— Незадолго до того, как мы покинули систему Заламис несколько недель назад, наш лексиканий принял астропатический сигнал от библиария Нивена, который сопровождал капитана Тула во время миссии по набору рекрутов на Кальдерисе более двух месяцев назад. По неясным пока причинам, телепатическое сообщение Нивена было фрагментарным и искаженным — но все же лексиканий смог кое-что разобрать. Капитан и его отряд были атакованы значительным количеством диких орков, и им пришлось запросить подкрепление.
Меррик сделал паузу, всматриваясь в лица десантников перед собой. Все они внимательно вслушивались в его слова.
— Транспорт, который доставил группу Тула на Кальдерис не сможет вернуться еще некоторое время, и «Армагеддон» оказался едаинственным судном Кровавых Воронов, способным отреагировать на запрос. Полагаю, мне не нужно напоминать вам, что мы уже понесли серьезные потери во время недавних боевых действий на Заламисе, однако полученные нами приказы предельно ясны. Мы спустимся на планету и окажем любую помощь, которая понадобиться капитану.
— Что было в последнем сообщении от Нивена? — спросил сержант Таркус. Меррик испытал прилив чувства уважения к ветерану. Он задал правильный вопрос в правильный момент — информация, полученная Мерриком, была более чем подозрительной.
Всего на несколько лет младше Меррика, Таркус был достаточно одаренным, чтобы возвыситься до звания капитана. Однако он так долго служил под началом столь знаменитых командиров — включая капитана Дэвиана Тула, когда тот еще был сержантом,
— что до сих пор просто не имел шансов проявить себя в достаточной мере. Недавно, несмотря на все аргументы, приведенные Мерриком, капитан Тул повысил юного боевого брата Арамуса до командира отделения, приписав Арамуса к отделению Таркуса в качестве второго сержанта. Таркус был истинным Кровавым Вороном и образцовым космическим десантником, поэтому он просто подчинился приказу. Меррик не мог не удивляться, что его старый друг не возмущен необходимостью подчиняться более молодому и еще не успевшему заработать себе репутацию космическому десантнику.
— Боюсь, это были не слова, — ответил, наконец, Меррик. — После этой передачи наш лексиканий не смог повторно связаться с Нивеном. Сейчас, снова перейдя в реальное пространство, мы пытаемся установить вокс-контакт с группой Тула, но пока безрезультатно.
Присутствовавшие на мостике десантники переглянулись, услышав это.
— В распоряжении капитана была лишь горстка Кровавых Воронов, и большинство из них еще скауты, — зычно прогрохотал сержант Авитус, мрачно сверкнув глазами. Голос его был несколько искажен машинным шумом — нижняя челюсть сержанта и большая часть горла много лет назад была заменена аугметикой, после сражения с королевой норна тиранидов, оставившей на его теле соль серьезные раны, что ни его собственные способности к регенерации, ни даже апотекарии ордена не смогли излечить их.
— Если там действительно так много зеленокожих, как вы говорите, то какие у нас основания полагать, что Тул и его люди все еще живы?
Меррик перевел взгляд на Авитуса. Командир девятого отделения девастаторов, Авитус был настоящей горой едва сдерживаемого гнева. На «Scientia еst Potentia» ходили слухи, что душа сержанта умерла несколько месяцев назад, во время кровавой битвы за Залив Победы на Кронусе, оставив тело жить и сражаться. Это случилось после того, как все старое отделение Авитуса погибло от рук мятежных имперских гвардейцев, имперских граждан, для защиты которых был когда-то создан космический десант. Авитус пережил гибель своих товарищей и ответил предателям потоком испепеляющего пламени из своего тяжелого огнемета, выжигая занятые гвардейцами бункеры один за другим, а затем неся пылающую смерть вооруженным гражданским, примкнувшим к войскам мятежного полковника-губернатора. Авитус выжил во время умиротворения Кронуса, но не вынес с собой из битвы ничего, кроме презрения к простым гражданам Империума и ненамного больше уважения к своим боевым братьям, Кровавым Воронам.
— Пока у нас нет твердых доказательств обратного, — спокойно ответил Меррик, — мы будем исходить из предположения, что капитан Тул все еще где-то на поверхности планеты и нуждается в подкреплении.
— А что насчет местного населения? — вставил сержант Арамус. — Насколько я понимаю, Кальдерис не так уж плотно заселен, но число жителей все равно должно исчисляться миллионами.
— Что насчет них? — прорычал Авитус, жужжа аугметикой. — Мимолетная мысль о них — это уже гораздо больше внимания, чем они когда-либо уделяли тебе.
— Планета внизу называется Кальдерис, брат-сержант Авитус, — произнес Таркус. — Не Кронус. Может быть, ты ослышался?
Зло сверкнув глазами, Авитус повернулся к Таркусу.
— Ты защищаешь этих ненадежных кривляющихся глупцов, Таркус?
Авитус шагнул вперед. Учитывая застывшую на его лице маску гнева, это выглядело так,
словно он в любой момент готов устроить кровавую потасовку.
Таркус только улыбнулся и развел руки в стороны, ладонями вверх, словно давая
благословение.
— Император защищает, Авитус. Я просто выполняю его волю.
Таддеус рассмеялся, и Авитус бросил на него гневный взгляд. Однако напряжение уже спало. Авитус не улыбнулся, но ярость на его лице уступила место холодности, и он сделал шаг назад.
Меррик с восхищением посмотрел на сержанта Таркуса. Он знал, что Таркус был верующим человеком — в отличие от большинства Кровавых Воронов он считал Императора богом, а не просто могущественнейшим из людей. Была ли эта вера тем, что давало ему столь ясный ум и способность разрешать напряженные ситуации несколькими верными словами? Или наоборот?
— Император приказывает, — добавил Меррик, — мы подчиняемся. И сейчас нам приказано спуститься на Кальдерис и оказать всю посильную помощь.
Он остановился и многозначительно посмотрел на Авитуса и остальных.
— И это именно то, что мы сделаем.
Несколько часов спустя сержант Арамус стоял перед обзорным окном, глядя на дрейфующий бурый диск пустынного мира Кальдерис. Уже совсем скоро корабль должен был подойти на достаточное расстояние, чтобы трио «Громовых Ястребов» «Армагеддона» могло высадить Кровавых Воронов на поверхность. Для Арамуса было невыносимо в бездействии ждать приказа на нижних палубах, так что он вновь поднялся наверх, чтобы увидеть приближающуюся планету своими глазами, а не просто в виде картинки, переданной на инфопланшет.
— Здравствуй, брат-сержант, — неожиданно раздался чей-то голос.
Арамус повернулся и увидел стоящего рядом апотекария Гордиана, уже облаченного в свою белую броню с изображением Прим Хеликс, нанесенным на правый наплечник и кровавым вороном на левом. Нартециум апотекарий закрепил на спине.
— Приветствую, брат, — ответил Арамус, склонив голову в знак уважения.
— Есть какие-нибудь известия с поверхности? — спросил Гордиан, подойдя ближе и встав перед обзорным окном. — Наш лексиканий не смог еще раз связаться с библиарием Нивеном?
— Нет, — сказал Арамус, отрицательно качая головой. — Но, насколько я понимаю, пока мы приближались к планете, удалось установить вокс-контакт с отрядом капитана Тула. Сигнал очень слабый, и сообщение сильно искажено, так что мы все еще почти ничего не знаем о ситуации на поверхности, но, по крайней мере, мы получили координаты места высадки. Силы Тула встретятся с нами там.
Гордиан посмотрел на бурый диск под ними.
— Я не могу не задаваться вопросом, что стало с Нивеном… — тут Гордиан остановился и указал закованной в броню рукой на обзорное окно. — Взгляни на это, Арамус.
Они подошли к планете уже достаточно близко, чтобы можно было увидеть маленькую луну. Множество судов висели на орбите Кальдериса, перемещаясь в пределах обзорного окна. Не просто один или два корабля, но, может быть, десяток или даже больше.
— Сержант Меррик? — произнес Арамус, повернувшись к мостику.
— Мы видим, брат-сержант, — ответил Меррик, шагнув вперед и опершись на медное ограждение мостика.
Он бросил взгляд на сервиторов, следящих за корабельными сенсорами.
— Доложить!
Сервиторы в ответ разразились какофонией бинарных сигналов.
— На орбите зафиксировано тринадцать судов, сэр, — быстро перевел один из сервов, и тут же поправился: — Нет, четырнадцать. Большинство зарегистрированы как гражданские, но три принадлежат Имперскому Флоту, это легкие крейсеры типа «Неустрашимый». Арамус не смог не заметить отразившегося на лице Меррика раздражения, смешанного с любопытством. Как правило, в лучшем случае лишь несколько судов находились над Кальдерисом, а то и во всем субсекторе Аурелия, не говоря уже о более чем десятке. Сервитор, наблюдающий за станцией связи разразился новым потоком бинарного кода.
