– Я не смогу пройти в главный концертный зал, пока мне не исполнится двадцать один год, папа?
Она подняла на него свои большие темные глаза. Он двумя руками взял ее маленькую ручку и улыбнулся.
– Не волнуйся, доченька, ты попадешь туда на мою премьеру.
Лаура покачала головой:
– Я не это имела в виду, папа. Когда я сама смогу стать знаменитой здесь, в «Цезаре»?
Зрители приехали сюда со всего света: из Гонконга, Сингапура, Токио, из Европы, из Мехико и близко расположенных штатов – Калифорнии и Аризоны. Самые богатые люди собрались в городе, чтобы увидеть Вождя.
Официанты протерли столы. Огни в большом концертном зале стали гаснуть. Раздалась дробь барабана – это в цирке «Максимус» началось шоу Си Си Маккарти. Лаура, сидевшая рядом с матерью на белой скамье, обтянутой фиолетовой кожей, почувствовала, как нарастает возбуждение публики. Ее сердце застучало в груди, и она нервно сжала обнаженную руку матери. Каролина тоже почувствовала всеобщее опьянение. Сверкающий корсаж ее розового греческого платья учащенно вздымался. Она облизнула сухие губы и машинально пригладила светлые волосы, собранные в пучок на затылке и скрепленные изящной заколкой с бриллиантами и жемчугом.
Но вот погасли огни. Все взгляды были прикованы к сцене. Роскошный пурпурный занавес медленно поднялся, и публика затаила дыхание. Сцена тоже была погружена во тьму, только медные инструменты отражали лучи от небольших светильников, установленных для музыкантов.
Барабанная дробь прекратилась. Наступила полная тишина в зале и на сцене.
Прошло секунд тридцать.
Тонкий луч прожектора устремился в центр сцены, и в круге света появилась изящная кроваво-красная роза. Круг медленно расширялся. Наконец вслед за пламенеющей розой стали видны черный смокинг и белоснежная рубашка.
Завороженная аудитория не издавала ни звука.
Круг света все расширялся.
Вождь стоял в тишине, освещенный прожектором. Ни один мускул не дрогнул на его смуглом, красивом лице. И прежде чем аудитория обрела возможность закричать, заиграли струнные инструменты оркестра. Си Си поднес микрофон поближе к губам и запел один из самых знаменитых своих хитов – «Я помню тебя».
Если Вождь помнил о своей публике, то и она, несомненно, помнила о нем. Он не разочаровался в ней. В свои тридцать пять лет Си Си производил впечатление, был уверен в себе и вежлив. Безукоризненно уложенные волосы блестели в лучах прожекторов, гибкое тело застыло в независимой позе. От Вождя исходили флюиды сексуальной привлекательности, перед чем не могла устоять ни одна женщина. Он никогда не выглядел лучше, чем сейчас, и никогда его голос не звучал столь обворожительно.
Его глаза были полуприкрыты от избытка чувств. Мощный голос переливался множеством оттенков, заставляя биться сильнее женские сердца.
Наступит смерти миг,ангелы спросят меня,что помню я из жизни своей,я отвечу, что помню тебя.
Раздался пронзительный крик восхищения с дальнего конца зала. За ним последовал еще один с противоположной стороны. Потом вся публика вскочила на ноги и зааплодировала, крича и визжа. В зале началось настоящее столпотворение, когда Си Си подошел к краю сцены и наклонился, чтобы пожать тянущиеся к нему руки.
Оркестр за его спиной начал громко импровизировать, от чего возбужденная аудитория пришла в еще большее исступление. Наконец поклонницы, пытаясь перекрыть невообразимый шум, стали просить песен.
– Давай, Вождь, еще! – кричали они. – «Пламенную любовь»! Спой, Вождь, спой!
Выждав какое-то время, Си Си небрежно выпрямился и вернулся на середину сцены. Подмигнув аудитории, он сделал знак дирижеру тонким указательным пальцем и запел самую первую свою песню, записанную пятнадцать лет назад.
«Пламенная любовь» все еще заводила аудиторию.
Си Си тоже был возбужден. В состоянии эйфории он, один за другим, спел свои старые и новые хиты. Он принадлежал публике, и она ощущала его богом, который слишком долго отсутствовал.
А теперь он снова вернулся!
Каролина все еще оставалась поклонницей Вождя. Она была так же взвинчена, как и все другие женщины вокруг нее. Загипнотизированная, она неотрывно смотрела на смуглое индейское лицо мужчины, с которым жила уже больше десяти лет.
На сцене он был Вождь. Яркий и неотразимый, элегантный, как пантера, и такой красивый, что Каролина лишалась воли, едва взглянув на него. Она машинально скрестила под столом ноги, охваченная дрожью неистового желания.
А потом, когда закончился полуторачасовой концерт, ее и Лауру Кэй увели через боковую дверь. Уходя, Каролина оглянулась, чтобы в последний раз посмотреть на Вождя, и увидела, как Си Си наклонился вниз, вручая красную розу восхищенной поклоннице. Великолепная брюнетка в мерцающем синевой шелковом платье поднялась навстречу. Она притянула к себе его темную голову и горячо поцеловала в губы.
Каролина проглотила обиду.
На вечеринку по случаю премьеры Си Си собрались все звезды, которые в данный момент жили в других отелях, расположенных вдоль взлетно-посадочной полосы аэропорта. Уборная Вождя была заполнена людьми, желающими поздравить его с успехом, и Си Си пожал руку каждому из них.
Лауре позволили ненадолго остаться на вечере, а потом Бадди Хестер заставил громко протестующую девочку пойти спать.
Каролина стояла рядом с Си Си. Она боялась оставить его одного даже на минуту. Рука миссис Маккарти будто случайно оказывалась на плече, на руке или на спине мужа. И всякий раз, когда он смотрел на Каролину, в глубинах ее изумрудных глаз он видел затаенное желание.
Как и другие женщины в комнате, она хотела заняться любовью с Вождем. Не с ним лично. Не с Си Си. Не со своим мужем, а именно с Вождем.
Он просто решил узнать, как сильно Каролина жаждет его и насколько ее поведение будет соответствовать поведению других женщин.
– Я хочу уединиться с тобой, – прошептал Си Си, наклонясь к ней, – а ты?
Он втайне надеялся, что она ответит нечто вроде: «Си Си, веди себя прилично», или «Тебя же кто-нибудь может услышать», или «Ты же не можешь уйти со своего вечера».
– Да, – сказала Каролина, затаив дыхание, – когда мы сможем уйти?
– Если ненадолго, то здесь есть большая ванная комната. – Си Си кивнул в ту сторону.
– Давай пойдем. – Каролина схватила его за руку и быстро повела, сгорая от нетерпения, сквозь толпу.
Через пять минут она бесстыдно задрала свое красивое платье выше талии. Зеркальные стены комнаты умножали картину их соития.
Десятки одетых в розовые платья Каролин занимались любовью с десятками Си Си в смокингах. Эти полураздетые Каролины не могли подарить партнерам такое же количество блаженства, какое им в полной мере дарили Си Си. И когда все Каролины вскрикнули в экстазе, ни один из Си Си не удостоился этой чести.
