разведка лишней никогда не бывает. Чем чёрт не шутит…
– Ага, когда Бог спит. Всё-всё, не перебиваю.
– А знаешь, Палыч, нам, если задуматься, можно и этой зимой крутануться на ту же тысчонку на вездеходах. Чего ждать, как думаешь? Лично я не вижу препятствий. Только наладить нормальную связь, а с антенной на вершине она дай бог появится. Не спеша, не надрываясь, прошвырнёмся туда-сюда, наметив пункты стоянок с размещением на них запасов оружия, топлива и прочего.
Зато потом голова не болит, чего и как делать, да даже по льду вверх по течению можно уйти до истока без проблем. – Петрович, ты спрашивал, что делать, вот тебе и долгосрочный план действий, работ – обзывай как хочешь. Расписывай его по пунктам: что в первую очередь, что во вторую. Как, кто, куда и чего. Поддерживаю тебя руками и ногами. В конечном счёте вода под лежачий камень не течёт: чем дальше мы откладываем, тем больше шансов, что никуда не поедем. Так что благословляю тебя, сын мой, на подвиги ратные. Иди и не греши более! – Или менее? – улыбнулся Владимир.
– Менее тем более не греши.
На улице за окном сверкнуло, через пару секунд дом вздрогнул от оглушительного грохота в небесных кущах. – Красиво пластает, – восхитился Михаил буйству стихии, расчерчивающей небо кустистыми разрядами небесного электричества. – Ещё бы не гадило…
Во глубине веков царь Соломон вещал нетленное:
«Всё пройдёт…» И гроза с ливнем тоже прошли, как ни странно. К утру следующего дня небо устало терпеть толстозадых кучевых улиток, отяжелевших от воды, и решительно очистилось от их тяжёлых лоснящихся туш, разогнав бескрайние стада сильным ветром. Под самый рассвет гроза попыталась что-то изобразить и вякнуть, хлопнув дверью и натравив на людей громы с молниями, но поселенцы не оценили потуг стихии, восприняв их в виде желания напугать перед прощанием.
Не откладывая дело в долгий ящик, Михаил организовал выезд в город. На хозяйстве за главного оставался Антон, хотя самой последней курице было ясно, что парень всё равно будет на подхвате у Валентины, да и нарезанный Бояровым фронт работ по грейдеровке дорог и засыпке размытого оврага не оставлял молодому отцу свободы манёвра. В поле, пока не подсохнет, соваться незачем, как и в лес. Из хобби у бравого помощника оставалась кузня, но, оценив объём работы и наличный состав, Антон отодвинул планы на молот с наковальней до следующего дня, тем более Вера с Викой по-прежнему требовали внимания. С Михаилом в город сбегали Солнцев, Владимир с женой и Татьяна Прохорова с парой девчонок. В десять утра караван из двух армейских внедорожников тронулся в бывшую обитель цивилизации.
* * *
– Ой, смотри, гольяны!
Схватив Михаила за руку, Татьяна потащила его к широкому ручью, звонко бегущему до реки по бульвару со стороны городских прудов, окончательно превратившихся в заболоченные озёра. Насколько помнил Михаил, в прудах водились карасики и краснопёрки, а гольяны, по всей видимости, уже с реки зашли. За полтора года бульвары и парки в городе заросли молодым подлеском, став чужими и неухоженными, а если припомнить прайды одичавших львов и волчью стаю, то совершенно дикими и опасными. До реки отсюда было метров двести, но из-за густой зелени её мутная гладь оставалась невидимой. Поправив автомат, Бояров проследил за пальцем подруги, тыкающей в вымытую в асфальте ямку.
– Не гольяшки это, Танюша, на мелких ленков похожи. Тебе ещё что-нибудь в городе надо? Пора домой выдвигаться.
– Нет.
Ярко улыбаясь, девушка, прочно занявшая место в сердце Боярова, подтанцовывая, направилась к машинам, стоящим у магазина на середине спуска к бульвару. – Ты слышишь? – остановилась на полушаге Татьяна, прислушиваясь не то к шелесту, не то к тихому рокоту катящейся по дороге бочки.
– Это не наши. – Михаил, чуть не уронив моток репшнура, который он так и не удосужился положить в машину и незнамо зачем таскал после туристического магазина, обернулся к источнику шума и прислушался. – На звук двигателя машины или моторной лодки не похоже.
С каждой секундой рокот становился сильнее.
– …да! – долетело от машин. – …тесь быстрее!
– Что?! – во всю глотку крикнул Михаил.
– Вода! Быстрее наверх! – Убрав ото рта сложенные раструбом руки, Владимир нырнул в джип. Во вторую машину за руль запрыгнул Сашка Солнцев.
– Таня, бежим! Твою… – бросил Михаил, догоняя девушку, на бегу запнувшуюся о выбоину и чуть ли не плашмя растянувшуюся на брусчатке тротуара.
– Бояровы, шевелите булками! – выглянув в окно, проорал Владимир, сдавая машину навстречу Михаилу, взвалившему Татьяну на плечо.
Вода оказалась быстрее.
– Миша! – истерично забилась на плече Татьяна.
– Держись, только не отпускай!
В спину ударила и накрыла с головой грязная пенная волна, полная веток и мусора.
Вцепившуюся друг в друга пару, отчаянно пытающуюся удержаться на поверхности, ударяя о деревья, ограждения и прочие препятствия, расцепило на очередном дереве и поволокло к высотным новостройкам, сданным в эксплуатацию за пять месяцев до всемирной трагедии.
Хоть этого Михаил не видел, Владимир и Сашка таки успели дать по газам, убравшись вверх по дороге выше накатившей волны. Тёмная макушка Татьяны, неплохо державшейся на воде, мелькала метрах в пятнадцати перед Михаилом, который старался не упустить зазнобу из виду, каким-то вторым потоком сознания думая, что им сказочно повезло быть застигнутыми валом недалеко от реки и что на них не обрушились металлические бока автомобилей, сорванных с мест. Вон сколько их крыш мелькает тут и там, то всплывая, то окончательно отправляясь на дно. Хотя смешно говорить о везении в такой ситуации.
– Ам… М…ша… – Грязный поток прижал Татьяну к стене дома, ударяя волнами по лицу. В следующую секунду по её отчаянному крику Михаил понял, что девушку не прижало, а зацепило за торчащую из кирпичной кладки арматуру.
Отчаянно извернувшись всем телом и заработав руками, Бояров сумел выиграть у потока недостающие до избранницы метры. После он не мог вспомнить и внятно объяснить, как и что делал, и как не пошёл на дно вместе с висящим за спиной автоматом, но Михаил окончательно пришёл в себя от адреналинового угара, вцепившись мёртвой хваткой за ажурное решётчатое ограждение балкона, а второй рукой держа Татьяну за воротник костюма. Дальше оставалось подтянуть девушку к себе и прорваться в дом, остальное дело техники. Проникнув в жилище, измотанная борьбой за жизнь пара выбралась в подъезд и поднялась на несколько этажей выше. Удачей оказалось обнаружить незапертую дверь в однокомнатную квартиру и воспользоваться смежными балконами с трёхкомнатными и двухкомнатными хоромами. Выбор Бояров остановил на двушке: в первую очередь из-за завершённого ремонта в ней, во вторую очередь –
