Упорный Майкл Фейган, оставленный на свободе до суда, в последний раз совершает попытку поговорить с королевой 20 июля 1982 года. Над дворцом занималась заря. Он опять лезет по водосточной трубе, перелезает через балюстраду балкона, проскальзывает в королевскую спальню через приоткрытое окно, усаживается на край огромной постели и погружается в молчаливое созерцание спящей государыни. Елизавета II, проснувшись в 7 часов 18 минут, тотчас же замечает, что она делит спальню с неожиданным и непрошеным гостем (который находится, как следует из протокола, «в шести футах от Ее Величества»), Королева, надо признать, выказывает поразительное хладнокровие, когда вместо горничной, ежедневно приносящей ей чай и газеты, видит действительно неожиданного визитера… и осторожно завязывает с ним разговор о детях. «Итак, принц Чарльз на год младше вас», — говорит королева, задаваясь вопросом, каким же образом известить охрану, чтобы «гость» ничего не заметил. Она нажимает на «тревожную кнопку», при помощи которой можно поднять тревогу в служебном помещении полиции, откуда осуществляется наблюдение за дворцом. Увы, система не работает… Она также нажимает кнопку звонка, звонящего в коридоре, но горничной и ливрейного лакея в коридоре нет, потому как они знают, что королева обычно просыпается не раньше чем без четверти восемь. Когда Майкл Фейган спрашивает, нет ли у нее в ящике прикроватного столика пачки сигарет, королева тотчас же решает воспользоваться этим предлогом. «Здесь у меня нет сигарет, — спокойно говорит она, — но я могу попросить у лакея в коридоре». Совершенно естественно она встает и выходит в коридор, где наконец-то видит свою горничную. Две минуты спустя мускулистый гофмейстер, ворвавшийся следом за офицерами службы безопасности в спальню королевы, уже связывал безумного почитателя Ее Величества.
Дело наделало много шуму. Разразился настоящий скандал. В прессе замелькали заголовки: «Незваный гость у изголовья постели королевы!» Газеты удвоили тираж, потому что широкая публика обожает, когда кто-то из членов королевской семьи оказывается в неловком положении. Англичанки, представившие себя на месте королевы, не могли опомниться от возбуждения и страха. Водопад преисполненных гнева писем обрушился на редакции расположенных на Флит-стрит газет. В палате общин министр внутренних дел попытался было утихомирить бурю страстей, заявив: «Члены палаты должны высказать свое восхищение тем спокойствием, с которым Ее Величество реагировала на подобные обстоятельства». Но все были возмущены некомпетентностью, проявленной службой безопасности. Три высокопоставленных лица, а именно: Уильям Уайтлоу, министр внутренних дел, вице-адмирал Питер Ашмор и сэр Дэвид Макни, начальник лондонской полиции, подали в отставку.
Разумеется, прецеденты случались и раньше: перед Первой мировой войной некий иностранец проник в дворцовый парк с целью попросить руки принцессы Марии (Мэри), а в 1951 году некий страдавший душевным расстройством молодой человек долго блуждал по дворцу в поисках принцессы Маргарет. Но на сей раз была назначена следственная комиссия, и королева была вынуждена произвести многочисленные перемещения в полиции, понизив в должности некоторых полицейских.
Кроме того, что сие «неподобающее пробуждение» повергло в шок большинство англичан, оно же вызвало у них невероятное возбуждение, потому что дало массу сведений об интимной жизни дворца. Где находился все это время принц Филипп? Ах да, он в это утро покинул дворец очень рано, дабы потренировать своих упряжных лошадей… Ну да, конечно… Но все же оставалась одна неприятная деталь, сулившая большие затруднения… Оказывается, королевская чета больше не делит королевское ложе, а ведь оно является для англичан извечным символом супружеского счастья. Пресса с удовольствием предалась всяческим измышлениям спекулятивного толка на сей счет. «Дейли мейл» даже посвятила рассмотрению этого важнейшего вопроса большую статью, пустившись в объяснения, что истинные аристократы не являются приверженцами двуспальных кроватей, которые они считают несколько пошловатыми и простонародными. Далее следовало пояснение, что привычка иметь разные спальни выработалась у королевской четы уже давно, с 1949 года, когда они обосновались в Кларенс-Хаусе.
История с незваным гостем, заставлявшая вспомнить о похождениях пройдохи господина Рокамболя, имела совершенно неожиданный и очень странный поворот: Фейгану был вынесен оправдательный приговор. Лондонский суд счел, что «ничто не позволяет доказать, что у обвиняемого были преступные намерения». Что же касается того факта, что сей господин вздумал проникнуть ранним утром в спальню королевы, чтобы поболтать с ней, это еще не преступление… Затем последовал эпилог, достойный сериала «Династия»: майор Майкл Трестейл, личный охранник королевы, занимавший этот пост на протяжении девяти лет, подал в отставку «по личным мотивам». Это вполне логично. А вот что кажется гораздо менее вероятным, так это то, что он признался вышестоящим чинам из Скотланд-Ярда, что он гомосексуалист и состоит в связи с мужчиной, занимающимся проституцией. Королева восприняла его уход с большим сожалением.
После «дела Фейгана» дворец оказался под завязку набит новыми приборами слежения и сигнальными устройствами, звонками и тревожными кнопками, спрятанными во всех укромных уголках; кстати, в Букингемском дворце до сих пор вспоминают, какая возникла паника, когда годовалый принц Уильям, играя, нажал на одну из них. Ответственные лица из королевской охраны были полны оптимизма: «Теперь, когда принято решение об установке вокруг дворца сторожевых будок, оснащенных автоматами, пулеметами и новейшими электронными системами высокой точности, королева находится в полной безопасности. Эти новые места расположения охранников, похоже, способны остановить любую машину, набитую взрывчаткой, которая «вздумает» разбиться о решетку дворца, к тому же они снабжены пулеметами, способными «очистить» своим огнем все вокруг дворца». Неужто Букингемский дворец будет теперь похож на осажденную крепость?
В феврале 1989 года Букингемский дворец, похоже, опять выглядел проходным двором. После обнаружения в Лондоне настоящего «завода по изготовлению бомб», принадлежавшего ИРА (Ирландская республиканская армия), Скотланд-Ярд пожелал протестировать усовершенствованную систему охраны дворца. И результат оказался катастрофическим! Три члена особой группы королевской охраны не только смогли проникнуть незамеченными в королевский парк, но и пробыть там три часа. Три инспектора, одетые в черное, с лицами, вымазанными углем, без всяких помех перелезли через стену, отделяющую дворец от улицы, и включили сигнал тревоги. «Они знали, что через несколько минут военные и полицейские с собаками бросятся в погоню по их следам, — заявил один из высших чинов Скотланд-Ярда. — Они не хотели встречи с собаками, они хотели от них ускользнуть». Чтобы запутать собак и сбить их со следа, три «террориста» укрылись в рощице на крошечном островке посреди озера, которое простирается как раз под окнами королевских покоев. И они стали ждать… Ждали, ждали… да все напрасно… Они сделали все, чтобы их обнаружили: разговаривали, курили, кашляли… Но островок так и не обыскали. Умирая со скуки, они в конце концов «сдались» полицейским из ближайшего к дворцу комиссариата полиции. В Букингемском дворце после этого неопровержимого доказательства некомпетентности полетели головы с плеч. К счастью, в тот момент королевы во дворце не было, да и террористов из ИРА поблизости не наблюдалось.
С тех пор во дворце были установлены камеры наблюдения и прочие технические новинки, достойные фильма о Джеймсе Бонде, в надежде, что уж они сделают дворец неприступным. Советники королевы по проблемам безопасности настаивали, чтобы и другие дворцы, такие как Кенсингтонский и Сент-Джеймс-ский, были снабжены таким же оборудованием, чтобы устрашить террористов и заставить их отказаться от любых планов проникновения внутрь. Каждого члена королевской семьи отныне всегда сопровождает телохранитель, готовый кинуться вперед и получить пулю вместо своего «подзащитного».
Визиты и путешествия являются для лиц, ответственных за охрану членов королевской семьи, настоящими головоломками. Перед каждым визитом королевы Англии за рубеж устраивается генеральная репетиция, когда полицейские проверяют всю систему безопасности. Кстати, следует заметить, что принц Чарльз во время похорон президента Садата в Каире отказался надеть пуленепробиваемый жилет по примеру других присутствовавших там высших должностных лиц из различных государств; люди из его окружения до сих пор не могут забыть тех пяти часов, которые они провели в ужасной тревоге, прежде чем смогли посадить его в самолет, все это время стоявший наготове на взлетной полосе. Лакей Стивен Берри особенно беспокоился, думая о том, что белый мундир принца превращает его под палящим египетским солнцем в превосходную мишень.
