Как же отвлечь мужчину, чтобы не требовал невозможного?
– Ардан! Ох, я не вовремя? – дверь в покои резко отворяется, и к нам заходит пропавший на несколько дней Арзар.
Впервые я так рада черному дракону. Уверена, наследник не прогонит его.
– Я могу и позже подойти, но хотелось бы сейчас. Это важно, Ардан. Думаю, стоит отпустить девушку в ее покои. Слишком бледный и болезненный вид. Как твое самочувствие, Эйлина?
Не понимаю, Арз помогает мне? Это не в его правилах.
– Спасибо за беспокойство, бывало и лучше. Все образумится, Ваше Высочество. Вас долго не было, – стараюсь изобразить подобие светской беседы, чтобы отвлечь своего дракона от просьбы, на которую ему нужно мое обещание.
– Были дела. У Великих Драконов скверное чувство юмора. Они не умеют давать испытания одно за другим. Увы, на этот раз мне решили подкинуть сразу несколько важных задач. Признавайся, маленькая жрица, твоих рук дело? Маленькая месть?
Без злобы, с шуткой спрашивает. Не чувствую в его словах никакого контекста. Даже благодарна, что старается разбавить напряженную обстановку, повисшую между мной и Дэрвиром. Друга не выгнать просто так, если ты не в запале гнева, что не замечаешь никого вокруг.
– Боюсь, мне сейчас не до мести. Великие Драконы сами придумают тебе наказание за проступок прошлого. Мне незачем их просить об этом. Все в этом мире происходит не просто так. Но, признаюсь честно, когда увидела в первый раз в Эйленторе, хотела покарать. Амалакай отговорил. Как он сказал, нет страшнее наказания, чем неведение, каким именно оно будет. Я ему доверилась.
Дракон усмехается. Тепло, беззлобно. Даже пальчиком машет в мою сторону, думая, как бы ответить. А я не спешу ему помогать. Только улыбаюсь, глядя, как плечи мужчины расслабляются. Эх, рано сказала, что мести не будет. Он ее действительно ждал и мог бы изменить свое отношение к прошлому, тем самым улучшив свое будущее.
– Мы поговорим, Арзар. Надеюсь, у тебя есть хорошие вести, – прерывает нас Ардан.
– Разумеется. Только давай отпустим Эйлину. Жрице нужен отдых, иначе Амалакай за свою хранительницу нам подпалит что-нибудь.
Закатываю глазки, потому что Великий дракон никогда так не поступит. Он даже за воровство чешуйки ничего не сделал черному дракону, и тут не станет вмешиваться. Каждый поступок может повлиять на ход событий, Амалакай это знает, поэтому никогда не вмешивается в судьбу без острой надобности.
– Да, верно. Эйлина, тебе стоит вернуться в покои. Стража проводит тебя. Мы вернемся к нашему разговору завтра. Добрых снов, – крепко обнимает и целует в лоб.
Как же тепло и спокойно в его объятиях. Так бы и простояла в них вечность, но это невозможно. Когда меня отпускают, кланяюсь мужчинам и ухожу. Но не успеваю дойти до двери, как Ардан меня окликает.
– Эйлина, – оборачиваюсь на его голос.
– Да?
– Как зовут того, кто хотел помочь тебе сбежать? – сухим тоном спросил, хотя подтекст был слышен четко.
За напускным спокойствием и равнодушием скрывалась дикая ярость и желание уничтожить врага.
– Сайман Тевли.
Произношу давно забытое имя и покидаю покои. Ардан найдет его, я точно знаю. Можно спросить любого в Эйленторе, кто такой Сайман, и все скажут, где найти маленький заброшенный дом темного мага, которого изгнали из города. Его сын пообещал отомстить каждому, кто принял участие в изгнании, ведь прежде, чем прогнать семью из города, магу нанесли смертельную рану. У него не было шансов выжить.
Если Сайман стал служителем тьмы, то нас ждут темные времена, и так легко мы его не победим.
В покоях скидываю шаль на спинку стула и сажусь за туалетный столик. Бледная, с кругами под глазами. Похожа на моль. Как люди смотрят на меня с привычным теплом, не понимаю. В руках нет той силы. Даже расческа кажется непосильной тяжестью.
Жалкая жрица, которая не может ничего. Столько мудростей было вложено в мою голову, столько законов и правил, и ничего, что могло бы спасти меня сейчас. Я не маг, я служительница, хранительница покоя. Увы, колдовство не дается мне, и вряд ли магические потоки хоть когда-то решат снизойти своей благодатью в мои ладони, делая настоящей жрицей.
Расчесываю светлые волосы и ни о чем не думаю. Мне остается надеяться на чудо. Мне не у кого просить помощи. Даже лекарь, который не против экспериментов в лечении, вряд ли пойдет против Ардана.
Комната освещена лишь светом свечей, теплым, ласковым. И почему-то кажется, что пламя станет моим спасением. Но огонь не подчинить, если ты не рожден в нем. Огонь не исцелит тебя, если ты не его создание. А я создание воздушной стихии.
Поэтому меня принял Амалакай. Я его дитя.
Смотрю через зеркало на пламя догорающей свечи, и кажется, что оно со мной говорит. Пламя что-то пытается показать, нарисовать подсказку, становясь все выше. Огненные всполохи становятся ярче, делятся на несколько языков пламени, и в каждом из них кроется своя подсказка.
Проходят долгие секунды, прежде чем свеча вспыхивает особенно ярко, и я вижу силуэт дракона. Всего секунда, и свеча вновь горит ровно.
И в это же мгновение в покои вваливается кто-то в темной мантии, с накинутым на голову капюшоном.
