Странности начались ещё до начала боя. Если прочие соперники приветствовали друг друга обычными кивками головы, то эти двое не постеснялись отвесить друг другу уважительные поклоны. После чего…
— Поединок начинается! — объявил член судейской бригады.
Аргерас в тот же момент окутался пламенем какого-то странного, сиреневого цвета. Даже во время боя оно каким-то неведомым образом завораживало и очаровывало. Эргенаш же, казалось, прекрасно понимал всю опасность этого странного огня. Ибо он совершил весьма оригинальный и остроумный ход: прыгнув на сектор арены, засыпанный песком, он резко прокрутился вокруг своей оси. Тотчас в воздух взметнулась туча песка, которую Эргенаш и направил на Аргероса. И, как отметил Сареф, того это изрядно удивило.
— Какая разумная контратака! — с восторгом комментировал Армель, — ведь, в самом деле, не так уж трудно сотворить огонь, который не сумеет погасить вода. А вот засыпать огонь песком… Впрочем, какая разница, ведь это сработало! Аргерас пытается отряхнуться от песка, но Эргенаш не прекращает эту коварную атаку. Не могу поверить! Неужели чемпиона клана Айон можно просто засыпать песком?
Эти слова изрядно задели Аргераса. Ибо после них тот обхватил себя руками, после чего начал странно светиться. Это сияние, казалось, исходило из него, словно накапливая заряд. Эргенаш, кажется, понял, что собирается сотворить его соперник, ибо опрометью помчался к сектору с водой. И едва он нырнул…
От ослепительной вспышки даже задрожал защитный купол, на время ослепив тех зрителей, что сидели ближе всего. Впрочем, Сарефу Адейро за мгновение до этого прикрыл глаза рукой, и теперь тот с изумлением наблюдал… что на площадке вовсе не осталось песка. Только какая-то блестящая пыль со странным звоном падала и падала на землю. Сектор же, где был песок, стал похож на какой-то огромный кусок твёрдого и совершенно прозрачного желе. А потом Сареф догадался. Это же было… стекло. Получается, Аргерас просто сжёг весь песок на боевой площадке? Что же это было за заклинание? Наверняка восьмого уровня. А если не восьмого… то это значило, что члены клана Айон обладают ещё большей силой? В таком случае дразнить их чемпиона со стороны комментатора было просто неразумно.
— Всё-всё-всё, беру свои слова назад! — Армель, судя по всему, был того же мнения, — я не хочу, чтобы меня после Состязаний поймали и накормили этой стеклянной пылью! Итак, песка на площадке не осталось, и Эргенаш выбрал единственный вариант спасения, укрывшись в воде. И… невероятно, но даже там он не смог проигнорировать всю мощь этой атаки… Эргенаш получил состояние Ранение!
Впрочем, как и многих до него, Эргенаша мало смутило ранение. Понимая, что даже у чемпиона клана Айон после такого мощного умения будет отдача, Эргенаш сблизился со своим соперником, на мгновение вспыхнув зелёным огнём. И… в ближнем бою Эргенаш явно доминировал над Аргерасом. Ибо, хоть айоновец и отклонял почти все атаки стревлога — а те, что не отклонял, значительно гасило его клановое благословление на универсальное сопротивление любому типу урона — но и сам атаковать не мог. Ибо у Эргенаша, судя по всему, было мощное умение на контратаку: на каждый выпад Аргераса Эргенаш отвечал мощным пинком с разворота, к которому добавлялся ещё и хлёсткий удар хвостом.
— Да уж, недаром говорят, что даже не всякий не сможет побороть стревлога в ближнем бою, — комментировал Армель, — особенно если стревлог дерётся без оружия при помощи умений, заточенных на рукопашный бой. И… Какая восхитительная серия ударов от Эргенаша! Икак же это, наверное, было больно! Даже у меня от этого хруста мурашки по коже! И… да, Аргерас получает состояние Ранение! Ой, что сейчас будет…
Предчувствие не обмануло Армеля. Получив ранение, Аргерас начал резко разрывать дистанцию при помощи огненных снарядов. Причём снаряды почему-то взрывались огнём только в сторону врага.
— Отличные Разнополярные взрывы! — продолжал комментировать Армель, — как удобно: врагу — урон, тебе — дистанция. Особенно удобно с медлительными и неповоротливыми соперниками, которых трудно столкнуть с места. Эргенаш, получив приличный урон, вынужден отступить… И какая же это была ошибка! Получив желанную дистанцию, Аргерас заряжает вокруг себя воздух, который начинает искриться. Ой-ой-ой, от Эргенаша после такой атаки только обугленная шкурка и останется. Конечно, шкурка будет шевелиться, ведь Система не допустит смерти на Состязаниях, но…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Впрочем, в этот раз Армель ошибся. Ибо умение хорошо соображать, продемонстрированное Эргенашем в начале боя, не изменило стревлогу и на этот раз. Подскочив к сектору, который превратился в стекло, Эргенаш снова применил свой вихревой приём, взметнув в воздух целую тучу стеклянной пыли. И… для молний Аргераса, которые тот уже почти вызвал, это оказалось губительно. Искрящийся воздух замерцал ещё сильнее, и, судя по отчаянию на лице айоновца, атака пошла не по плану. Но изменить уже ничего было нельзя.
Снова взрыв, от которого Эргенаш успевает укрыться в изрядно обмелевшем пруду. Кажется, мокрая одежда совсем не стесняет его движений, подумал Сареф.
— Ничего себе! — воскликнул Армель, под восторженный рёв зрителей, — Аргерас в состоянии При Смерти! Но… что это за сияние?
Когда пыль окончательно рассеялась, то все увидели, что на месте Аргероса словно появилось маленькое солнышко. Оно медленно опускалось на землю, становясь всё ярче и ярче. Эргенаш, высунувший было нос из воды, в тот же момент погрузился обратно…
Взрыв! Да такой, какого эта бедная арена сегодня ещё не видала. Даже защитное поле пошло рябью, но всё же выдержало. А мгновение спустя на месте взрыва снова стоял Аргерас, свежий и готовый к бою.
— Поздравляю вас, дамы и господа, вы только что стали свидетелями применения такого навыка, как Яйцо Феникса, — с плохо скрываемой завистью в голосе сказал Армель, — перерождение, возвращающее полный запас здоровья и выносливости. Поразительно! Вот как это побеждать легальными способами?
Эргенаш, вылезший из пруда, принял боевую стойку, готовясь встретить неизбежное поражение с достоинством. Но в этот момент случилось немыслимое. Сделав несколько шагов к стревлогу, Аргерас улыбнулся ему, после чего поднял руку и склонил перед ним голову.
Трибуны после этого взорвались гневными воплями. Зрители стали подскакивать и потрясать кулаками, выкрикивая ругательства. Только в секторе, где сидели главы кланов с членами семей, оставались тишина и порядок.
— Сдаётся? — ошеломлённо спросил Армель, выражая общее недоумение зрителей, — чемпион клана Айон СДАЁТСЯ стревлогу?! Впрочем… разумеется. Как говорили великие люди: истинная сила состоит в том, чтобы уметь вовремя признать поражение. Аргерас Иминак-Айон покидает Системные Состязания, Эргенаш из юго-восточных земель проходит дальше.
Оба бойца исчезли в синей дымке. Но гул среди зрителей не утихал до сих пор. Все были потрясены тем, что Аргерас, имея на руках все козыри, просто взял и сдался противнику, которому для поражения не хватало пары хороших ударов.
— Дядя Адейро, почему он так поступил? — спросил Сареф главу клана, — он же мог легко его добить!
— Если ты вечером расскажешь мне, где и как получил своё оружие, я расскажу тебе, почему так получилось, — с усмешкой шепнул Адейро в ответ. Сарефу это не очень понравилось. В обычной ситуации он мог бы просто ничего не говорить — и Адейро пришлось бы смириться, так как Сарефу всё равно нужно было бы “консультировать” Озмунда, и без этого никак было не обойтись. Но такое… вспомнился торговец Эрбок, который однажды сказал Сарефу:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
“Если хочешь что-то получить, то ты должен быть готов отдать взамен нечто равноценное.” Похоже, дядя Адейро нашёл новые способы давить на Сарефа. Ведь тот, невзирая на усердную учёбу, всё ещё так мало знал о мире, в котором живёт. Но ничего. В своё время он обязательно всё узнает.
Незаметно для всех зрителей прошло ещё три поединка. Все, казалось, уловили темп Состязаний, и теперь каждый бой словно длился именно такое количество крмени, какое и должен, чтобы зрители успели насладиться поединком, и чтобы ни у кого не оставалось сомнений, что победитель победу свою заслужил. И вот, наконец…
