Читаем без скачивания Реминискорум. Пиковая дама - Елена Климова

Больше всего его пугали женщины. Эти странные существа, с которыми он раньше не имел возможности тесно соприкасаться, одним своим видом вызывали у него какие-то странные мысли и фантазии, которые иначе как дьявольским наваждением не назовешь. К тому же среди изобличенных отцом Игнациусом пособников и сторонников дьявола большинство составляли именно женщины. Недаром в знаменитом «Молоте ведьм», который он выучил наизусть еще в монастыре, перечислялись их неисчислимые дьявольские проделки. Привлекают невинных для умножения нечестия. Приводят людей к отрицанию и поруганию веры. Соблазняют слабых, пользуясь их склонностью к плотским удовольствиям и телесным желаниям. Очаровывают бедных и печальных, суля им богатства и радости. Наводят порчу прикосновением и дурным взглядом. Пожирают младенцев. Лишают мужчин полового члена. Вызывают градобитие и грозу. Производят бури и ветры, низводят молнии с неба. Превращают людей в мерзких лягушек и бородавчатых жаб. Убивают плод в чреве матери… Каждый раз, когда очередная ведьма, корчась нагишом на дыбе, начинала описывать свои богомерзкие деяния, его охватывали одновременно и омерзение, и какое-то высшее возбуждение, божественный экстаз, некий мистический подъем духа. В эти моменты он по-настоящему любил их, всех этих женщин, высшей христианской любовью, радуясь тому, что, уничтожая их презренную соблазнительную плоть, спасает их чистую бессмертную душу.

Однажды вместо очередной деревни отряд инквизиторов срочно выдвинулся для расследования к монастырю святой Бригитты. Там произошел удивительный случай массовой одержимости монашек. Прибыв в монастырь, инквизиторы могли сами наблюдать, как сестры катались по полу, выкрикивая богохульства, среди которых «Будь проклята Мария и плод, который она носила!» было еще самым мягким. Стоило одной из сестер заголосить, как монахини в соседних кельях тут же подхватывали ее вой. Вне келий они постоянно обнажались, предлагая себя присутствующим мужчинам, а во время службы в церкви ржали по-лошадиному и пытались сорвать со священников ризы. В парке монастыря одержимые сестры карабкались на деревья, а потом съезжали вниз по стволам. В общем, казалось, что дьявольский шабаш расположился в самом Божьем доме. Однако отец Игнациус сразу понял, что несчастные невесты Христовы в данном случае лишь жертвы чьего-то кощунственного колдовства. И в самом деле, достаточно быстро выяснилось, что несколько месяцев назад одна из монашек заболела, и ее якобы вылечила травами одна паломница, гостившая тогда в монастыре. А у этой паломницы был черный кот. Паломницу-знахарку быстро разыскали, и под пытками она быстро призналась, что насылала демонов похоти на святое место. Владелицу кота казнили, и хотя бесчинства сестер еще не прекратились, отец Игнациус, сочтя, что все необходимое им уже сделано, поспешил собрать свой отряд и отбыть в другие края, где срочно требовалось его вмешательство. Остальные участники отряда быстро позабыли о случае в монастыре, и лишь юный послушник-секретарь продолжал постоянно думать об этом эпизоде. Потому что в тот момент, когда пытали ведьму-знахарку, он впервые ощутил нечто, чего раньше никогда не испытывал.

Среди вещей ведьмы было маленькое зеркальце, спрятанное в одежде. После того как перед пыткой, согласно правилам Шпренгера и Инститора, ее раздели, зеркальце осталось лежать на столе, где секретарь вел свои протоколы. И вот в разгар испытания дыбой, когда стоны знахарки еще перемежались с мольбами о пощаде и просьбами поверить в ее невиновность, он случайно положил руку на зеркальце. Зеркальце вдруг потеплело, обдав его волной жара, в душе зажглось знакомое чувство мистического подъема, а ведьма на дыбе в тот же миг резко дернулась, издала душераздирающий вой, после чего лишилась чувств. Будучи приведена в сознание ведром ледяной воды, она совершенно изменилась и, отбросив всякие запирательства, немедленно начала с жаром рассказывать о своих преступлениях, включающих как физические сношения с диаволом в облике черного кота, так и регулярные полеты на шабаш верхом на монашках, которых она превращала в свиней. При этом она почему-то затравленно и испуганно смотрела не на грозного отца Игнациуса, а на него, скромного секретаря, даже еще не удостоенного сана. Он же, испугавшись того, что произошло, больше не решался дотронуться до странного зеркальца. Однако после казни ведьмы, уезжая из монастыря, он взял это зеркальце с собой. На память о самой страшной ведьме, которую он когда-либо видел, ведь она навела порчу и помешательство на целую обитель чистых монашеских душ. Это зеркальце стало его талисманом – он держал его в кармане плаща и время от времени прикасался к нему в ожидании нового мистического озарения.

Через месяц, когда отряд без остановки проезжал через очередное грязное селение, он вдруг ощутил, что зеркальце в кармане вновь потеплело. Оглядевшись, он заметил вылинявшую палатку гадалки, притулившуюся возле местной деревенской ярмарки. Он спешился и, сжимая в руке зеркальце, отвернул полог и шагнул в палатку. Гадалка, занятая с клиентами, вдруг дернулась и в ужасе уставилась на монаха, застывшего при входе. Ее рука дрогнула, и на стол упало такое же небольшое зеркальце. Чувство экстаза с новой силой охватило его, и он закричал своим оставшимся на улице товарищам: «Ведьма! Отец Игнациус, здесь ведьма!» На этот раз не потребовалась даже угроза пытки. Ведьма начала каяться раньше, чем ей успели задать первый вопрос. После казни гадалки отец Игнациус приблизил его к себе, а сам он понял, что нашел, наконец, свое истинное призвание. Вот зачем он послан на землю! Он истинный Пес Господень! Он Его ищейка. При помощи зеркальца он способен отыскивать этих богомерзких злодеек. Тех, от кого исходит самое страшное зло. Вернувшись в монастырь, он завершил свое образование и принял постриг, после чего вступил в ряды святой инквизиции. Однако он не примкнул к какому-либо отряду, он стал одиноким дознавателем. Неверные жены, завистницы, наводящие порчу на соседей, владелицы черных котов его больше не интересовали – ими займутся другие. Он же выискивал и обезвреживал истинных злодеек, тех, у кого были зеркала. Господь облек его небывалой силой – они не только не могли скрыться от него, но также не способны были и сопротивляться ему, когда он настигал их, держа в руке свое собственное зеркальце-талисман. И всегда в такие моменты он испытывал экстаз, подъем, высшую любовь. Он служил верным орудием Бога, и этого было довольно.

Так продолжалось много лет. Он уже не был хрупким и тщедушным юношей. Он все еще был молод, но тело его закалилось и окрепло в бесконечных походах, а в волосах засеребрилась ранняя седина. И вот однажды он почувствовал, что зеркальце полыхает таким жаром, словно в одном месте собралась целая дюжина ведьм. Ни на миг не устрашившись, он ринулся к ближайшему дому. Это была деревенская гостиница. Чувство охотника вело его на второй этаж, в самую дальнюю комнату. Пинком распахнув дверь, он ворвался внутрь и застыл, пораженный неожиданной картиной. Женщина, присутствие которой он почувствовал на улице, предстала перед ним вместе со своим зеркалом. Она была одна, просто сила ее была так велика, что ощущалась как сила целого ведьмовского круга. Вот только она не сидела перед зеркалом и не держала его в руке – она сама была внутри зеркала. И оттуда она смотрела на него. Совсем не так, как все те, кого он встречал раньше. В ее взгляде чувствовались бесконечно превосходящая сила, высокомерное удивление и лишь капелька брезгливого любопытства.