Читаем без скачивания Кровь и слёзы Звёздного города (СИ) - Дало Лайа

Некромантка поморщилась:

- Давай не будем, не начиная снова. О твоей явной неприязни я прекрасно осведомлена. Не хочешь рассказать причину? Обменяться историями?

- Не хочу. Но тайну открою, если пойдешь со мной на бал.

Мара досадливо воскликнула:

- Да что я там забыла? В этом сборище снобов?

- А подразнить гусей? Разве это не весело? А утереть им нос? Показать Акирэлю, что ты и без него прекрасно устроилась в этой жизни?

- Последнее, вроде как, про тебя?

- А про кого же ещё?

- И не боишься потерять репутацию, связавшись с «низкорожденной»?

Мелькнула у Ривиэля такая мысль, но…

- Нет, не боюсь. Тем более что это не помолвка, а всего лишь выраженный интерес.

- Как тонко, - усмехнулась Мара – Но нет.

- Почему?

- Тариэль.

- Он далеко, я здесь. Да и я не предлагаю тебе переспать или что-то в этом роде, лишь составить мне компанию на балу.

- Представив меня своей девушкой? – иронично спросила Мара – И в этом совсем нет подвоха?

- Хорошо, я скажу, что выдаю желаемое за действительное, что ты мне жестоко отказала, но снизошла и дала шанс очаровать тебя. И потом – разве ты не хочешь узнать, что такого подлого и мерзкого совершил твой возлюбленный?

- Ты имеешь в виду, не хочу ли я услышать очередную очерняющую Тари сказку?

- В любой сказке есть доля истины. Да, это моя точка зрения, но те события имели место быть.

Резко изменившийся, серьёзный голос Ривиэля заставил Мару задуматься. Может быть, только может быть, все имеет смысл узнать причину ссоры? Да и возможность утвердиться перед бывшими сокурсниками, дорого стоит. А уж как она мечтала в своё время попасть на настоящий бал… Скука ли, сумбур в мыслях и чувствах, или просто проснувшаяся авантюрная жилка, но что-то заставило Мастера согласиться. Вернуться в магазин, заказать себе платье из того самого сиреневого шифона, сильно переплатить за срочность и в каком-то злорадном предвкушении ожидать субботы…

Ривиэль украдкой косился на свою спутницу и еле удерживал себя от навязчивого желания тряхнуть головой, отгоняя мираж, волнующий… Да много чего волнующий. И кого. Акирэль, хоть и держал под руку прелестную представительницу эльфийского народа, безупречную во всём, но то и дело останавливался взглядом на сиреневой фее. На её длинной, тонкой шее, на алебастровой коже, на оголённых плечах и проступающей сеточке вен на груди. Да-да, он рассматривает именно эту вязь голубых прожилок, а не едва виднеющуюся в высоком, удлиненном корсете ложбинку, куда нырнул и листок, дразня воображение лишь свисающей цепочкой.

Ривиэль всё же дёрнул головой, но это точно не помогло прояснить мысли. Какого крэшшша? Вот как она умудряется выглядеть одновременно столь невинно, и столь желанно? По сравнению с нарядами большинства благородных йелли, её платье более чем скромное – ни одного лишнего кусочка тела не виднеется, всё согласно приличиям и этикету. Ну, может только эти приспущенные рукава, которые так и требуют прикоснуться, поправить то и дело ускользающую сеточку с серебристой вышивкой. А потом провести по идеальному изгибу, вплоть до аккуратного ушка, заправить шальную, выскользнувшую прядь. Наклониться… Хм, нет, наклоняться не придётся. Ривиэль вдруг осознал, что Мара почти одного с ним роста, и это нельзя списать на высокие шпильки – когда она выходила с его помощью из экипажа, он успел оценить и тонкую лодыжку, и изящную ножку, обутую в лодочку на едва заметном каблуке. Ривиэль непроизвольно зажмурился, всего на миг представив себе, как эти длинные ноги могут сжать его торс, как они будут смотреться на его плечах…

- Мара, ты не хотела бы немного подышать воздухом? Мне кажется, здесь душно.

И пусть слова скорее бы подошли томной барышне, чем ему, бабнику и завсегдатаю таких сборищ, но очень уж захотелось увести девушку из-под масляного взора «жениха». Заслужив, заодно, и благодарный взгляд йелли Идриль. Ещё одна жертва политики. Хорошо хоть ему никто не смеет навязывать «выгодный брак». Хватит, отслужил своё на благо Дома, можно и личными делами заняться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ривиэль почти споткнулся, когда поймал себя на последней мысли. Когда это Мара стала настолько личным делом? Это уже не «акценты», это полный… Н-да.

А Мастер только начала наслаждаться вечером, вытянутой физиономией Галиры, смотревшей на неё зло и беспомощно. «В бессильной ярости» было бы правильнее, если бы такая никчёмная личность была бы способна на столь яркие чувства. А так её грубые попытки поддеть напоминали лай трусливой подзаборной шавки, не осмеливающейся всерьёз цапнуть, но считающей своим долгом выразить неприязнь. Всю мелочность и глупость бывших «кумиров» Мара теперь осознавала как-то особенно ясно, чётко. Взгляд Акирэля льстил, но… Ей всегда хотелось предстать перед ним именно такой – сногсшибательно красивой, успешной – и теперь, когда это произошло, удовлетворение затопило её, но и так же быстро сошло, оставив лишь спокойствие. И готовность перевернуть, наконец, эту страницу.

Да, это бал был ей нужен, и она благодарна Ривиэлю за предоставленный шанс. Раз он хочет уйти из этого неуютного, но больше не задевающего своим мнением кружка, то почему бы и нет? Самое время перестать зацикливаться на старых обидах и открыть сердце и разум… Чему? Кому? Почему при этой мысли в её голове вспыхнул отнюдь не образ Тари, а…

Мара кивнула, и Ривиэль с облегчением подхватил её под руку, уводя на освещённую сотней огней террасу, но не остановился у резных перил, возле которых стояли такие же уставшие от суеты и шума гости, а повёл её чуть дальше, вдоль здания и только скрывшись за углом от возможных любопытных глаз, облегчённо выдохнул. Как-то иначе он себе представлял этот вечер… А вот у Мары, похоже, всё просто замечательно – девушка с задумчивой улыбкой разглядывала Близнецов, разливающих свой призрачный свет на ухоженный парк.

- Потешила своё самолюбие?

Вопрос получился чуть более резким, чем ему хотелось, но Мара ответила, совсем не обидевшись:

- Ещё как! Спасибо тебе, это помогло. Хорошее получилось лекарство.

- Лекарство?

- От дурацкой зависимости. Мне всегда было дело до того, что обо мне подумают окружающие, как станут воспринимать мои поступки и слова. А теперь…

- А теперь?

- А теперь я, наконец, могу думать и о деле.

- О деле? – недоумённо спросил эльф, начисто позабыв о том, с чего собственно всё началось.

- Убийца. Жертвы. Ритуал.

Ривиэль досадливо выдохнул:

- Тебе не кажется неуместным говорить об этом на балу?

- Да пэхи с ней, с уместностью.

Темноволосый против воли усмехнулся – было забавно слышать ругательство дроу от «приличной Некромантки». Примерно так же забавно, как и само сочетание «приличная Некромантка».

- Ладно. И что ты надумала?

- Это не Адан. Дурак он и подхалим, сволочь и крыса, пытающаяся прогрызть себе путь наверх всеми доступными способами. Но не убийца. Кишка тонка.

- Как ты заговорила…

- Как?

- Грубо. Жёстко.

- А разве не такой ты хотел меня видеть? Разве не такие все Некроманты?

- Вновь подстраиваешься под чьё-то восприятие? – насмешливо протянул Ривиэль.

- Нет. Просто говорю и делаю, что хочу.

Ривиэль кивнул:

- Не Адан. Кто тогда?

- Миллонд.

- Это ещё кто?

- Ты не помнишь? Сын Владыки Навила, брат йелли Эшаэль.

- Разве он не умер?

- А мы проверяли? Мы поверили на слово эльфийке, зачавшей от собственного брата дочь. Эльфийке, что периодически замирает, выпадает из реальности, засматриваясь на свой «внутренний мир» или, что она там видит.

- Намекаешь, что она сумасшедшая?

- По меньшей мере, странная.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- …И может покрывать брата-убийцу.

- А вдруг и у неё было видение – очередное непонятное пророчество?

- Смелая версия.

- Но реальная?

- Возможно. Я узнаю. Ведь ты за этим мне рассказала о своих подозрениях?

Последний вопрос заставил Мару вновь отойти к перилам, невидяще вглядываясь во вставшие в зенит луны. Признаться, или нет? Вот в чём вопрос… Девушка обернулась, чтобы сказать, что просто он единственный, кому она может сейчас довериться, но вдруг оказалось, что Ривиэль подобрался непростительно близко, что его глаза всего в нескольких сантиметрах от её, утягивают в свою синюю глубину… Глаза и губы. Губы. Почему она думает о его губах? Мастер хотела было отойти, отстраниться, но ещё один шаг Ривиэля вынудил её опереться о перила, в отчаянной попытке сохранить хоть видимость дистанции, хоть каплю почти отринутых приличий. На миг Мара почувствовала себя в ловушке, пойманная в кольцо рук наглого остроухого, а потом ещё шаг в их странном танце и…