оказать военное сотрудничество. Взять в фаворитки чью-нибудь дочь.
– То-то Кэрри опять не в духе.
– Будешь тут в духе, – крон отвернулся от зала, всем видом демонстрируя значение фразы «глаза б мои их не видели». – Я скоро их кандидаток в кровати находить начну. Кэрри злится. Посещает каких-то странных личностей. Ворожей, лекарей. Считает, если бы у нас были дети, меня бы оставили в покое. Но я уверен, ничего бы не изменилось.
Я не знал, что ему ответить. Насчет того, что Кэрри ходит по ворожкам, меня просветила Милли. Долго смеялся, хоть на самом деле ситуация была грустнее некуда. Кэрри жаждала иметь детей. Но все желания были впустую. Она вбила себе в голову, что Дар обязательно ее бросит, найдет себе ту, которая подарит ему наследника. Дар убеждал, что это неправда. Но если изо дня в день слушать чьи-то жалобы – что получится? Однажды эти жалобы станут реальностью. А ушлых девиц при дворе хватало. Приходилось сталкиваться.
– Что там в академии? – Дар вовремя сменил тему. – Ты не передумал брать ту группу?
– Не передумал, – ответил я. – Студенты уже в академии, приставил к ним Владиса. Уверен, сейчас они активно знакомятся друг с другом. Но Владис бессмертен, поэтому беспокоиться не о чем. Поставил на этаж самую мощную защиту из возможных. Только, боюсь, она не выдержит.
– До сих пор не понимаю, зачем тебе дались эти смертники.
Дались. Мы с Даром много спорили об этом. Все начиналось около года назад, когда я лоб в лоб столкнулся с правосудием Арантии. Одного из студентов обвинили в убийстве и хотели казнить. Конечно же, я не мог этого допустить и добился оправдательного приговора, но речь не об этом. Во время расследования мне пришлось побывать в тюрьме Ладема – уже не как заключенному, а как посетителю. И я пришел в ужас. Там было полно молодых ребят, таких, как наши студенты. Их обвиняли в страшных преступлениях, но на самом деле виной всему были их аномалии, вышедшие из-под контроля.
За три года я уяснил одно – нет такой аномалии, которую нельзя контролировать. Были разные случаи, разные ребята. Но рано или поздно они брали себя в руки. И выходили за стены академии вполне самостоятельными, сильными людьми.
Тогда-то я и задумал создать группу, которая состояла бы из ребят с абсолютно неконтролируемыми аномалиями. Возглавил бы ее сам, но отдавал себе отчет, что ректор – это, грубо говоря, куратор всех групп, вместе взятых. Сосредоточиваться на одной было бы неправильно. И я стал искать кандидатуру на должность куратора.
Вывод напрашивался один – раз уж мы имеем дело с преступниками, нужен тот, кто сам недалеко ушел. А такой был только один – Владис. Нет, я не простил ему бойню в академии. Та ночь продолжала преследовать меня в кошмарах. Но нам пришлось сотрудничать. Владису доверяли, мне – нет. Как бы я ни старался. Он терпел меня потому, что я пристраивал его найденышей в студенты. И я терпел по той же причине – Владис умел убедить их, что в академии будет лучше.
Самым большим препятствием, как ни странно, оказался не Владис, а крон. Дар ничего и слышать не хотел о моем замысле. Я пять раз подавал ему прошение на создание группы. И пять раз получал отказ. Мы ругались так, что трясся весь дворец. На пятый раз он приказал меня арестовать, но взбунтовалась Кэрри. Устроила супругу грандиозный скандал. И Дар согласился. Сначала на группу, а затем – и на Владиса.
– Ты приедешь на церемонию начала учебного года? – спросил у Дара, отвлекаясь от воспоминаний.
– Вряд ли. Времени нет.
– Тогда отпусти к нам Кэрри. Пусть отвлечется.
– А мне что предлагаешь? Оставаться тут одному? Спасибо, Дагеор. Ты добр.
– Эгоист, – вздохнул я. – Ну чем тебе поможет присутствие Кэрри? Она уже на тень похожа.
– А я что, виноват, что ее братец решил уехать куда глаза глядят? – нахмурился Дар.
– Виноват. Вы ведь так и не поладили. Как тебя только Кэрри терпит?
– Так же, как тебя – Милли. Только я на своей хотя бы женат.
Дарентел был прав в какой-то степени. Милия тоже меня ревновала. Но не к фавориткам, а к академии. Говорила, что мне работа дороже, чем она. Только это не мешало нашему счастью. А Кэрри не выглядела счастливой.
– Ну что, я забираю Кэрри к нам? – спросил осторожно.
– Забирай, тьма с тобой, – Дар махнул рукой. – Постараюсь выбраться на церемонию. А теперь прости, гости ждут.
Я отправился на поиски Милли. Она уже высматривала меня в толпе.
– Потанцуем? – протянул ей руку, прежде чем выслушал речь по поводу моего долгого отсутствия.
– Потанцуем, – вздохнула Милия, позволяя увлечь себя в водоворот пар. После разговора с Кэрри она казалась грустной.
– Что-то случилось? – спросил я, в очередной раз наступая ей на ногу, но Милли, кажется, этого даже не заметила.
– Ничего, – покачала она головой. – Кэрри была у какой-то ворожки. Вернулась расстроенная. Та говорит, что у них с Даром не может быть детей.
– Почему? – сказал бы я, что думаю обо всех ворожках, вместе взятых.
– Из-за того, что у обоих – слишком сильная магия. А если Кэрри все-таки удастся забеременеть, то это гарантированная аномалия.
– Это ворожка по звездам прочла или по картам? – попытался обратить все в шутку.
– Аль, я бы тоже посмеялась, но за три года ни намека на беременность – это странно, не находишь?
Я не знал. Не разбирался в их женских заморочках. Мы с Милли не думали о пополнении семейства. Она даже разговора не заводила на эту тему. Еще бы, учитывая, что каждый раз получается с нашей свадьбой. Но Арантии нужен наследник. Против этого нечего было сказать.
– Ты опять не здесь, – на этот раз Милли больно встала мне на ногу, и по глазам видел – специально.
– Да так, думаю обо всяком, – попытался прогнать непрошеные мысли. – Дар отпускает Кэрри к нам на ближайшие дни.
– Вот и хорошо, – кивнула Милли. – Ненавижу этот дворец, если уж начистоту. Мне здесь за каждым углом мерещатся заговоры и наемные убийцы.
Мы с Милли оставались ночевать во дворце крона только в крайнем случае. Здесь и правда царила странная атмосфера. В первый приезд сюда я был настолько занят практикой, интригами, заговором, что ничего не замечал. А сейчас соглашался с Милли – стоило остаться тут на ночь, как начинали сниться кошмары. То бой в академии, то Мартис и мать Дара, то столичная тюрьма, то отравление Милли. Я бы на месте Дара
