«Да, так оно и есть», нахмурившись, сказал Коннор.
Я взглянул на него.
«Они знают, как вам нравится играть в гольф здесь», сказал Орр. «Вы, конечно, осведомлены об условиях. В течении пяти лет владельцем членства будет являться Ханада, но потом оно будет переведено на ваше имя. Так что, если вы покинете клуб, то будете свободны его продать. А теперь к делу: вы сами заберете бумаги или мне переслать их вам домой?» Коннор сказал: «Мистер Орр, передайте, пожалуйста, мою искреннюю благодарность господину Ханада за его необыкновенную щедрость. Мне трудно что-либо решить сейчас. Я перезвоню вам по этому поводу.» «Прекрасно. Просто не забудьте нам сообщить, куда их переслать.»
«Я перезвоню», повторил Коннор.
Он нажал выключатель и, нахмурившись, уставился вперед. Наступило долгое молчание.
Я спросил: «Сколько может стоить членство в этом клубе?»
«Семьсот пятьдесят. Может, и миллион.»
Я сказал: «Миленький подарочек от друзей.» И снова вспомнил Грэма, как он всегда намекал, что Коннор в кармане у японцев. Казалось, теперь в этом можно было не сомневаться.
Коннор покачал головой. «Я не приму.»
«Почему не примете?», спросил я. «Бог мой, капитан, это чересчур уж честно.»
«Нет, я не приму», сказал Коннор.
И снова зазвонил телефон. На этот раз звонили мне.
* * *
«Лейтенант Смит? Это Луиса Джербер. Я так рада, что наконец-то вас нашла.»
Я не мог вспомнить, кто она, и ответил: «Да?» «Завтра суббота, и я хотела бы знать, найдется ли у вас время взглянуть на дом?»
Теперь я ее вспомнил. Она была риелтером, с которым я месяцем раньше ездил смотреть дома. Мишель становилась старше и мне хотелось вытащить ее из многоэтажки. Если удастся, дать ей дворик. Я сильно разочаровался. Даже с учетом кризиса в области недвижимости, самые меленькие домишки шли по четыре-пять сотен тысяч. При моей-то зарплате этого я, вероятно, никогда не потяну.
«Это очень особый случай», сказала она, «и я сразу подумала о вас и вашей малышке. Это небольшой домик в Палмс, совсем небольшой, но там угловой участок и очаровательный дворик. Цветы, миленькая лужайка. Просят три сотни. Однако я подумала о вас по той причине, что продавец хочет сохранить все права на собственность. Я подумала, что вы сможете получить дом даже с небольшой скидкой. Не хотите его посмотреть?» Я спросил: «А кто продавец?»
«Вообще-то, я не знаю. Здесь особая ситуация. Дом принадлежит пожилой женщине, которая переехала в дом престарелых, а ее сын, который живет в Топеке, намеревается его продать, однако хочет, чтобы ему шел доход, вместо прямой продажи. Формально собственность еще не попала в официальные списки, но я знаю, что продавец хочет сделать именно так. Если вы сможете приехать завтра, мы что-нибудь придумаем. И дворик очаровательный. Я просто вижу там вашу дочурку.»
Теперь Коннор смотрел на меня. Я сказал: «Мисс Джербер, мне надо побольше узнать об этом. Кто продавец и все такое.» Она сказала удивленно: "Ха, а я думала, вы подпрыгните до потолка.
Подобные ситуации на дороге не валяются. Вы не хотите взглянуть на него?"
Коннор глядя на меня кивнул. Он сказал да одними губами.
«Я найду вас по этому поводу», сказал я.
«Олл райт, лейтенант», сказала она. Сказала без энтузиазма. «Дайте мне знать, пожалуйста.»
«Обязательно.»
Я положил трубку.
«Что к черту происходит?», сказал я. Нам обоим только что предлагали прорву денег. Прорву денег.
Коннор покачал головой: «Я не знаю.»
«Это имеет отношение к МайкроКон?»
«Я не знаю. Я думал, МайкроКон это маленькая компания. Такое не имеет смысла.» Он выглядел очень встревожено. « Что, собственно, есть МайкроКон?» Я сказал: «Кажется, я знаю кого спросить.»
* * *
«МайкроКон?», спросил Рон Левин, закуривая громадную сигару.
«Конечно, я могу рассказать вам о МайкроКон. Это гнусная история.» Мы сидели в редакции «Американской Финансовой Сети» – кабельной сети новостей, расположенной вблизи аэропорта. В окно офиса Рона я видел белые тарелки спутниковых антенн на крыше примыкающего здания гаража. Рон попыхивал сигарой и улыбался. До того как перейти на работу перед камерой сюда, он был финансовым репортером в «Таймс». АФС была одной из немногих телестудий, где люди перед камерами не читали по написанному, они знали, о чем говорят, и Рон тоже знал.
«МайкроКон», сказал он, «был создан пять лет назад консорциумом американских производителей компьютеров. Компания намеревалась разрабатывать следующее поколение машин рентгеновской литографии для компьютерных чипов. В то время, когда МайкроКон стартовал, американских производителей литографических машин не существовало – все они в восьмидесятых годах в условиях интенсивной конкуренции со стороны японцев вышли из бизнеса. МайкроКон разработал новую технологию и стал строить машины для американских компаний. Окей?»
«Окей», ответил я.
«Два года назад МайкроКон был продан Дарли-Хиггинс, управляющей компании из Джорджии. Другие операции Дарли захромали и компания решила продать МайкроКон, чтобы добыть наличность. Они нашли покупателя в лице Акаи Керамикс, компании из Осаки, которая уже делает литографические машины в Японии. Акаи имела на руках массу наличности и хотела приобрести американскую компанию за высокую цену. Но тогда конгресс остановил продажу.» «Почему?»
«Упадок американского бизнеса начал тревожить даже конгресс. Мы потеряли в пользу Японии слишком много базовой промышленности сталь и судостроение в шестидесятых, телевизоры и компьютерные чипы в семидесятых, инструменты для станков в восьмидесятых. В один прекрасный день кто-то проснулся и понял, что эти отрасли промышленности жизненно важны для американской обороны. Мы утеряли способность делать компоненты, существенные для нашей национальной безопасности. В их поставках мы полностью зависим от Японии. Поэтому конгресс забеспокоился. Но я слышал, что продажа все равно состоится. А что, вы, ребята, имеете какое-то отношение к этой продаже?» «В некотором смысле», сказал Коннор.
«Вам повезло», сказал Рон, попыхивая сигарой. «Если вы участвуете в какой-нибудь продаже японцам, это все равно что наткнуться на нефть. Все участники станут богачами. Предполагаю, обоим предлагают большие подарки?» Коннор кивнул: «Очень большие.»
«Не сомневаюсь», сказал Рон. «О вас позаботятся: купят дом или машину, откроют льготное финансирование, что-нибудь в таком роде.» Я спросил: «Почему они так поступают?»
Рон засмеялся: «Почему они жрут суши? Да так они ведут бизнес.»
Коннор сказал: «Но ведь МайкроКон – мелкая сделка.» «Ага, очень мелкая. Компания стоит всего сотню миллионов. Акаи покупает ее за сто пятьдесят. И, вероятно, сверху они дадут еще миллионов двадцать отступного для нынешних чиновников корпорации, еще десять на гонорары юристам, десять – на гонорары консультантам по всему Вашингтону, и десять на разные подарки людям, вроде вас. В общем, набежит миллионов на двести.» Я спросил: «Двести миллионов за стомиллионную компанию? Почему они вообще платят больше реальной стоимости?»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
