет устроить аукцион. Пока он потчевал и развлекал светской беседой потенциального клиента, в течении часа подошли ещё два очень важных и богато одетых господина, в сопровождении слуг. Димучь-Ага завёл свою пластинку сначала, и ещё через полчаса появился четвёртый покупатель.

Хозяин кабака, явно понимая, что происходит, шепнул мне (как самому незначительному, но имеющему доступ к уху хозяина), что больше желающих и способных купить галеру в Варне сегодня нет. Я передал это Димычу.

А потом началась комедь: - Димучь, имея за спиной опыт всех поколений одесских евреев, расписывал какая хорошая у него галера, какая она быстрая и послушная на ходу под парусами и вёслами, какие глубокие и ёмкие её трюмы и ещё сотни причин, почему задёшево он её не продаст. Предложил свозить возможных покупателей на рейд и показать во всех подробностях предлагаемый товар. Купцы охотно согласились и даже настаивали на этом. Я отошёл в сторонку и связался с Пеном, приказывая срочно перевезти-пересадить всех людей с продаваемой галеры, оставив лишь десяток в турецких шмотках на палубе, типа охраны.

Петручио успел, вернее, он начал это делать уже сразу после нашего отбытия на берег. Вывезли всё, что посчитали ценным и нужным, даже воду в бочках.

Когда мы пригребли к «товару», причём, каждый «покупатель» приплыл в собственной лодке с охраной и гребцами, на рейде на якоре болталась только скорлупа галеры с баластом, с закреплёнными вёслами и убранными парусами. На борту нас встречало 12 матросиков в полном янычарском прикиде с Лёхой во главе.

Больше часа «покупатели» лазили по галере, осматривая и щупая всё подряд. Заставили даже все паруса поставить и совершить вояж по рейду. Особо отметили чистоту посудины и почти полное отсутствие специфического запаха.

Затем, прямо на борту разгорелся аукцион. Ещё около часа покупатели орали друг на друга, «мамой клялись», растопыривали пальцы и взывали к Алаху. Кеп-Димуч оставался невозмутим и холоден. Наконец, победил высокий и худой пожилой грек. Он дал за «нашу» галеру 2800 дукатов, самую высокую цену. Много это или мало я не знал. Это Димыч у нас с детства нумизматикой увлекался, а я в здешних валютах разбираюсь пока слабо. Ударили по рукам. Аутсайдеры-купцы с кислыми мордами отбыли на берег. Грек сказал, что в течении часа пришлёт лодки с гребцами для буксировки галеры в порт, привезёт деньги и чиновника порта для заверения купчей грамоты.

Где-то через час грек, а с ним и хозяин кабака привезли на галеру важного и толстого турка - чиновника порта. Две копии «купчей» уже были написаны, турок получил с Димыча причитающийся бакшиш, кабатчик свои комиссионные и мы с «янычарами» Лёхи навсегда покинули «нашу» галеру. Было уже половина пятого вечера.

До Босфора было 240 километров или около суток хода под парусами. Решили сразу двигать к проливу. Наши радио-маяки на Змеином и Форосе исправно светились на экране курсового монитора в рубке «Мануши», подсказывая курс. Ветер уже упорно дул прямо с востока. Волнение хоть и качало здорово, но солнце за облаками надолго не пропадало и мы двинули под всеми парусами.

Ужинали уже не видя берега. С наступлением темноты у румпеля галеры заняли место «наши». На ней сейчас было более 200 человек, да ещё груз с проданной галеры и она солидно была перегружена. Но ночь прошла спокойно. Мы опять шли колонной: впереди шебека, следом галера, шхуна замыкающей, отслеживая округу по радару.

21 августа. С утра по-прежнему шли курсом на Босфор. Ветер немного стих и качать стало меньше, но и скорость упала до 5,5 узлов. Большинство наших пассажиров лежали на палубе, им было плохо и даже вода с вином уже не помогали. Ольга, одна из немногих, кто не реагировал на морскую болезнь. Она бодро подтирала чужую блевотину, поила болезных и даже пыталась их накормить. К шести вечера встали на якоря у берега, в семи километрах от входа в Босфор. Под охраной отправили с судов всех болезных на берег, пусть погуляют там, отдохнут. Организовали там и ужин. Предстоял самый опасный кусок нашего путешествия. Это только у особо-одарённых альтернативщиков будущего, даже не входя в Босфор, ещё с черноморской волны видны купола Святой Софии, а нам до неё предстояло пилить ешё около 40-ка километров. В трещине пролива ветер был нам попутный, но решили не рисковать. Пойдём под машинами, галеру возьмём на буксир к «Мануше». Следом пойдёт «Котёнок». Проверили и настроили приборы ночного видения и тепловизоры. На галере особо предупредили о соблюдении абсолютной тишины. Димыч перебрался в рубку шхуны, он в «той» жизни десятки раз проходил этот пролив в обоих направлениях. Кныш занял его пост на шебеке. Эти 40 километров планировали проскочить за тёмное время суток. Луна уже заметно пошла на убыль, да и всходила теперь намного позже. Ну и облака частили уже почти вплотную друг за дружкой. Вовремя мы сматываемся из Чёрного моря. Видно бог нам ворожил.

Так что, сразу после ужина сняли с берега людей и потопали ко входу в пролив, не поднимая парусов. Турецких крепостей и их пушек я не опасался, здесь широко и они просто не добьют. А вот там, где оба берега разделяло менее километра, да ещё с зигзагом. Там с буксиром будет тесновато… но в Чёрное-то море мы прошли спокойно и это внушало надежду, что и в этот раз всё обойдётся.

Всё прошло как по нотам! Пролив прошли «без шума и пыли», стрелять не пришлось. С первыми лучами солнца мы были уже в Мраморном (Белом) море, оставив Стамбул за кормой.

22 августа. Здесь волны почти не было и мы, прижимаясь к правому берегу, устремились под парусами к Дарданелльской кишке. Почти сутки пилили до Гелиболу. Там возле приличного пляжа стали на якоря, на днёвку. Все пассажиры сошли на берег. Из раненых на шебеке сами ещё не могли ходить только трое, но и их свезли на пляж. Доставили котлы, посуду и продовольствие с водой.

23 августа. Галерные вновь отведали горячей пищи. «Местные» предусмотрительно держались от нашего лагеря подальше. Люди отъедались, купались, загорали возле тёплого моря, гоняли мячи и валяли дурака. Температура воздуха была 28 градусов, а воды 25.

Запасы продовольствия и воды на галере позволяли нам с запасом дойти до Буяна, и на Совете «наших» решили без захода куда-либо ещё двигаться прямо на Острова. Костя уже закончил всю «перепись Населения». Имелось: 4 плотника (турков отпустим завтра, перед отплытием), 1 корабел, 2 кожемяки, 1 строитель-каменщик, 2 недоучившихся гончара, 3 недоучки-кузнеца, 1 сапожник и даже один сын мельника. 1 бортник из под Воронежа. Под парусами ранее ходили 6 человек на Днепре, там же до полона рыбачил один рыбак. Казачили 26 в запорожской Сечи и 16 на Дону. Остальные хлебопашествовали.

Решили всех ремесленников, воинов и «парусников», итого: 65, везти сразу на Буян, остальных высадить на Фазенде. Замок сообщил, что там, на Фазенде уже заканчивают общагу на две казармы по 50 двухъярусных нар каждая. Всех женщин и детей пока везём в Восточную бухту Буяна, вместе с ремесленниками и воинами.