тех игроков, что находились поблизости, прокатилось угасающей волной и исчезло, оставив после себя почерневший пол, усыпанный выпавшим с убитых снаряжением.
Мы с Лу переглянулись. Не было сомнений: кто-то пустил в ход Истинный Огонь. Причем мощный, аффикс массового уничтожения, типа моего «Смерча» или стрел Первой Девы.
– Дебаффы пропали. Ауры больше нет! – сказала Лу. Она была права: алые рамки странных дебаффов исчезли из строки состояний. Если сложить дважды два, получалось, что кто-то, имеющий Ключ, ударил по «звезде». Это могла быть Романова, либо Свечкин, других вариантов не имелось.
– Ты понимаешь вообще, что происходит?
– Нет! Связи с админами нет, никакой! Нужно добраться до Первой Девы!
– Есть один вариант. Ты когда-нибудь бывала в Тени?
Исчезая в материальном плане, я активировал «Теневую Трансформацию», превращаясь в большую крылатую Тень. Быстро огляделся. Стены и внешняя оболочка «звезды», как я и предполагал, были построены из материалов, непроницаемых даже в теневом плане. Оставался только один путь к свободе. Не спрашивая разрешения, я использовал на оглядывающейся «Бестии» «Затаскивание в Тень», погружая ее в теневое пространство. Она, к счастью, сообразила, в чем дело и не стала трепыхаться. Схватив ее, подобно тому, как Тормис совсем недавно удерживал меня, я ринулся вверх по выжженым коридорам.
После прошедшей здесь огненной волны не уцелело, конечно, ничто и никто. Истинный огонь беспощаден. Был риск, что навстречу нам выплеснется еще одна волна, но я рассчитывал на откат способности, кто бы там ни применял Ключи.
Мы пролетели черные трубы коридоров за полминуты. И оказались в большом зале с прозрачным куполом, под самым навершием «звезды». Зеленого артефакта более не существовало, купол сооружения был снесен, разворочен страшным ударом. Стены покрывала сетка трещин, пол – хрустящий слой серого пепла вперемешку с чьими-то останками.
И в самом зале, и вокруг него, шел страшный бой. Молнией за куполом промелькнуло серебристое игловидное тело невиданного корабля, за ним – паучьи силуэты Странников. Они проносились совсем близко над разрушенным потолком, а несколько присутствовали в зале, превратившись в подобие огромных насекомых, орудующих призрачными фиолетовыми клинками. Такую боевую Форму Странника, больше похожую на монструозного рыцаря, а не корабль, я видел лишь однажды: в воспоминаниях Санты.
Пауки, их было несколько, теснили фигуру, окруженную ореолом Истинного Огня. Я с изумлением увидел, что это Кованый, голем из Миров-Кузниц, а в следующую секунду узнал Адама, «пешку» Эйс Винда. И в его руках лучился синим огнем боевой молот – последний Ключ Одного из Семи.
Скажу честно, в тот момент я не задавался сложными философскими вопросами: как, зачем и почему. Странники – враги, значит, Адам на нашей стороне! Приняв ситуацию как данность, я бросился на помощь окруженному Кованому, на ходу освобождая Лу из своей хватки.
Что ни говори, Ключи – страшная штука. Я видел Странников в действии, и знал, какую опасность они представляют. Практически неуязвимые, быстрые и мобильные, «пауки» могли даже в одиночку сжечь целый флот или рассеять рейд игроков. Конечно, сейчас мы находились в тесном пространстве, где они не могли использовать свои основные козыри, играл роль фактор неожиданности, но… Н-да.
Мы даже не успели вмешаться. Успели только посмотреть, как горящий истинным огнем боевой молот, летая подобно легендарному Мьолльниру, дробит и крушит Странников, превращая их в черные осколки, как гудит синее пламя, окружающее Кованого. Трое «пауков» были истреблены быстрее, чем я успел бы сказать «вот это да, ну ты даешь, Адам! Откуда ты вообще взял Ключ?»
Первой опомнилась Лу:
– Ты кто такой, черт побери? – крикнула она, видя в руках чуток покоцанного Кованого синий молот.
– Мы же знакомы, мадмуазель, – резиновые губы Адама разъехались в улыбке, – Я не дьявол и не бог, я просто Дон Румата, веселый дворянин…
– Что?! Какой еще…
– Ничего! Хватайтесь!
Сверху упала тонкая веревочная лестница. Подняв голову, я увидел, что у разлома зависла серебряная «игла» одного из тех чудных кораблей. Формой корпуса и обводами он чрезвычайно напоминал погибший в Туче «пронзатель», мне было абсолютно ясно, что послужило прототипом. Так вот зачем Первой Деве понадобилось разбирать и изучать «За-Ар», на основе полученных Чертежей она построила собственное секретное оружие!
Впрочем, это было несущественными подробностями. Я схватился за веревку и меня почти мгновенно подняли на борт. Так мы оказались на «игле».
– Что происходит вообще? – осведомилась Лу.
– Первая Дева погибла. Девы говорят, что Гробовщик ударил ей в спину, – ответил Адам, – Я послал Эйса за ее Ключом, но, боюсь, он не справился.
Пораженная Лу медленно закрыла рот ладонью. Романова, при всей ее внешней хрупкости, всегда казалась несокрушимой скалой. Просто не укладывалось в голове, что сказанное Кованым правда. Информация была шокирующей, но не для меня. Я «вспомнил», что уже знаю о его двойной игре, знаю из украденных воспоминаний Балабанова. Рокки-Гробовщик-Свечкин, как и сам Магистр, был «маской», а не настоящим НПС. Вот только знание это пришло слишком поздно и уже не могло спасти Первую Деву.
Даже краткий взгляд на происходящее вокруг безумие дал понять, что сражение проиграно, Серебряный Флот погибает. Сотни кораблей разбились внизу, сотни были охвачены огнем, множество удалялось в разные стороны, спасаясь с места битвы. Даже удар секретной эскадры «игл» не смог переломить ход событий, Странников оказалось слишком много. Флагман Первой Девы медленно снижался в густом облаке дыма, его эскорт был практически полностью истреблен. Возле капитанского мостика джаггернаута я заметил сигарообразный корпус одной из «игл», косо пробороздивший палубу, словно капитан совершил неудачную попытку тарана.
Мы снизили скорость, на самой малой подползая ближе, маскируясь дымом и корпусом исполинского корабля. Мне показалось, что на мостике вспыхнули отблески Истинного Огня, и Адам тут же подтвердил мои подозрения:
– Эйс там, и он еще жив. О, черт! Кот, Лу, прикройте сзади! Дел Ноа, огонь, огонь, огонь!!!
Зеленые молнии «Пик» смели с капитанского мостика все, что там было. Адам прыгнул на палубу, поднимать Эйса, попавшего под «френдли файр». А нам с «Бестией» волей-неволей пришлось отбиваться от Странника, севшего на хвост. Пользуясь тем, что «игла» остановилась, черная тварь неожиданно выпрыгнула из дымного облака, на лету трансформируясь, вцепилась шипастыми конечностями в серебряный корпус, побежала в нашу сторону, вращая на ходу фиолетовыми лучевыми когтями.
Так вышло, что встать между экипажем из «Дев» было больше некому. Я сам не понял, как оказался снаружи, сошелся с ним в рукопашной схватке. Ярость и раздражение, копившиеся несколько дней, требовали немедленно переходить к насилию.
Мельница прозрачных фиолетовых клинков летела ко мне, Странник разил сразу в четырех плоскостях, и парировать его атаку не сумел
