18 сентября Дитль и начальник штаба армии решили, что наступление горнострелкового корпуса нужно остановить. Оно не приносило желанного результата, а перспективы выглядели еще хуже, поскольку русские не только возместили потери своих потрепанных двух дивизий, но и, по данным разведки, полученным в последние два – три дня, сумели сформировать третью дивизию, так называемую Полярную, составленную из моряков, заключенных и обитателей концентрационных лагерей. Однако главной причиной прекращения наступления была ситуация со снабжением. Бушенхаген снова поднял вопрос об использовании 6–й горнострелковой дивизии на Кандалакшском направлении, но Дитль ответил, что корпус совершенно измотан и не выдержит зиму, если его не сменят.
Тем временем наступление горнострелкового корпуса «Норвегия» окончательно выдохлось. 17 сентября 3–я горнострелковая дивизия взяла высоты Пранк и Брандль, атаковав их с юга. В тот же день разведка доложила, что к южному флангу дивизии приближается новый русский полк. Все сутки 18–го дивизия отражала сильные контратаки, а на следующее утро командир 3–й горнострелковой дивизии сообщил в штаб – квартиру, что русские получили подкрепления: два полка только что прибывшей на фронт Полярной дивизии. Русские атаковали постоянно, и потери немцев возрастали с каждым часом. Удерживать широкий фронт, растянутый от Лицы до перешейка между озерами и возвращавшийся к Лице в окрестностях высот Пранк и Брандль, удавалось с большим трудом. Командир дивизии не мог гарантировать, что удержит его вообще. Стремясь избежать полного уничтожения дивизии, он попросил разрешения отойти на западный берег реки. Хотя ситуация была менее тяжелой, чем он думал, поскольку в каждом полку Полярной дивизии было не больше 1000 штыков, однако тогда немцы об этом не знали. В полдень Дитль неохотно согласился позволить дивизии отступить.
Утром 24–го 3–я горнострелковая дивизия удерживала на восточном берегу реки лишь высоты Пранк и Брандль, но два дня спустя были сданы и они. 21–го армия «Норвегия» отменила наступление с условием, что операции 2–й горнострелковой дивизии будут продолжаться до тех пор, пока она не займет хорошие оборонительные позиции на зиму. Через два дня приказ по армии подтвердила директива фюрера. В этой директиве ставился вопрос, возможно ли до наступления зимы занять западную часть полуострова Рыбачий. И армия, и корпус ответили, что хотя такая операция уменьшила бы опасность обстрела устья Печенгской бухты русской дальнобойной артиллерией, но она удлинила бы и без того растянутый фронт, чего допустить нельзя. После этого горнострелковый корпус «Норвегия» начал устраиваться на зимних позициях. В середине октября прибыла 6–я горнострелковая дивизия и заняла позиции. 2–ю горнострелковую дивизию отвели в Печенгу; 3–я горнострелковая дивизия, которая находилась в Арктике с апреля 1940 г., была выведена сначала в Южную Финляндию, а затем вернулась в Германию.
Решение о выводе 3–й горнострелковой дивизии из Финляндии было вызвано не тактическими, а исключительно политическими соображениями. Неудачи, преследовавшие дивизию во время летней кампании, привели к резкому снижению ее боеспособности. Согласно одному из ходивших тогда слухов, 3–ю горнострелковую дивизию так долго держали в Арктике, чтобы уничтожить австрийцев, составлявших большинство ее солдат. Наконец один из солдат, бывший правоверным нацистом, пожаловался партийному руководству. Слух по партийным каналам дошел до Гитлера; тот учел, что в это время в австрийских провинциях шли волнения, и приказал отправить дивизию на родину.
Итоги
В результате кампании, продолжавшейся два с половиной месяца, горнострелковый корпус «Норвегия» потерял убитыми и ранеными 10 290 человек и продвинулся примерно на 24 километра. В конце кампании Мурманск, бывший ее целью, остался почти таким же недостижимым, каким был с самого начала. Операция «Платинфукс» дала осечку.
Завершить данную операцию следовало еще 17 июля, когда Дитль доложил, что силами одного горнострелкового корпуса «Норвегия» добиться поставленной перед ним цели нельзя. Неудача операции логически вытекала из условий задачи. Стремление Гитлера любой ценой обеспечить безопасность Норвегии привело к тому, что в операции «Платинфукс» участвовали не те силы, которые требовались для достижения цели, а лишь те, что смогла выделить армия «Норвегия». По этой причине сама цель операции оставалась туманной. Норвежская армия выбрала в качестве ближайшей мишени порт Полярный, а решение о взятии Мурманска было оставлено «на потом». Это приблизительно соответствовало инструкциям Гитлера о том, что Мурманск нужно будет окружить и взять в том случае, если для этого найдутся силы. Директива ОКВ от 7 апреля была совершенно неопределенной; в ней говорилось лишь, что вопрос о сборе сил, нужных для наступления на Полярный, можно будет решить только после обеспечения безопасности Северной Норвегии и Печенги. Когда 15 мая Дитль доложил, что специалисты Скандинавских стран считают местность между Печенгой и Мурманском абсолютно непригодной для военных действий летом, Йодль ответил, что ОКВ осведомлено обо всех трудностях, поэтому единственной реальной целью операции является оккупация Печенги, а все остальное будет считаться даром небес.
Тем не менее позже было решено, что оккупация Мурманска станет достойным завершением операции «Платинфукс» и что горнострелковый корпус «Норвегия» в любом случае будет хозяином положения. Никто не думал, что корпус будет остановлен еще до того, как сумеет занять более – менее приличную позицию. Эта ошибка стала результатом недооценки противника и особенностей местности. Против ожиданий русские воевали искусно и решительно, показали, что умеют строить оборонительные укрепления и держаться за них до последнего. Хотя Дитль предупреждал Йодля, однако он и сам не представлял себе, до какой степени рельеф местности способен влиять на ход операции, тормозя ход даже ограниченных атак и предоставляя обороняющимся одну позицию лучше другой. К этому следует прибавить плохое знание местной географии. Одна дорога, которой собирались воспользоваться, оказалась несуществующей, а другая представляла собой лишь тропу на западном берегу Лицы. Ситуация усугублялась тем, что русские имели морской маршрут и относительно неплохую дорогу от Кольского залива до Лицы.
Второй и последней фазой операции, в которой участвовал горнострелковый корпус «Норвегия», стала попытка оживить «Платинфукс» и усилить корпус до уровня, соизмеримого с важностью задачи. Именно тогда Гитлер впервые назвал целью операции взятие Мурманска. Операция окончательно провалилась в тот момент, когда блокирование морского маршрута вокруг Северной Норвегии привело к задержке прибытия 6–й горнострелковой дивизии и поставило горнострелковый корпус на грань паралича. Две дороги – Рейхсштрассе 50, идущая от Нарвика (640 километров), и Арктическое шоссе, идущее от Рованиеми (480 километров), – обладали очень ограниченными возможностями. Напротив, в распоряжении русских была Мурманская железная дорога, которой они пользовались для доставки подкреплений и создания новой дивизии[20]. Крах линии снабжения горнострелкового корпуса произошел именно тогда, когда корпус получил два свежих полка, не имевшие опыта боевых действий, и в третий раз остановился как вкопанный перед русской линией укреплений на Лице. Дитль сам пришел к выводу, что русские, казалось обладавшие неистощимыми людскими ресурсами и умело использовавшие рельеф местности, самой природой предназначенный для создания эшелонированной обороны, не пропустили бы его к Мурманску даже в случае своевременного прибытия 6–й горнострелковой дивизии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
