Читаем без скачивания Покоренная викингом - Хизер Грэм

Она бросила на него взгляд, полный ненависти, и поспешно повернулась.

- Какой-нибудь датский топор настигнет тебя! - бросила она.

- Но не тогда, когда этого захочется тебе, моя любимая жена, - ответил он, и в его тоне не было ничего, кроме вежливости.

Кажется, она опять проиграла это сражение. Высоко подняв голову, Рианон решила не сдаваться. Она не сказала ни слова, а просто поспешила к опушке леса, где Рауен, Патрик и Ролло поджидали их во главе войска. Патрик помог ей сесть на коня. Она смотрела, как Ролло подвел белого коня Эрику. Эрик улыбнулся, дружески здороваясь с животным, потрепал его по морде и прошептал приветственные слова, прежде чем вскочить в седло.

Он гораздо больше радуется коню, чем собственной жене, с горечью подумала она, удивляясь, что ей почему-то стало больно. Какое ей до него дело? Он завоевал ее землю, лишил ее всего. Даже гордости. Ее насмешки и сопротивление были показными, ее последней попыткой вести войну против него.

Они направились домой, Эрик во главе кавалькады, Рианон в конце, держась Патрика и Рауена.

Я не буду любить тебя! - поклялась она безмолвно, глядя Эрику в спину. Я не боюсь тебя!

Здесь, среди множества людей, никто не сможет обвинить ее с Рауеном в чем-то недозволенном, и она может свободно общаться с ним и с Патриком, который ей нравился все больше. Она улыбалась, весело болтала и слушала вместе с Рауеном, как Патрик прекрасно описывал свою родину и уверял их, что Святой Патрик, в честь которого он назван, действительно изгнал всех змей из Ирландии много-много лет назад.

- Жаль, что мы не можем повернуть назад и поразвлечься с датчанами, сказал Ролло с воинственной ухмылкой, оглядываясь на них. Рианон довольно засмеялась, ее глаза блестели. Но потом улыбка медленно сползла с ее лица, потому что она заметила, что ее муж тоже оглянулся и смотрит на нее с удивлением. Она потупилась, а потом тряхнула головой, решив не обращать на него никакого внимания. Она попросила Патрика рассказать ей еще какую-нибудь легенду, и он начал повествование о маленьком народе, давным-давно жившем в скалах, расщелинах и в пещерах под землей.

Путь был приятным, и Рианон сама не заметила, как они добрались до дома. А когда стала надвигаться ночь, следовавшая, казалось, за ними по пятам, она почувствовала какую-то перемену в воздухе.

Тучи стали сгущаться, черные и бушующие, и с моря подул холодный ветер.

Приблизившись к стенам города, Эрик поднял руку, и всадники остановились. За мужскими спинами Рианон различила Мергвина, поджидающего их на дороге. Он стоял один, но казалось, что ему подчиняются природа, море и небо. Ветер развевал его белые волосы и играл с седой бородой. Его глаза были серыми и печальными, как нависшие над ним тучи.

- Что случилось? - резко спросил Эрик, слезая с коня. Он подошел к старику, и Мергвин протянул ему навстречу руку, а Рианон внезапно заметила, как беззащитен был старый друид, повелитель рун. Задержавшись на нем, ее взгляд упал на море.

На побережье снова были корабли викингов, огромные, с замысловато вырезанными на носах головами животных, драконов и змей.

Ее сердце бешено застучало. Это что, новое нашествие? Сколько можно сражаться с викингами? Король Альфред всю жизнь сражался с ними, так долго, что был вынужден призвать викингов на помощь против викингов.

Но Эрика, казалось, вовсе не встревожило появление кораблей. Его внимание было приковано к старику, который стоял у них на пути.

- Аэд Финнлайт! - сказал Мергвин.

- Дед, - выдохнул Эрик. Он пристально посмотрел на Мергвина. - Он умирает.

- Твой отец послал за тобой. Ты нужен матери. Если ты отплывешь с утренним приливом, ты еще успеешь застать Аэда Финнлайта живым.

Эрик крикнул, чтобы Мергвину дали коня, и снова вскочил в седло. В молчании они въехали в город.

Во дворе Эрик быстро спешился и вошел в зал. Рианон начала слезать с коня и увидела, что Патрик уже рядом, готовый помочь ей. Его глаза были печальны. В них даже блестели слезы.

- Он поедет в Ирландию? - спросила она, Пожалуйста, Господи, - молилась она. - Пусть он едет один. Пусть он будет подальше от меня, чтобы он не мог дотронуться до меня, чтобы я смогла научиться ненавидеть его вновь! Пусть мне будет все равно, пожалуйста, не дай мне переживать за него...

- Да, конечно, мы поедем! Аэда Финнлайта любили все, особенно его дети и внуки. Он великий человек, он заключил мир и всячески поддерживал его, и он был справедлив и сострадателен к людям. Ты бы тоже полюбила его.

Она кивнула головой, потому что Патрик, казалось, очень остро ощущал боль потери. Она постаралась не показывать своего облегчения из-за того, что ее муж уезжает.

Она поторопилась в зал, думая, что сможет проскользнуть в комнату Аделы и остаться там, вдалеке от приготовлений к будущему путешествию. Но когда она проходила через зал, она остановилась, потому что Мергвин ждал ее у входа, в его серых глазах было понимание и осуждение. Как он мог узнать, что она войдет именно здесь? Что еще у него на уме, зачем он хотел найти ее?

- Я же просил тебя не уезжать туда, - напомнил он ей, и в его голосе была боль и беспокойство, и внезапно она раскаялась, что заставила его волноваться. Она беспокоилась о нем - она не могла ничего с собой поделать, он ей нравился. Он по-своему опасался за нее, но он был ее другом тоже! Она поняла, что он ей доверяет. Ему даже хотелось, чтобы Эрик женился на ней.

Она покачала головой:

- Мне очень жаль. Правда, Мергвин, я не хотела причинить тебе боль. И мне жаль Аэда Финнлайта. Его все так любили и восхищались им, это, должно быть, великий человек, я буду молиться за него от всего сердца. Все мы здесь будем молиться за него.

Она не заметила, что Эрик тихо вошел и встал позади Мергвина в проходе, пока его голос, резкий и твердый, не скомандовал:

- Тебе незачем молиться за него. Ты будешь сопровождать меня в этой поездке, в которую мы отправляемся с утренним приливом.

Ее взгляд метнулся с Мергвина на мужа. В тени коридора его глаза казались кобальтовыми. Она подумала, что на самом деле вовсе не нужна ему там - он решил взять ее с собой только потому, что понял, как сильно ей хотелось, чтобы он уехал.

Она задохнулась, стараясь говорить ровно и разумно.

- Эрик, я боюсь, что буду тебе мешать. Для тебя это будет трудное время.

- И оно станет еще труднее, потому что мне придется думать, что ты осталась здесь и что датчане могут схватить тебя, или же ты надумаешь сама отправиться к ним в лагерь, - резко сказал он.

- Лучше проследи, чтобы сложили твои вещи, хотя Мергвин уже сказал Аделе, чтобы она сделала это.

- Но, господин, муж мой, - начала она осторожно.

- Рианон, прекрати это представление и поспеши. Скоро наступит рассвет.

Она умоляюще посмотрела на Мергвина, но поняла, что от него не дождется помощи, ведь она обманула его однажды. А Эрик...

- Я не поеду! - бросила она, в ярости поворачиваясь, чтобы уйти.

Он остановил ее, схватив за спутанные локоны ее волос. Когда она вскрикнула, он спокойно рассматривал ее локон, а потом улыбнулся ледяной улыбкой.

- Рианон, ты поедешь. Хочешь или не хочешь, а поедешь. - Казалось, его глаза смотрели на нее с вызовом. - Я предлагаю, чтобы ты сделала это добровольно.

Он отпустил ее волосы и большими шагами догнал ее, возвращаясь в зал. Рианон бросила на Мергвина испепеляющий взгляд, а потом пошла вверх по ступеням.

В ее комнате была Адела. Теплая ванна, чистые полотенца, мыло, пахнущее розой, ожидали ее. Адела рассказала ей, что они с нетерпением ждали ее возвращения, хотя Мергвин уверял снова и снова, что с ней не случится ничего плохого и что она, в конце концов, вернется домой.

- А когда мы снова увидели корабли викингов и поняли, что это не наши корабли возвращаются, ну мы все были в панике. Но Мергвин заверил нас, что они приплыли от Олафа Белого, короля Дублина. Смотреть на них было удивительно! А потом и вы вернулись, в точности, как сказал Мергвин! А теперь ты поедешь в Ирландию! Рианон! Я буду сильно по тебе скучать. Ты должна быть очень осторожна!

- Я не поеду в Ирландию! - отчаянно выкрикнула Рианон.

- Но, дорогая моя...

- Я не поеду!

И, как только она сказала это, раздался стук в дверь, и она открылась, не дожидаясь разрешения. Рианон задрожала, решив, что это Эрик и что он слышал ее дерзкие слова.

Но это был не Эрик. Это была девушка, Юдифь, одна из тех, которым, по-видимому, очень нравился Эрик. Она вошла с подносом, полным еды, и поставила его на сундук, а потом присела перед Рианон в реверансе.

- Госпожа, лорд Эрик сказал, чтобы принести все это и чтобы ты поела и отдохнула, потому что тебе придется вставать затемно.

Глядя на хорошенькую девушку, Рианон поняла, что Юдифь с радостью будет обслуживать Эрика всеми способами. А может быть, она уже оказывала ему такие услуги?

- Спасибо, Юдифь, - сказала Рианон. Девушка не уходила, оглядывая комнату.