же бандиты вылитые мордовороты. Среди них должны попадаться и такие красавчики.
— Мы пришли, — гулко произносит парень, остановившись у подъезда Оксаниного дома.
— Да, спасибо, — лепечет девушка испуганно.
Юноша же направляет внимательный взгляд на входную дверь.
— Можете спокойно подниматься по лестнице, — зачем-то произносит он, отпустив ее локоть. — Там никого нет.
— Спасибо, — девушка на ватных ногах взбирается на невысокое крыльцо и открывает дверь, как юноша неожиданно ее окликает:
— И Оксана…
— Да? — оборачивается девушка.
А его глаза смеются хитро и лукаво. Или это свет фонаря так необычно в них отражается?
— За раковину не забудьте заглянуть, — он отворачивается и шагает прочь. — В ванной.
Оксана хлопает глазами, а потом устало заходит в подъезд и тяжело взбирается по ступенькам. Она живет на втором этаже, поэтому лифтом обычно не пользуется. Иногда это довольно опасно, так как на лестнице любят тусоваться местные наркоманы, но сегодня тот юноша сказал, что здесь никого нет…
Позвоночник Оксаны словно прошивает током.
С чего вдруг парень заговорил про лестницу? И откуда он мог знать ее имя? А также где она живет?
А потом в голове девушки звучат последние слова незнакомцу, и вот уже она вприпрыжку несется домой, забыв про усталость. В квартире, не разуваясь, бежит сразу в ванную. Падает на колени и заглядывает под тумбой раковины, а там — о чудо! — лежит ампула с маминым лекарством!
Девушка не выдержала и разревелась.
Ее рука тянется в карман куртки за платком, но вместо него подносит к удивленным заплаканным глазам сторублевую банкноту.
* * *
Я шагаю по темной улице с редкими фонарями и вытираю запястье белоснежным носовым платком.
Дорогой, конечно, вышел платочек. Ну а что было делать, раз рядом с девушкой я заметил красное пятнышко на руке? Наверное, запачкался во время расправы над бандитами. Ненавижу ходить грязным, а меньшей купюры в кармане не нашлось. Пришлось отдать. Не воровать же платок, это как-то странно и жалко, тем более для меня. Ну да ладно, Оксане пригодятся деньги.
О, вот и «Майбах» сияет в лунном свете. Далеко же я от машины ушел, зато помог хорошему человеку. Это я сейчас про маму Оксаны. Женщина в молодости работала санитаркой в больнице и спасла не одну жизнь, если верить воспоминаниям ее дочери.
Расположившись в комфортном салоне, я велю Никите возвращаться в гостиницу. А по дороге мне звонит Борзов.
— Добрая ночь, Евгений Станиславович, — приветствую княжеского шурина.
— И тебе здравствуй, Данила, — позевывая, отвечает он по-свойски. — Наверное, разбудил тебя, но уверен, тебе интересно будет узнать кое-что о Вороновых.
— Я весь во внимании, Ваше Благородие, — тут же навостряю уши.
— В общем, наследник Эдуард сильно облажался. Он уничтожил одну столичную банду, а это оказались подставные люди Горнорудовых. Теперь барон требует от Вороновых огромную сумму в качестве компенсации. Как докладывает разведка, сегодня Эдуард полетел на переговоры в Тагил.
Ого! Так значит меня пытались грохнуть люди Горнорудовых! Это всем новостям новость.
— Очень интересно, — протягиваю я. — Спасибо, что сообщили.
— Буду держать тебя в курсе, — заканчивает разговор Борзов. — Возможно, что Горнорудовы тоже обозлятся на Вороновых и у тебя появится союзник.
Он вешает трубку, а я глубоко задумываюсь.
Буравчики, конечно, служат Горнорудовым, но далеко не факт, что меня хотела убрать именно баронесса. Жанна бы привлекла кого-нибудь посильнее, ей ресурсы еще как позволяют. Тогда кто? Ответ очевиден — некто из ее окружения, кого я сильно не устраиваю и кому нельзя было использовать значительные силы, чтобы не привлечь внимание Жанны. Блин, еще одна загадка. Неужели барон? Ну не Настя же! А может, я спешу с выводами? Буравчики — всё же обычные бандиты, их мог нанять кто угодно.
Ладно, этот вопрос подождет. Сейчас другое важно — как настроить Горнорудовых против Вороновых. Чем больше союзников, тем лучше.
— Шеф, приехали, — доносится из динамика голос Никиты.
И, правда, мы уже в подземном гараже под гостиницей.
— Я еще немного посижу, — отвечаю водителю.
В машине лучше думается. Впрочем, сейчас рано принимать какие-либо решения. Пока нужно лишь держать ситуацию под контролем, а для этого необходимо общаться с участниками событий.
Со вздохом я набираю номер, на который очень сильно не хочется звонить. Прямо очень сильно.
— Да, спаситель? — почти сразу раздается притягательный голос баронессы. — Ты наконец созрел для общения?
— Жанна Валерьевна, здравствуйте. Надеюсь, я вас не разбудил?
— Что такое сон? Какой-то десерт? — смеется мудрая женщина в теле юной девушки.
— Я внял вашему совету и посетил поместье Флиновых.
— О, хорошие вести, — мурлычет Грандмастер, и от ее ласковых обертонов мурашки пробегают по коже. — И как тебе твои угодья? Впечатляют?
— Да, но там я столкнулся с неприятностями.
— Слушаю внимательно, — без удивления произносит Жанна.
У меня закрадывается подозрение, что она в курсе об астральных карманах. Впрочем, наверняка, не только она, а весь высший свет. Резиденция могучих телепатов не могла не быть под наблюдением высшего сословия. А раз так, то это не та информация, которую стоит таить.
Глава 25
Любимый ученик
— Какие люди? Неужели приехали извиниться? — на следующий день ухмыляется Жанна Горнорудова.
Вошедший в кабинет Эдуард Воронов хмурится. За большим письменным столом сидит совсем юная красивая девушка. В этой студентке сложно узнать сорокалетнюю баронессу, разве что глаза у нее далеко не юные, а жесткие и стальные. Беспощадные глаза. Хорошо, что наследник заранее предупрежден об экстравагантном облике супруги Павла. А то растерялся бы и выглядел нелепо.
Больше Эдуарда напрягает то, что сам барон присел чуть ли не на табуретку в углу. Он явно предоставил своей жене право вести диалог.
«Да что же ты за подкаблучник!» — с презрением думает наследник Вороновых. Но сразу спохватившись Эдуард прячет свои мысли поглубже. Щиты щитами, но в присутствии сильнейшей телепатки лучше поберечься.
— Ваше Благородие Павел Тимофеевич, — кланяется Эдуард барону, словно князю. А затем повторяет столь же почтительный жест в сторону баронессы. Раз она здесь настоящая хозяйка, то лучше и перед ней согнуть спину лишний раз, авось не поломается. — Жанна Валерьевна, я к вашим услугам.
— Что-то я не вижу кейсов, — пренебрежительно говорит баронесса. — Или же вы отправили деньги переводом? А сами тогда зачем приехали?
Эдуард сдерживает порыв стиснуть кулаки. Да, эта старуха в теле нимфетки издевается над ним, но нужно быть умнее, нужно быть хитрым вороном, а не тупым голубем.
— Уважаемая Жанна Валерьевна, я не отрицаю свою вину перед родом Горнорудовых, но прошу принять к сведению, что я не знал, что группировка Бур является вашим протеже…
Еще минут двадцать минут он распинается в словах, объясняя и доказывая банальные вещи. Барон слушает со скукой, баронесса же — с благосклонным вниманием. И Эдуард уже думает, что дожал
