Читаем без скачивания Хомут на лебединую шею - Маргарита Южина

– Да у меня есть облик и квартира есть, чего орешь-то? Облик тебе мой не понравился, так я не баба какая!

Наличие жилплощади резко меняло дело, Адам Антипович моментом сообразил, как можно обработать парня, в чем и преуспел. В один день они соорудили из комнатушки Толика штаб-квартиру, и Худоногов, развалившись на кровати хозяина, набрал заветный номер.

– Алло, Лукова позовите, – через губу промямлил он, но когда к телефону подошел сам Александр Викторович, он говорил уже с большим уважением, как бизнесмен с бизнесменом. – Саня? Так я продал все, куда деньги завезти?

– Уже? Вот и славно… Так… За деньгами я, пожалуй, сам заеду. Говори, куда ехать.

Худоногов подробно отрапортовал адрес, и через полчаса Луков уже сидел перед ним.

– Вот, – с придыханием доставал на стол денежные пачки Адам Антипович. – Здесь ровно столько, сколько ты говорил. Я только не совсем понял, почему ты тогда сказал – для начала такая сумма?

Луков едва заметно качнул головой. Любого своего работника он мгновенно уволил бы за то, что тот не до конца прояснил ситуацию, а этот – на тебе, продал все, остался без штанов и только теперь вспомнил, что, оказывается, говорилось и еще о чем-то!

– А я к тому, что с первой выручки ты мне отстегнешь пять процентов. Мы же партнеры, или как? – стал кидаться красивыми словами Луков.

У Худоногова сперло дыхание, и он торжественно закивал немытой головой.

– Ну все. Молодец, – похвалил Луков, потом поднялся и, сложив в пакет деньги, добавил: – Теперь жди, до шести вечера к тебе отправлю производителя этого лекарства, а ты уж сам с ним договаривайся.

– А пробирка?

– Так я к тебе его с пробиркой и отправлю. Он чужим рукам не доверяет, передает только из рук в руки. Кстати, подробно тебе расскажет, как с этим лекарством управляться, принесет инструкцию, тебе же не на словах клиентов убеждать придется.

Дальше Луков потратил минут двадцать на умные слова, термины и формулы, запутал Худоногова окончательно, и тот, провожая его за дверь, только что не плакал слезами умиления.

До трех часов Худоногов, не отрываясь, глядел в окно, ждал производителя. Он не знал, как тот выглядит – какого роста и возраста. Но был убежден: едва тот покажется, он его узнает безошибочно. И тут случилось непредвиденное – прямо напротив окна, где торчал Худоногов, машина сбила на дороге молодого человека, бедняга куда-то спешил, засунув руки в карманы и наплевав на светофор. Это мог быть только производитель! Машина скрылась с места аварии, а к потерпевшему мигом сбежался народ с остановки. Худоногов боялся оторваться от окна.

– Толик!! Толян, мать твою!! – орал он как бешеный. – Бегом!!. Пулей!!. Лети, узнай, что с тем парнем!! Да шевелись же!!

Возле сбитого народа становилось все больше, остановились какие-то неновые «Жигули», и вышел высокий, широкоплечий парень. Он склонился над потерпевшим, оттеснив остальных, к нему подошла девчушка, рыжая, как огонь, и вдвоем они стали расстегивать парню пальто, что-то там делать еще, этого Худоногов уже не видел – загораживала толпа зевак…

– Все!! Сейчас он вытащит у него все, что тот мне нес!! – скрипел зубами Худоногов, натягивая на ходу спортивные штаны Толика…

Он боялся потерять из виду пострадавшего даже на секунду. Но надо было лично проверить все… Все!! Карманы пострадавшего – в первую очередь. Когда он слетел вниз по лестнице, на парня кто-то успел накинуть платок, и лица видно не было. Не помня себя, Худоногов кинулся к бедняге и ухватился за пальто.

– Гражданин! Немедленно отойдите! – рыкнула на него огненная девица. – Вы родственник?

– Нет, я его вообще не знаю, – сдуру ляпнул Худоногов и тут же пожалел.

– Это же надо, до чего мародеры охамели! Прямо прилюдно карманы выворачивают! – зашумел народ, и Худоногова вышвырнули из толпы.

Почти бессознательно Худоногов записал номер «Жигулей», а потом и номер белой машины с крестом, которая приехала наверняка по вызову какого-то из свидетелей. Пробирка уплывала прямо из рук! Богатство вот-вот уедет в карете «Скорой помощи», и потом уже никто не протянет руку помощи ему – Адаму Антиповичу. Он рванулся в открытую дверь и успел прошмыгнуть туда быстрее пострадавшего.

– Вы куда, гражданин? – выпучила красивые глаза докторица, пытаясь примоститься рядом с потерпевшим.

– А я это… я родственник. Мне же надо знать, куда вы его… так сказать…

Машина дернулась и помчалась под вой сирены, врачиха фыркнула, но, взглянув на «родственника», не утерпела:

– Слушайте, что вы у него по карманам шарите?!

– Я ж тебе объясняю, красавица, – родственник я, мне можно. Вы ж все равно сейчас мне все его шмотки передадите. А ну как у него какая цепочка золотая пропадет или там денег рублей сто – вдова не переживет потери!

– Да уж, тут муж на тот свет вот-вот отправится, а она по цепочке будет голосить! – презрительно скривила губы принципиальная дамочка.

– Ну, знаете! Мало того, что кормильца потеряет, так еще и золотой семейный запас! Чего уж женщину добивать.

В приемной Худоногову и правда выдали всю одежду несчастного парня, а вместе с тем и сообщили о кончине потерпевшего, парня живым довезти не удалось.

Худоногов перерыл каждую тряпочку, пробирки не было.

Когда Адам Антипович, замерзший и злой, заявился в штаб-квартиру, к нему тут же кинулся Толик:

– Видать, насмерть парня пришибло! С ним какой-то доктор валандался, да все без толку. Конечно, еще бы, его на такой скорости припечатало! Ой, а я и вас там видел! Вы чего-то шарили по парню, шарили. Не, а помните, как толпа орала, дескать, мародер, скотина!

– Заткнись! – взревел Худоногов и схватился за трубку.

Теперь ему долго не вызывали Лукова, а когда тот подошел, Худоногов сразу закричал:

– Саня! Твоего парня сшибла машина! Что делать?!!

– Кто это? – высокомерно спросил Луков, но быстро сообразил: – Адам, ты, что ли? Чего орешь? Какой мой парень?

– Саня! Я же тебе говорю – ты мне производителя направил, так? – дрожал от волнения Худоногов. – Ну, парень твой, чего ты!! С пробиркой-то!

– Ну-ну?

– Ничего не ну! Его только что сбила машина прямо под моим окном. У меня на глазах! Насмерть!

– Ах ты! Какое несчастье, – опечалился Луков.

Вообще, честно говоря, Луков ни о каком парне и слыхом не слыхивал. Получив от Худоногова деньги, он решил, что уже достаточно наказал дружка из детского сада за сорванную сделку, и к телефону подошел только для того, чтобы именно это ему и объяснить. Но, если уж дело приняло такой оборот, так оно еще и лучше. Теперь Луков может с чистой совестью взвалить всю вину на самого растяпистого Адама и вычеркнуть его из своей памяти.

– Вот и я тебе про то же! Так что мне с пробиркой-то… Как быть?! – кричал в трубку Худоногов.

– Так и пробирка разбилась?

– Не знаю, я ее не нашел. Вернее, не было ее там, наверняка стыбзил кто-то. Во народ! Прямо на ходу подметки рвут, мародеры!

– Так от меня-то тебе чего надо? – нетерпеливо спросил Луков.

– Ну как… так мне теперь чего? Я ж все деньги… Ты мне еще б прислал пробирочку, а? По-дружески?

– Ты что, издеваешься?!! – заревел Луков не своим голосом. – Ты чего – вообще дебил?!! Ты знаешь, сколько такая пробирочка стоит?!! У тебя на глазах мой производитель этого редчайшего лекарства погиб под колесами, а ты из меня пробирки трясешь?!!

– Дак а чего делать-то? – чуть не плакал Худоногов.

Неожиданно Луков успокоился и промямлил:

– Ищи. Или деньги, или пробирку. Больше ко мне не обращайся, помогать не буду. Если с головой дружишь, выкарабкаешься, а если нет, туда тебе и дорога.

Трубка тут же запикала короткими гудками. Худоногов снова набрал номер, но никто не ответил.

Мучился Худоногов всю ночь, а наутро решил – пробирку взял парень, который первый прибежал к пострадавшему, или та рыжая девчонка. Он сам видел, как они ощупывали сбитого. Наверняка и пробирочку прибрали. Только вот зачем она им? Они же не знали, что там за лекарство.

Худоногов похудел за одну ночь килограммов на пять от переживаний, впору значок лепить «Хочешь похудеть? Спроси меня как!». Зато уже к вечеру он знал, что владелец «Жигулей» Фома Леонидович Неверов, снова помог родственник соседки за отдельную плату. Он же доложил, что Неверов Ф. Л. работает хирургом, а проживает по Новгородской, сорок пять, в шестьдесят седьмой квартире с женой, тещей и еще какой-то приживалкой.

– То есть… что значит «приживалкой»?!! – взъярилась Аллочка, прерывая ладный рассказ Кареева.

– Аллочка, это Худоногов так думал, а мы-то с вами знаем, что на самом деле… – Кареев принялся подмигивать Аллочке обоими глазами, заглаживая вину, и даже было потер ее руку своей ладошкой, но Гутя резко прекратила такое рукоблудство:

– Давайте, продолжайте, нечего на мелочи отвлекаться.

– На чем это я остановился?.. Ах, да!

Худоногов стал следить за Неверовым. Окна их квартиры удивительно удобно выходили прямо на стройку, вот там-то и лежал целыми днями Худоногов, выслеживая хирурга в бинокль, который купил на местном рынке. Через неделю он уже знал, что пробирка наверняка находится у хирурга. Потому что неоднократно видел, как тот ныряет в письменный стол, вернее, как-то странно отвинчивает крышку стола в комнате пышной женщины, и вид у Неверова в эти минуты просто воровской. Наверняка там тайник. Ну и само собой – пробирка. Теперь надо избавиться от хозяина, понятно, Неверов врач, вот и разнюхал, что за счастье ему привалило в этой пробирке! Из-за денег Худоногов готов убить не одного врача, а целую клинику! Он убьет Неверова, купит «макарова», или нет, «макаров» в таком случае не помощник, лучше винтовку, она вернее, и пристрелит, а уж бабы помехой Худоногову не станут! И тогда… Он даже боялся мечтать о том, что наступит тогда.