«А если бы ничего этого не было? – иногда с ужасом спрашивала себя она. – Если бы Лида не сболтнула корреспонденту о моей творческой деятельности в школе? Да, если бы Аня не понравилась, и Владимир Федорович не заставил бы меня писать? Господи, страшно подумать! Пережила бы я Витькину измену, не появись у меня эта отдушина? Скорее всего, я тупо наглоталась бы снотворного или выпрыгнула из окна…»
Под влиянием этих мыслей она с очередного гонорара послала Лиде корзину фруктов и флакон ее любимых духов. Потом решила, что надо поблагодарить и корреспондента, спросила у Лиды его координаты.
Та с усилием вспомнила имя и фамилию.
– Вроде в «Комсомолке» работает, – сказала Лида неуверенно, – вообще, странный человек. Целый день у меня просидел, сожрал все печенье, душу вымотал разными вопросиками, а статья так и не вышла.
– Ну, может, в редакции забраковали, или самому не понравилось, что написал. Это же не для твоего продвижения было?
– Нет, я вообще удивилась, зачем он именно ко мне приперся про советское детство выяснять. Можно подумать, я одна в живых с тех незапамятных времен осталась. Прямо реликтом каким-то себя почувствовала.
Александра позвонила в редакцию, представившись своим писательским псевдонимом, честно сказала, что ей хотелось бы поблагодарить такого-то корреспондента, но после небольшой заминки ей ответили, что человека с подобной фамилией у них нет и не было. Но, если уважаемый автор хочет дать интервью, к ней с удовольствием командируют любого журналиста из имеющихся в наличии.
Уважаемый автор договорилась о встрече и подумала, что Лида просто перепутала имя.
Что ж, остается надеяться, что судьба как-нибудь предоставит ей случай поблагодарить того корреспондента.
На экране телефона появились цифры, и Александра невольно улыбнулась. Она не стала забивать номер Мешкова в память телефона, но в ее собственной памяти он почему-то запечатлелся накрепко. Обмануть себя не удалось.
– Александра, добрый вечер! Простите, что долго не давал о себе знать. Большие гастроли.
– Здравствуйте, – сказала она, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально.
– Я должен вам обед в каком-нибудь приличном месте.
– Разумеется, нет!
– Должен-должен! Это вопрос чести. Мне до сих пор стыдно за ту харчевню, в которой мы с вами пили кофе, погнавшись за местной экзотикой. Поэтому никаких возражений я не приму.
– Всеволод, боюсь, наша встреча не совсем удобна.
– Чего это? Мы же не чужие люди.
От этих глупых слов у Александры вдруг потеплело на душе. Конечно же, они чужие люди, известный рокер и некогда влюбленная в него дурочка. Но так приятно слышать эту ложь…
– Да, мы работаем над одним проектом, – сказала она строго, – но это не предполагает совместных обедов.
– Тогда деловой завтрак, – нашелся Мешков, – даже звучит энергично и солидно. А?
Она засмеялась.
– Деловой завтрак, пожалуй, можно.
– Сами выберете заведение или позволите мне?
– Лучше вы, я нигде не бываю.
– Сейчас будет очень пошло, но я просто обязан спросить: какую кухню предпочитаете?
Александра растерялась:
– Собственную. А если серьезно, я ничего в этом не смыслю. На ваш вкус.
Договорились о встрече через два дня. Александра специально выговорила отсрочку, чтобы было время передумать и отказаться под благовидным предлогом. Но то ли предлог не нашелся, то ли ей сильно хотелось видеть Мешкова, в назначенный час она подъехала на патриархально тихую улочку возле бывшего киноцентра «Ленинград», одетая значительно тщательнее, чем это необходимо для делового завтрака.
С утра она сходила к своей парикмахерше, сделала укладку и легкий макияж. Деловой завтрак предполагал деловой же костюм, но Александре не захотелось надевать то убожество, в котором она когда-то сеяла разумное, доброе и вечное. Нет, в свое время ее костюм составлял предмет жгучей зависти коллег, но Александре казалось, он так пропитался учительской тоской и безысходностью, что она старалась его не надевать. Остальные ее нарядные вещи годились больше для вечеров, театров и гостей, в них она выглядела той, кем и была, состоятельной и праздной домохозяйкой, а так хотелось притвориться деловой женщиной!
Наконец, она выбрала строгое платье цвета маренго с рукавом в три четверти и слегка расклешенной юбкой. У нее были красивые икры, и совсем не хотелось убивать это совершенство ботильонами, поэтому Александра, несмотря на плохую погоду, решилась надеть туфли и поехать на такси. Немного подумала, не будет ли легкое норковое манто смотреться слишком вульгарно в это время дня и года, но потом решила, что не будет.
Выходя из дома, она решительно нравилась себе.
Пора заканчивать с этими тайнами и недомолвками, – думала она в такси, – и рассказать Вите, наконец, что его жена какая-никакая, а писательница. Иначе он узнает об этом самым причудливым образом, например, ему покажут ее книгу где-нибудь в гостях, и он увидит ее фото на обложке. Или хоть даже сегодня, застукают ее с Мешковым и донесут ему, что жена завела любовника. И ведь не возразишь ничего особенно! А так все прилично, автор книги и исполнитель главной роли встретились за деловым завтраком обсудить ключевой персонаж. Тут Александра поймала себя на злой мысли, что ей хочется, чтобы Витя узнал об этой встрече. Чтобы он пережил то, что пришлось на ее долю, и понял, как непросто залечить эту рану банальным «извини».
Несмотря на плохую погоду, Мешков ждал ее на улице. Она не спешила выходить из машины, разглядывала его высокую узкую фигуру в черных брюках и простом прямом полупальто из водоотталкивающей ткани, которые так любят мужчины средних лет и среднего достатка. На голове у него была самая прозаическая кепочка, так что заподозрить в этом унылом персонаже рокера Мешкова никому бы в голову не пришло.
При виде Александры лицо его осветилось искренней радостью, и она невольно улыбнулась в ответ.
Всеволод галантно распахнул перед ней неприметную дверь с очень сдержанной вывеской, но как только они вошли, сразу стало ясно, что это заведение из дорогих.
Александра подумала, не будет ли она смотреться здесь, как бедная родственница, но потом решила, что это неважно. Ее пригласили, она пришла, такая, как есть.
Метрдотель, двигающийся с грацией пантеры, проводил их к столику. Александра не стала брать тяжелую книгу меню, предоставив выбор своему спутнику. После недолгих размышлений Мешков заказал ей омлет с грибами, себе яичницу с беконом (завтрак же), рыбные рулетики и десерт с французским названием.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
