скорость очень быстро, но сейчас такой необходимости не было, насиловать только что отлаженные двигатели на форсаже никто не собирался. Лучше потратить четыре часа на разгон.
— Внимание! — вдруг заговорил Навигатор. — Американский корабль заметил старт и направляется в нашу сторону, они, видимо, сумели починить двигатели. Ушли в гипер, через пять минут появятся в пределах досягаемости. Какие будут распоряжения?
— При попытке приблизиться — открыть огонь на поражение, —, скривившись, бросил Николай Иванович. — Нам тут убийцы женщин и детей не нужны. Но свяжи меня с ними, как только вернутся в реальное пространство, объясню подонкам политику партии.
Некоторое время царило молчание, а затем хриплый голос заговорил по-английски:
— Слышим вас! Просим помощи! Корабль «Теодор Рузвельт» терпит бедствие! Мэй дэй!
— Убийцам детей никто помогать не станет, — брезгливо процедил на том же языке капитан, он английский знал, как родной, в военном училище, которое он закончил, был хороший преподаватель. — Вы убили сто восемьдесят тысяч человек гражданского населения, такое не прощают. Подыхайте тут сами, сволочи! А мы улетаем. Приятно оставаться. При попытке приблизиться к станции будет открыт огонь.
— Русские? — уточнил американец.
— Русские, — подтвердил Николай Иванович.
— Поймите, по нашим данным на станции были террористы, потому мы и атаковали ее!
— Не лгите. Вы прекрасно знали, что там гражданские, что там женщины и дети. Вам об этом криком кричали на всех диапазонах, но вы продолжали стрелять. Вы даже выживших, подобранных рейдером, попытались уничтожить, чтобы избежать ответственности за сделанное!
— Хорошо, пусть мы виноваты, пусть мы ошиблись, но меру вины должен решать суд… — судя по тону, американец пребывал в отчаянии.
— Считайте, что он проведен, — брезгливо процедил капитан. — Вы приговорены к медленной смерти от голода и жажды. Возиться с вами никто не намерен.
— Если вы нас не подберете, мы выпустим по вам спецбоеприпасы!
— Да выпускайте, нам они, что слону дробина. Поднять защитные поля!
— Есть! — отозвался мичман Петров. — Поля активированы.
— Да послушайте, это же жестоко! — буквально завизжал американец. — Мы тоже люди! Да, ошиблись, разведка подвела! С вами такое тоже может случиться!
— Не лгите! — с еще большим отвращением в голосе повторил Николай Иванович. — Вы прекрасно знали, что идете убивать женщин и детей, вам нравилось убивать беззащитных, это ваша суть. В вашем языке даже нет понятия совесть, вам ее алчность заменяет. Но одного вы не понимали никогда. За все когда-нибудь придется ответить! Вот ваше время отвечать и пришло. Приятно оставаться!
Капитан отключил связь, мысленным приказанием выведя на голоэкран результаты сканирования окружающего пространства. Американец попытался выполнить свою угрозу, но запущенные им ракеты просто испарились в защитном поле «Доверия». А станция, набрав нужную скорость, включила гипердвигатели и исчезла из реального пространства, оставив «Теодора Рузвельта» в полном одиночестве. Запасов на его борту еще хватало, однако осознав, что им никто не поможет и эти запасы все равно когда-нибудь закончатся, американцы яростно сцепились между собой, каждый жаждал выйти победителем и прожить дольше всех. Звери и эгоисты есть звери и эгоисты, сотрудничать они неспособны в принципе, даже ради выживания. Самым сильным в итоге оказался огромные плосконосый негр из десантников, убивший всех остальных и рачительно заморозивший их тела, чтобы съесть их, когда ничего другого не останется. О, победитель прожил еще целых десять лет, но, в конце концов, и он отдал Богу свою грязную душу. О том, какое его ждало посмертие, лучше не упоминать, такого лютому врагу не пожелаешь.
— Ну вот, летим, — констатировал Николай Иванович, когда вокруг станции воцарилось цветное многомерие гиперпространства. — Лететь нам долго, может, и не доживем до конца пути. Но все равно — летим.
— Летим, — согласно кивнул Иван Афанасьевич, до того не вмешивавшийся в работу команды. — Теперь нужно официально открыть школу, это даст нам выходы в другие миры, если кто-то оттуда захочет здесь учиться.
— Обязательно захотят, — заверил Уйдо, до того скромно сидевший в стороне, на гостевом кресле. — Особенно если объявить редкие дисциплины для изучения, мы с профессорами Маором и Нахау-Рамом это уже обсуждали. Дело в том, что в разных мирах существует разные ограничения на изучение того или иного, потому правительства так и бесила школа-станция, на которой разрешено было все, и запретить это они никакой возможности не имели. Эту же политику нужно, я считаю, продолжать. На нас будут пытаться давить, но доступ на стацию будет очень ограниченным, только для учеников и нанятых учителей, поэтому полноценно атаковать нас не смогут. Разве что напасть на кого-то из персонала во время посещение какого-либо мира. Поэтому в таком случае придется принимать меры безопасности. Желательно посещать чужие миры, пока не станет ясно, что они относительно безопасны, либо мастерам абсолюта, которым я дам некоторые боевые плетения, в их исполнении они и планету в пыль превратят, либо опытным боевикам. Когда станет ясно, что данный мир не принадлежит фанатикам, можно будет и остальным прогуляться по свежему воздуху, но под хорошей охраной. Нанятых учителей следует брать под очень жесткие клятвы и ограничивать их возможности навредить станции.
— Какие дисциплины для изучения вы предлагаете? — деловито спросил директор. — И какие специализации?
— Дисциплины — все, которые знает хоть кто-то из преподавателей, — ответил старый боевик. — А вот специализации такие. Боевая магия, пространственная магия, стихиальная магия, светлое и темное целительство, некромантия и магия смерти, магия жизни, магия крови, теневая магия, ментальная магия, бытовая магия, тонкие воздействия, преобразования вакуума, да-да, не удивляйтесь, я предлагаю эту дисциплину выделить, вакуумщик способен на очень многое. Светлая и темная магия, их совмещение и смешение, первоосновы, то есть Хаос и Порядок, рунология, инженерная магия, техномагия, плетения и чары, защитная магия. Однако нам не хватает преподавателей зельеварения, алхимии, артефакторики, ритуалистики, кровной магии, преобразования, в одном из ваших фильмов про школу магии названного трансфигурацией, мастеров сложных плетений, стихийников, теневиков. А главное — ритуалистов самых разных направлений, без ритуалистики нам никак не обойтись. Причем все эти специалисты нужны в немалом количестве. Первые наборы учеников предлагаю сделать бесплатными, это привлечет немало желающих. Затем, когда пройдут первые выпуски и все убедятся в отличных профессиональных качествах наших выпускников, сделать обучение платным, однако оставить какое-то количество мест бесплатными для талантов, способных сдать вступительные экзамены на отлично. Так, насколько мне известно, и работала «Тархи Ла».
— В общем,
