— Стало быть, после смерти отца Амадис изгнал вас из Дома? — спросил я.
— Мы сами ушли. Сначала я, потом Брендон. Ему было больно смотреть, как все, кому не лень, помыкают Амадисом, государство разваливается, а Дом приходит в упадок прямо на глазах. Кроме того, существовала реальная угроза, что Брендона могли арестовать и обвинить в государственной измене. Амадис очень боится его — ведь отец, вопреки решению семейного совета, не отменил своего завещания, так что права Брендона на престол остаются очень весомыми. А многие наши родственники, которые шестнадцать лет назад ратовали за неуклонное соблюдение права старшинства, впоследствии изменили своё мнение и теперь хотели бы видеть королём Брендона.
— А сам Брендон?
— Ему очень нелегко. С одной стороны, он не жаждет власти, а с другой — не может оставаться безразличным к тому, что творится в Царстве Света. Так что волей-неволей ему приходится быть лидером оппозиции. — Бренда хмыкнула. — Правда, с некоторых пор он отчаянно хочет самоустраниться. Объясняет это тем, что королева Рахиль якобы благотворно влияет на Амадиса.
— А это не так?
— Нет, конечно. Тут Брендон лукавит. На самом деле он чертовски устал от борьбы за власть, ему до смерти надоели мамины интриги.
— Она тоже принимает в этом участие?
— Ещё бы. Мама играет в этом деле ведущую роль, можно сказать, возглавляет генеральный штаб. А ещё она отвечает за международные связи, вербует для Брендона союзников. Разумеется, его поддерживает Дом Ареса... впрочем, надо сказать, что эта поддержка существовала и до того, как мама стала королевой Марса — её брак с королём Валерием был заключён как раз на почве союзнических отношений. Почти так же безусловно Брендона поддерживают все три христианских Дома включительно с Домом Теллуса, а также Дом Мухаммеда — всем им не по нутру, что Светом заправляет дочь Израиля. В общей сложности десять Домов из девятнадцати ныне сущих, в том числе и милые твоему сердцу Сумерки, готовы в той или иной форме оказать Брендону содействие в борьбе за престол.
— Значит, ему уже не вредят слухи о ваших отношениях?
— Они потеряли былую актуальность. Со временем люди ко всему привыкают, и многие, даже веря в то, что Брендон спит или спал со мной, уже смирились с этим. К сожалению, нашему отцу не хватило выдержки подождать лет десять — пятнадцать, пока всё не утрясётся само собой. — Несколько секунд Бренда помолчала, что-то взвешивая в уме, потом добавила: — А может, я упрощаю ситуацию. Многие предпочитают закрывать глаза на нашу мнимую связь, исходя из сегодняшнего опыта, но останься отец в живых, Амадису не представилось бы случая продемонстрировать свою полную несостоятельность как монарха, а Рахиль из Израиля не была бы королевой Света. Так что я, честно говоря, даже не знаю, как бы всё обернулось.
— Кстати, а как случилось, что Амадис женился на Рахили? Пенелопа говорит, что есть несколько версий.
— И небось, она выложила тебе ту, согласно которой Амадис убедил царя Давида отдать за него дочь.
— А разве не так?
— Так думает Брендон... вернее, хочет так думать. А в действительности всё было с точностью наоборот. Царь Давид сам пришёл к выводу, что без притока свежей крови его Дом, понёсший большие потери в Рагнарёке, рано или поздно зачахнет, и уже смирился с необходимостью нарушить чистоту своей расы. Но он бы не был настоящим сыном Израиля, если бы не попытался извлечь из этого выгоду...
Бренда умолкла, так как в этот момент послышались голоса в холле, а спустя несколько секунд в кухню вошли мой брат и моя дочь, свежие и отдохнувшие после сиесты. Пенелопа приветливо улыбнулась моей сестре, а меня, после некоторых колебаний, поцеловала в щеку.
— Привет, — сказала она. — Как спалось?
— Спасибо, — ответил я, млея от её поцелуя. — Очень хорошо.
— А Бренда, по своему обыкновению, всю сиесту провозилась с компьютером, — заметил Брендон, усаживаясь на стул. — Мой тебе совет, Артур: ни в коем случае не поддавайся соблазну поиграть в её игры.
— Это почему?
— Она спец в этом деле. Гений. Её игры чертовски убедительны, они засасывают, как трясина. Не в обиду сестрёнке будет сказано, но я как психолог со всей ответственностью заявляю, что её фирма занимается производством и распространением компьютерных вирусов.
— Гнусная клевета! — обиженно воскликнула Бренда.
— Вирусов электронной шизофрении, — невозмутимо уточнил Брендон. — Перед ними бессильна любая антивирусная программа.
Между тем Пенелопа взяла с тарелки один из приготовленных сестрой бутербродов и весело заявила:
— Сейчас мы слегка перекусим, а через пару часов закатим пир горой. Мы с Брендой сообразим что-нибудь необыкновенное по случаю возвращения блудного отца и брата.
— Хорошая мысль, — сказала Бренда. — У меня уже есть кое-какие идеи.
— Между прочим, о возвращении, — отозвался Брендон, закуривая сигарету. — Артур, ты не думаешь, что пора уже рассказать, где ты был и что с тобой произошло?
— Как раз это я и собираюсь сделать, — ответил я.
Пенелопа пододвинула стул, села рядом со мной и подперла голову рукой. Её большие карие глаза смотрели на меня с любопытством и нетерпением, и тут я понял, что не могу сказать ей про Дейдру. По крайней мере сейчас — когда наши отношения только начали складываться. А позже... тогда и видно будет.
Глава 5
После моего рассказа, который занял гораздо больше времени, чем я рассчитывал, Бренда с Пенелопой стали готовить всякие изысканные блюда для предстоящей пирушки. Мы с Брендоном пытались им помочь, но только мешали, и в конце концов девочки прогнали нас из кухни, чтобы мы не путались у них под ногами. Тогда брат предложил мне пойти прогуляться перед ужином, и я согласился.
Мы вышли из дома и направились к опушке леса. Небо над нами было чистым, безоблачным; верхний край огромного красного солнца нависал над побитыми ливнем оранжевыми кронами деревьев. То тут, то там виднелись согнутые и сломанные стволы, прибитые к земле кусты, трава была мокрая и помятая, вокруг было множество луж с тёплой и мутной водой.
Ветер дул с ночи, было свежо и прохладно. Мы с Брендоном шли, куда глаза глядят, курили и разговаривали. В основном вспоминали о днях минувших, но, утолив свою жажду по прошлому, как-то незаметно перешли к делам насущным.
— Всё это порядком задолбало меня, — сказал Брендон, когда речь зашла о его борьбе за престол. — К счастью, теперь я вне игры.
— Нашёл какой-то выход? — поинтересовался я.
Брат ухмыльнулся:
— Выход сам нашёлся. С твоим появлением.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
